Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове (СИ) - Эндлер Жанель

— Главное, что теперь они вместе и снова обрели покой.

Хлоя немного успокоилась, отошла, позволяя Меф помочь мне подняться с колен. Непослушные ноги еле переступали, каждое усилие отдавалось колющей болью в мышцах. Но я не жалел — это был правильный поступок. Тело восстановится, а краткое мгновение неудобства стоит жизней и спокойствия душ.

Воины столпились в паре метрах от Сильрена, во все глаза разглядывая грифона. Дух ветра не выдавал, но явно был польщён их вниманием и изумлением. Вскинул голову, так, чтобы солнечные лучи блистали на его рогах. Серебристые крылья приподнял, визуально увеличиваясь в размере. Под золотистой кожей плавно перекатывались бугры мышц. Я обвёл взглядом товарищей и с облегчением подметил, что все живы, тяжёлых ранений не наблюдалось.

— А ещё не хотел проявляться, — хитрая улыбка расползлась на лице учительницы, в серебре глаз заблестели озорные искорки, — ты глянь, как красуется!

Я хмыкнул. Хоть и понимал, что Сильрену об этом не раз напомнят, на душе было радостно.

Наше приближение не осталось без внимания. Талор быстро перехватил меня у Меф. Валеж поддерживающе похлопал по спине. Неподдельное уважение в глазах вояк грело душу. А когда Марк кивнул, выказывая своё признание, внутри что-то радостно заликовало. Пусть не для всех, но хоть для малой горстки людей на своём жизненном пути я изменю представление о заклинателях духов.

Меф беседовала с Амирой, они активно жестикулировали. Сильрен внимательно слушал и переводил взгляд с одной женщины на другую.

— Что такое? — тихо произнёс я, когда мы с Талором подошли.

— Грифон — это ведь не лошадь, — ведьма-ведунья явно негодовала. — Не в обиду тебе, великий дух ветра, будет сказано, но на нём нет седла! Как вообще удержаться? — и женщина обвела всё грифонское величие руками.

— А ты за рога его хватай, — хохотнула Меф, на что получила гневный взгляд янтарных глаз и полный ужаса взор Амиры.

Идея была, конечно, заманчивой, но подобное гордость духа не переживёт.

— У Сильрена могучая шея, — прозвучал нежный голос Хлои. — Можно обхватить её и не упасть.

В конечном счёте решили, что я держусь за шею грифона, а ведьма-ведунья держится за меня, чтобы моё слабое тело не свалилось в сторону. Хотя этот расклад явно не нравился Амире — шанс, что она сама завалится вбок и упадёт, казался более возможным.

Хлоя вернулась в мир духов, а грифон уменьшил свой размер до небольшой собаки. Мне помогли перекинуть непослушную ногу через спину Сильрена. Тело предательски дрогнуло. Женщина за мной тоже дрожала, но явно не от бессилия.

— Давай, друг, потихоньку, — моя рука прикоснулась к мягким перьям на шее. Аккуратно дух ветра начал возвращать свой нормальный размер. Через полминуты я уже смог расслабиться и обхватить поистине мощную шею грифона. Напряжение и страх отошли на задний план. Я чувствовал лишь доверие, и такое событие, как полёт по небу, совершенно не пугало. Холодные руки Амиры крепко сжимали талию.

— Ну что, ребята, — задорно прозвучал голос Меф, — дорогу в деревню я запомнила. Так что руки в ноги и за мной.

— Прям-таки и запомнила, — с прищуром и не меня весёлым настроем спросил Валеж. Остальные товарищи тоже улыбались, кто открыто, кто лишь уголками губ. Мою названую сестру приняли и уже не остерегались. Умела всё же учительница располагать людей и получать их доверие.

— А то, за два часа управимся и как раз к баньке успеем.

— А может помощь какая понадобится, спинку там попарить веничком? — вставил Олеж, за что получил очередной подзатыльник от брата.

— С такими предложениями к приличным и могучим девушкам не обращаются, — пристыдил Талор.

Дальнейшего разговора я не слышал, наша боевая группа уже почти скрылась за первыми деревьями.

— Взлетаю, — известил Сильрен. Толчок, взмах крыльев, и сердце ухнуло в пятки. Щекотными мурашками отдались в теле новые чувства. Ещё один взмах, и мы промчали через сломанный ранее полог деревьев.

