Сергей Богомазов - ОБЪЕКТ-12

— Бедняжка! — продолжала Ники, вновь прижимая к себе Полину, — ты, наверное, так испугалась!

— Всё нормально. Спасибо. Я в полном порядке. Проходи. Надеюсь, Юфуса с тобой нет?

— Он остался в машине — я же знаю, что у тебя аллергия. Водитель за ним присмотрит.

Юфус был маленькой собачкой на тоненьких спичечных ножках, которую Ники, подражая то ли Перис Хилтон, то ли тем, кто подражает Перис Хилтон, — всегда носила с собой и ни на минуту с ней не расставалась, делая исключение лишь приходя в гости к Полине. Юфуса Ники подарил супруг, который изначально дал ему кличку Оболтус, но Ники решила, что такая кличка — это не «комильфо», а потому придумала для псинки другое имя, которое, как ей казалось, будет больше соответствовать. Так Оболтус стал Юфусом. Впрочем, отзывался он на любое имя. Кроме того, он постоянно трясся, словно в лихорадке, время от времени заливался приступами пронзительного и беспочвенного лая, а также писался, когда рядом кто-то неожиданно чихал или просто издавал какой-то громкий звук. В общем, вёл себя не гламурно…

Как настоящий Оболтус!

Однажды, таким образом, он умудрился испохабить новенькую сумочку от Луи Вуитона, чем вызвал у Ники настоящую истерику, но, несмотря на все эти недостатки, она продолжала везде носить псинку с собой, хотя Полина была на сто процентов уверена, что возня с этим непредсказуемым животным Ники уже давно надоела, и она терпит её лишь в угоду модному образу.

— Почему у тебя не отвечает телефон?

— Он утонул вместе с машиной.

— Ах да! — лицо Ники сделалось печальным, — хорошая была машина, надеюсь, она застрахована?

— Само собой.

— Ну и отлично! — лицо Ники вновь просияло. — А на счёт телефона…

— Жора уже достал мне телефон, — произнесла Полина, кивнув в сторону нераспакованной коробки с мобильником. — Но я пока что не успела его включить.

— Аа-а-а! Ну, тогда понятненько! А я вот без телефона как без рук! Ни минуты не могу! Ты представляешь — звонят мне недавно и говорят… — Ники разразилась длительной пламенной речью, в которую Полина, присевшая за зеркальный столик и принявшаяся наносить макияж, не особенно вслушивалась. Эту речь, произнесённую Ники на разный манер, она слышала уже не один десяток раз. Периодически до её сознания долетали отдельные обрывки фраз вроде: «кастинг был полным дерьмом» или «продюсер мне и говорит», а так же «прики-и-инь тако-о-о-ой козе-е-ел!». Смысл всегда был одним и тем же, менялись лишь названия проектов, под которые проводились кастинги, имена продюсеров и козлов. Впрочем, как правило, первые являлись одновременно и вторыми. Полине лишь оставалось делать вид, что она искренне сопереживает Ники, время от времени кивать и поддакивать.

Возможно, кто-то мог бы обвинить её в чёрной неблагодарности по отношению к подруге, но Полина прекрасно знала, что вовсе не беспокойство за неё, а банальное любопытство заставило Ники прямо с трапа самолёта примчаться к ней в гости. Желание узнать о произошедшем не из колонки светской хроники, а лично из первых уст. Узнать, чтобы потом в бесконечных телефонных разговорах пересказывать эту историю всем своим друзьям и знакомым, козыряя тем, что всё рассказанное ей лично поведала сама участница событий.

Словно в подтверждение этого до Полины, наконец, донеслась фраза, которую она и ожидала услышать.

— Ну что? Рассказывай!

Полина вздохнула. Она не знала, как объяснить Ники, что совершенно не горит желанием повествовать о своих злоключениях. Ники такой ответ просто не примет — ведь не зря же она сюда примчалась.

— О чём… — Полина сделала вид, что не понимает сути просьбы.

— До обо всём! Я умираю от любопытства!

«Что и требовалось доказать», — подвела черту под своими невесёлыми умозаключениями Полина.

Женская дружба… Полина в неё не верила. Точнее, уже не верила, так как больно обожглась об эту самую «дружбу» в прошлом и теперь относилась к ней с изрядной долей цинизма. Примерно также относятся дети постарше к пришедшему поздравлять их Деду Морозу. Они знают, что Дед Мороз ненастоящий. И Дед Мороз знает, что они знают. Но все соблюдают правила игры, чтобы не разочаровывать тех детей, что помладше. К тому же подарки, которые он дарит, — вполне реальные, а раз так, то какая разница, что под бородой из ваты скрывается нанятый актёр? Ну а тем, кто до сих пор верит в сказки, можно только посочувствовать, так как рано или поздно они увидят, как упившийся в хлам Дедушка уснет, уткнувшись мордой в салат. И хорошо еще, если разрушение сказки пройдёт именно так безобидно.

