Ключ от бездны - Дмитрий Корсак

– Меня интересует деятельность корпорации «Рато», связанная с Зоной в Забайкалье. Что они замышляют, для чего украли оружие, разработанное инженерами «Меркурия», зачем послали в Булганск своих людей? Если вдруг я ошибаюсь… – Он тут же поправился: – Хотя не думаю, что ошибаюсь… Тогда мне интересно, кто стоит за кражей оружия.

– Я понял. Жду вас на восточной трибуне «РЖД Арены» через три часа.

Меркулов пришел за десять минут до назначенного срока. Матча в этот день не было, и толпы болельщиков стадион не осаждали. Главный вход был открыт, и Меркулов беспрепятственно прошел на территорию. С удивлением потоптался на раскрашенном в красно-зеленые цвета асфальте, покосился на паровоз – вроде бы настоящий – и прошел дальше.

Последний раз он был на стадионе лет десять назад, когда московские власти уговорили его спонсировать какой-то молодежный турнир. Ничего кроме головной боли и раздражения от этой авантюры он не получил, но при всей своей нелюбви к футболу пришлось высидеть два матча (открывающий турнир и финальный), произносить благоглупости на открытии, поздравлять победителей, слушать вопли фанатов, терпеть ругань болельщиков. И сейчас, когда он оказался на стадионе, эти не самые приятные воспоминания всплыли совершенно некстати.

Меркулов окинул взглядом трибуны, но не увидел ни единого человека. Неужели он попался на чью-то глупую шутку? Постояв у бровки поля, он все же поднялся наверх, на восьмой сектор – вроде бы правильно сориентировался, где находится восток. Десять минут, и я ухожу, решил он, усаживаясь, но ждать не пришлось – к нему уже поднимался невысокий, лысоватый и какой-то неприметный человечек в темном драповом пальто. Человечек уселся рядом с Виктором и без всяких предисловий произнес:

– Итак.

«Рато» действительно плотно интересовалась Зоной, причем интерес возник резко и внезапно где-то с месяц назад. Причина такого интереса – у них появилась уверенность, что в ближайшем будущем они могут получить контроль над Зоной, Аномалией и женщиной внутри Аномалии.

Виктор уже открыл было рот, чтобы возразить: невозможно контролировать Аномалию, уж он-то осведомлен об этом лучше других, как-никак столько лет положил на исследования, – но человечек предупреждающе поднял ладонь.

Оказывается, кое-чего Меркулов не знал. В Зоне существует артефакт… Вернее, Артефакт, именно с большой буквы, – своеобразный «пульт управления», который находится в самом центре Зоны. Его называют Ключом. С помощью Ключа действительно можно воздействовать на Аномалию, в частности производить артефакты по заказу в нужных количествах и с нужными свойствами.

– Значит, «Рато» нацелилась на фармакологию? – быстро спросил Виктор.

– В первую очередь их интересует оружие, хотя от бессмертия для кучки избранных верхушка «Рато» не откажется, – прозвучал ответ.

Троица европейцев, отправившаяся в Булганск, являлась поисковым отрядом, который, не привлекая внимания, должен был добыть Ключ. Двое наемников – грубая сила, а ученый – единственный человек, который имел представление, где и что искать.

– Откуда у него информация? – быстро спросил Меркулов.

– Он имел доступ к некому отчету, хранящемуся в Ватикане.

– И где искать этот Ключ? – Меркулов нетерпеливо подался вперед. Он ничего не мог с собой поделать, чувствовал себя мальчишкой, которому пересказали сюжет захватывающего приключенческого фильма.

– В заброшенном подземном научно-исследовательском комплексе. Он находится под старым лабораторным корпусом лагеря военнопленных.

Так вот для чего им нужны источники питания! Если комплекс заброшен, то внутри наверняка отсутствует освещение. А оружие нужно на случай, если такой вот Меркулов решится оспорить право владения Ключом.

– Но есть один нюанс, – закончил рассказ незнакомец. – В Забайкальской Зоне пройти на нижние этажи комплекса невозможно, но Фолкленды – другое дело, хотя и там есть свои трудности.

Незнакомец поднялся и достал из внутреннего кармана пластиковую папку, свернутую в трубку.

– Это документы, подтверждающие мои слова, чтобы вам не пришлось принимать на веру все, что я сказал.

Он взглянул на Меркулова, словно раздумывал. Наконец решился.

– В наши планы не входит, чтобы «Рато» нашел Ключ. Поэтому позвольте дать вам совет, хотя вы и не просили: если вам посчастливится завладеть Артефактом, поборите искушение воспользоваться им, спрячьте его так, чтобы никто не нашел, уничтожить его вы вряд ли сумеете.

Незнакомец поднялся и не спеша двинулся к выходу вдоль рядов кресел.

Глядя в удаляющуюся спину, обтянутую драповым пальто, Меркулов боролся с искушением крикнуть: «Да кто ты такой?!» И потому, что изнутри рвалось неуемное мальчишеское любопытство, и потому, что ему опять указывали, что нужно делать.

«Нет уж! – Виктор со злостью сжал зубы. – Никто не смеет мне указывать. Я сам решу, как поступить».

5

Московский офис «Меркурия» всегда раздражал Татьяну. Обилие стекла, зеркал, блестящих хромированных поверхностей и белоснежного мрамора – все это настолько сильно отличалось от ее привычной обстановки, что напрочь выбивало из колеи. Она никогда не видела столько чванливых, раздувшихся от собственной значимости людей, собранных в одном месте. «Зачем Меркулову эта шелуха? – в который раз спрашивала она себя, глядя на броуновское движение аналитиков, маркетологов, пиар-менеджеров, референтов и прочих странных людей. – Ведь он неглупый и состоявшийся человек, он не нуждается в том, чтобы пускать пыль в глаза». Но удар под дых Сомова получила в лице офис-менеджера: высокие шпильки, шагающие в двух метрах впереди, красивые лодыжки, дорогой костюм, подчеркивающий все, что нужно подчеркнуть, и удушающий шлейф туберозы. Среди подобных красоток с идеальным маникюром и печатью значительности на лице Татьяну всегда одолевал комплекс неполноценности. Она почти физически ощущала, как изнутри, стремясь вырваться наружу, поднимается раздражение.

– Эй, все в порядке? – прошептал Ник, нагнувшись к ее уху.

– Просто замечательно, – прошипела она.

Серб едва заметно прихрамывал, но выглядел вполне здоровым. Скоро год, как Татьяна работает на Меркулова, но она так и не смогла привыкнуть к столь стремительным выздоровлениям. Без артефактов с таким ранением, как у Ника, две недели на больничной койке были бы обеспечены, потом еще столько ушло бы на восстановление, а тут – сутки, и человек уже на ногах, на секретарш, вон, поглядывает.

Татьяна покосилась на третьего члена их маленькой группы. Болтун – новичок, пришедший в службу безопасности уже после августовских событий. Тоже, как и она, чувствовал себя здесь лишним. Тот, кто дал ему прозвище, явно обладал чувством юмора, потому что парень оказался редким молчуном. Вообще-то она была благодарна обоим – и ему, и Нику – за то, что не донимали по пути в Москву, не лезли с разговорами. Едва оказавшись в кресле авиалайнера, Ник всыпал в рот какой-то порошок – наверняка что-то из Зоны – и задремал. Ну а Болтун уткнулся в свой смартфон.

Сомова тоже решила использовать отпущенные шесть