Сбой системы - Андрей Станиславович Нуждин

продолжил начальник охраны Залесского, – не то вмиг окажетесь в какой-нибудь аномалии. Или в мутантском гнезде. Если свербит в одном месте, просто завалите беднягу по-тихому в укромном месте, а напоказ чтоб больше не было! Иначе, когда понадобится проводник, бродяги отыграются на нас, не обрадуемся!

«Берет» повел могучими плечами, но возразить не решился. Зато вновь влез молодой парень:

– Мне кажется, об этих двоих сталкерах стоит доложить шефу. Пусть будет в курсе. Кто знает, не пригодится ли такая информация.

Полковник кивнул и мотнул подбородком в сторону выхода. В опустевшем питейном заведении разразилась бессильная лютая брань. Бар закрылся на неопределенное время.

* * *

Генрих Трифонович сидел в своем кабинете и хлестал кофе. Вокруг стопками грудились разнообразные документы, схемы, описания экспериментов. Из всей этой информации глава ИИЗ собирался выжать максимальную для себя пользу.

Сообщение о потере еще двух бойцов Залесский выслушал равнодушно, хлюпая остывший кофе и чуть ли не порыгивая. Кельвин запомнил это, хотя внешне остался непроницаем.

– Ну и что ты хочешь теперь? Тела переправить за Периметр? – Выпучив рыбьи глаза, шеф смотрел сквозь очки на стоящего возле стола наемника.

– Тел не осталось, нечего переправлять, – хмуро отозвался Кельвин. – Однако есть предположение, что один из подозреваемых, которых мы преследовали, и есть изделие под названием «Сталкер-2».

Взгляд Залесского сделался осмысленнее, в глазах появился интерес. Мужчина еще пару секунд разглядывал подчиненного и махнул рукой:

– А ну-ка, где вы их потеряли? Покажи это место!

Наемник подошел к карте Зоны, висящей на стене. Весьма, кстати говоря, подробной. Постарались сталкеры Жреца, полночи просидели за компьютером вместе с картографами института. В результате внесенных поправок карта на стене мало чем отличалась от имеющейся в ПДА каждого нормального ходока.

– Вот тут мы столкнулись с неизвестными мутантами, – палец бывшего военного ткнулся в точку неподалеку от Флоры.

Залесский выпучил и без того огромные глаза.

– В Мраколесье?! В этой аномалии?! Да кто в своем уме туда лезет, полковник?! – Страх пополам со злостью накрыли чиновника.

– А вы нам вменяемый инструктаж обеспечили? – с угрозой в голосе произнес командир наемников. – Сталкеры отказались все как один, какого-то хмыря привели, который Зону видел, лишь когда его военсталы сюда вели! Документация засекречена, понятно, но вы могли достать нужные сведения. Так что не удивляйтесь теперь.

– Захотел бы – нашел бы! Что вы за вояки, коли разведку провести не можете! И не перекладывай с больной головы! – сорвался на крик Залесский. – Отрабатывай деньги, раз взялся!

Кельвин молчал, ожидая от своего босса более вменяемого диалога, сдерживая бушующие эмоции. Когда-то ставший опальным, боец, каких обычно называли военными советниками, был с позором изгнан из рядов армии. Психанул слегка во время последней операции, когда обнаружил расстрелянной очередную деревню.

Деревня та находилась в очень жарком месте, где было много оружия и мало справедливости. Потому полковник взял в руки первое и пошел нести второе всяким местным и пришлым уродам. А с ним пошли и его люди, верившие в правду.

Заваруха тогда получилась знатная. Военные советники с малыми потерями выжгли главное гадючье гнездо, от чего спятили все официальные лица и СМИ.

Понятно, что полковник нарушил приказ, потому показательно выбыл из рядов Российской армии. А с ним уволили и его людей. Кто остался жив. Таких было подавляющее большинство, опять же благодаря полковнику.

Потом было предложение повоевать в одном злачном месте, в другом, и пошло-поехало. Кельвин оброс необычными навыками, связями, знакомствами, приобрел известность в определенных кругах и завоевал авторитет. Но в такой профессии не все получается гладко: однажды полковник по буйству нрава и обостренному чувству справедливости вляпался в историю со смертельным концом, где столкнулся с большими потерями.

Карьера чуть было снова не пошла под откос, пришлось загнать жажду справедливости поглубже в подсознание, где это чувство не мешало Кельвину и его наемникам работать. В тот злосчастный момент бравого вояку подобрал под свое крыло ушлый карьерист Залесский.

А чего ж, своя карманная армия не помешает, если ставку делать на запрещенные методы и незаконные способы пролезть в элиту да как следует набить карман, на годы, десятилетия вперед, чтоб правнукам правнуков хватило. Хотя у чиновника детей не имелось.

А любитель справедливости с тех пор потерял веру в добро. Крепко выпил, еще крепче обдумал свою жизнь и решил, что в этом мире легче жить, если душу заковать в плотный панцирь циничного практицизма. Донкихоты долго не живут и близким не дают.

Только и осталось в человеке, что верность своим ребятам, с которыми довелось биться плечом к плечу. Так что Залесский скоро начал всецело доверять этому внешне спокойному человеку, держащему в кулаке своих наемников и не спускающему обид никому на свете.

За эту внешнюю холодность полковника и прозвали Кельвином – в обычном, «нулевом», состоянии от него эмоций было не дождаться. Но стоило как следует поднять градус, и па́ром могло обжечь серьезно. А то и сварить заживо.

Все это пронеслось в лысой голове Залесского, тон он сразу сбавил. Хоть стоящий перед ним человек все это время безотказно выполнял приказания, отданные шефом, но перегибать палку явно не стоило. «Вспылит вояка, – рассуждал чиновник, – и тогда осколками посечет карьеру хорошо если не под корень. Рухнет выстроенная с трудом и тщанием пирамидка, завалит обломками – не выкарабкаешься. Так что спокойнее».

– Ну, что скажешь, Кельвин? – сменил тон на иронично-дружелюбный Генрих Трифонович. – Почему так получилось, что ты влез в настолько известную в Зоне аномалию, как Мраколесье?

«Да уж, постарел ты, полковник. Халатно отнесся к инструктажу, даже предупреждения собственной интуиции проигнорировал. Ну как так-то? Полностью виновен в гибели двоих своих подчиненных. И друзей. Козел старый».

– Виноват, исправлюсь, – отчеканил безопасник. – Что ж до того, кто в своем уме полезет в эту самую аномалию, хочу поделиться своими подозрениями. Если позволите, Генрих…

– Будь любезен, обойдись без лишних формальностей. Есть что – говори! – благосклонно остановил наемника Залесский.

– Мы не можем утверждать с полной уверенностью, но кто еще выживет в этом локальном аду, кроме робота? Плотоядным тварям железка не по зубам, так что беглый исследователь Зоны вполне может прятаться именно в Мраколесье.

– А что насчет тех, кто был с ним?

– Их было двое – сталкер и тот, кого я считаю вашим потерянным изделием.

– Да какая разница, сколько их было! – снова начал терять терпение Залесский. – Один может быть роботом, а второй точно человек! Не важно, который из них, но один – обычный бродяга! И что получается? Он пошел в Мраколесье по своей воле вместе