Полина помнила о том, как была разрушена её сказка, в которой существовало такое понятие, как доверие между двумя девушками, и не хотела вновь пострадать, открыв душу и доверив свои тайные переживания очередной «лучшей подруге». Нет уж, спасибо.

— Слушай, Ник… Ну нет у меня желания об этом говорить… — усталым голосом произнёсла Полина, глядя на подругу через отражение в зеркале. При этих словах лицо Ники сделалось таким несчастным, что Полине стало её почти жалко.

— Да нечего мне особенно рассказать, — вздохнула девушка.

— Ну, как же! Такая история! Авария! Смертельная опасность! Таинственный спаситель! Это же! Это же — ВАУ! Об этом же каждая мечтает!

Полина обернулась и посмотрела на Ники таким взглядом, что та прервала своё восторженное описание ситуации.

— Ты всерьёз считаешь, что каждая девушка мечтает попасть в аварию и угодить при этом под зимний лёд Москва-реки?! — спросила Полина, глядя Ники в глаза.

— Э-э-э-э-э… Ну нет, конечно… Я не так выразилась… Ну я имела виду… Ну это, типа… Приключения и всё такое! Это же круто!

— Да уж… — Полина вновь повернулась к зеркалу.

— К тому же — когда кто-то рискует ради тебя своей жизнью… Это так романтично…

— Да уж… — вновь повторила Полина, не зная, что возразить.

— Счастливая ты, Полинка, — вздохнула Ники. — Ради меня вот никто ещё ничем не рисковал… Если бы мне встретился такой герой…

— То что? Ты ушла бы к нему от своего банкира? — усмехнулась Полина.

— Ну… Не знаю…

— Значит, не ушла бы.

— Ну может и не ушла бы… Да не в этом дело! Мне было бы приятно… Да и, в конце концов, мой Гриша тоже мужик неплохой.

— Ну, вот и радуйся, что он у тебя есть. Он ради тебя на всё готов, всё, что хочешь, тебе купит.

— Да я знаю, что купит… Но это всё не то, понимаешь? Точнее, раньше я думала, что это «то», а теперь понимаю, что нет…

— Что тебе не нравится?

— Понимаешь…Да, он такой стабильный. Надёжный… У него всё схвачено, за всё уплачено. Он меня полностью обеспечивает и раньше, мне это очень нравилось, а сейчас… Тоска… Мне с ним скучно, понимаешь? Он такой… Такой предсказуемый… Вся жизнь по графику. Всё записано, все распланировано… Чёрт! Да у нас даже секс по графику, представляешь? Не потому, что ему или мне захотелось! Нет! Просто в его долбаном органайзере среди списка общих дел наверняка стоит запись «трахнуть Ники», и он, сделав дело, также вычёркивает эту запись, словно выполнил какую то работу…

А я не хочу трахаться по расписанию! Мне нужна романтика! К тому же то, что он готов тратить на меня свои деньги, совсем не значит, что он ради меня совершит какой-то поступок, который потребует не столько финансовых вложений, сколько проявления мужества. Однажды один придурок меня обозвал при нём, так как ты думаешь, что он сделал? Дал ему в морду? Как бы не так! Он его засудил! Представляешь? Нанял адвокатов, подал в суд заявление об оскорблении чести и достоинства, полгода судился и выиграл дело. Так он типа мою честь отстоял! Другой бы на его месте просто дал бы уроду в глаз! Но нет! «Дорогая, я же не могу портить свой имидж!» Тьфу ты! — раздосадовано закончила Ники. — И будь уверена, угоди я в такую передрягу, он бы за мной под лёд не полез! Не-е-е-т! Бегал бы по берегу со своим Vertu в руке и пытался бы вызвать спасателей, только я бы уже к тому времени утонула… А этот парень…Он ведь тебе даже не знал совсем! А всё равно помог, понимаешь? Это так невероятно и так трогательно… Я думала, что таких людей больше не бывает, а видишь, ошибалась… Такой может быть всего один и остался, и тебе повезло с ним встретиться! Ведь судить об истинном лице человека можно не по тому, сколько сотен евро стоит костюм, в который он одет, а по его поступкам. И судя по тому, что совершил этот парень, он… Он…

— Настоящий… — тихо проговорила Полина. Она была поражена речью Ники. По правде сказать, услышать подобное она ожидала от кого угодно, только не от неё.

— Да! Настоящий! Настоящий мужчина! Сейчас это слово потеряло свой смысл… Теперь под этим понимают, что человек богат или влиятелен или то и другое вместе взятое. Но без внутренних качеств… Это всё не то. А, как правило, внутри-то у большинства таких мужиков ничего и нет!

— Нельзя же за всех говорить, — заметила Полина.