Яркий свет заставил сощурить глаз, но ненадолго — любопытство быстро взяло вверх. Стоило разомкнуть веки, как невероятная картина открылась передо мной. На много лиг вокруг виднелся лес, сначала тёмный, как пятно засохшей крови, а далее зелёный, живой, нормальный. Снежными пиками блестели северные горы. Облака, казалось, совсем близко. Сквозь их тучные пушистые тела золотыми потоками пробивался солнечный свет. Свежий воздух пьянил, кружило голову чувство свободы. Я чуть было не вытянул руки, чтоб обхватить это прекрасный мир.

— Сильрен, а если подняться выше, можно увидеть Кумыр и Ольховку?

— Можно, но там вы окончательно замёрзнете, — отозвался мой друг. И теперь я заметил, как холодит промокшая одежда. Сильный взмах, и мы устремились к небольшим серым ленточкам дыма, что указывали на расположение болотной деревни. Ветер не хлестал в лицо и не пронизывал до костей, как я ожидал. Скорей всего Сильрен защищал нас от этих неприятностей полёта. Тот путь, что мы пешими проделали за три часа, дался на лёгком крыле за половину. Возможно, без нас в виде груза было бы быстрей.

Как и предсказывала Меф, появление грифона посередине деревни, — а только там было достаточно места для приземления, — вызвало массовое волнение и хватание за оружие. Амира и здесь быстро известила, что прибыли друзья. Староста и купец Петэр задали нам по несколько каверзных вопросов, дабы подтвердить, что это мы, а не кто-нибудь иной. После благополучно пройденной проверки нас отпустили. Дух ветра сначала стал невидимым для людей, а уже после уменьшил свой размер. Такая последовательность вызвала улыбку на моём усталом лице.

— Пойдём, — позвала меня ведьма-ведунья, — Шинни должна была уже приготовить мазь и навар.

Слабость всё ещё клонила тело в разные стороны, но я отказался от помощи и тихонько побрёл за Амирой. Облегчением было зайти в тёплый, прогретый дом, вдохнуть терпкий запах трав, сесть за стол и понять, что наконец-то можно расслабиться. Я с благодарностью принял кружку горячего снадобья. Юная ведьмочка, крайне довольная собой, ждала моей реакции. Напиток слегка горчил, но быстро выгонял холод из тела, о чём я отчитался Шинни.

Как выяснилось у меня не было сменной одежды для бани, так как все вещи и прочее пало с лошадью, когда мы убегали от мёртвой стаи. После непродолжительного негодования ведьма-ведунья отправила дочь к старосте просить собрать мне что-нибудь подходящее. Мы остались с Амирой наедине. Время было благоприятное, потому я рассказал ей о дальних родственниках и о том, что случилось на самом деле. Женщина слушала внимательно, изредка кивая каким-то своим мыслям.

— Верить мне или нет, тебе решать. Но внутри того дерева ты можешь увидеть, как они застыли в объятьях любви, — закончил я. Дом наполнился тихой задумчивостью, но это продлилось недолго. Шинни вернулась не одна, мальчонка с ходу заявил, что отведёт меня в баню. Вид у провожатого был такой гордый и довольный, как будто ему досталось очень почётное задание.

Остаток дня и вечер пролетели быстро и легко. Баня сняла напряжение, мазь Шинни обеззаразила ссадины и порезы. Поздний ужин, опять-таки в доме собраний, прибавил позитивного настроения. Нашёлся умелец играть на гуслях и радовал всех задорными частушками. Деревенские пили за наше здоровье и храбрость. Петэр тоже знатно налегал, они со старостой обсуждали открывшуюся перспективу безопасной торговли с южными городами. Олеж пересказывал историю нового сражения и нашу невероятную победу. Очень красочно у него это получалось, прям заслушаешься. Меф и Амира что-то негромко обсуждали. Учительница внимательно рассматривала символы на посохе ведьмы-ведуньи. Моих сил на восприятие новых знаний, как, впрочем, и на что-то ещё, не было совсем. Вскоре я удалился с шумного, бурного веселья, чтобы отдаться в руки наивысшего наслаждения — сна!

***

Приятным было пробуждение не с первыми петухами. По-видимому, нам дали больше времени для отдыха. Когда я вышел на улицу, солнце уже поднялось над лесными кронами. Жизнь кипела вокруг каравана. Последний собирался продолжать свой путь. Нагружали коней, проверяли повозки, что-то чинили на скорую руку. Я было озадачился поисками новой кобылки, как выруливший навстречу мне староста подвёл красивого гнедого жеребца.