Путь Белой маски - Гектор Шульц

целом почерк у Кадира был вполне нормальным. Но половину слов Эйден не понимал, поэтому старался их запомнить, чтобы потом спросить, когда сосед по комнате проснется. В остальном, записанная лекция оказалась, на удивление, интересной. Эйден узнал, что «обманное вино» вызывает рвоту и понос одновременно, а если часть зелья вылить в кувшин с водой или настоящим вином, то можно спровоцировать отравление у слуг или охраны. Помимо этого, Маррад рассказывал о некоторых травах, которые растут в лесу. Травы являлись частью многих зелий и при нужде запас можно легко пополнить.

Вздохнув, мальчик принял сидячее положение, дотянулся до своей полки и взял чистый свиток с самопишущим пером. Затем принялся аккуратно переписывать свитки Кадира, ставя вопросительные знаки рядом с теми словами, которые были ему незнакомы.

Ночью боль вернулась, но уже не такая сильная. Эйден, не зная, можно ли ему спать или нет, честно бодрствовал, разглядывая потолок и разминая уставшими пальцами мышцы ног. Ему удалось, пусть хоть немного, но все же согнуть правую ногу. Эйден вымученно улыбнулся, вздохнул и начал разминать другую ногу. Работы еще много, не время отвлекаться на сон.

Однако утром, когда он с трудом выбрался из кровати и вознамерился пойти вместе с Кадиром на занятия, его у двери перехватил еще один далтэ. Он протянул ему новый пузырек и передал слова Федельмида, велевшего мальчику оставаться в кровати. Вздохнув, Эйден с тоской в глазах проводил гастанца и остальных, после чего вернулся обратно в комнату. Выпил содержимое пузырька, оказавшееся на вкус чем-то средним между куриным бульоном и крепкой медовухой, после чего, как и в первый раз, сразу же уснул.

Отправиться на занятия ему разрешил сам Федельмид, пришедший в спальню мальчиков спустя пять бессонных ночей. Он придирчиво осмотрел ноги и довольно хмыкнул. На миг Эйдену показалось, что в глазах наставника блеснуло уважение. Впрочем, ночами он преимущественно переписывал содержимое свитков Кадира, а потом пытался выполнять примитивные упражнения. Приседал, упирался ногами в стену и старался оттолкнуться, или же просто поднимал их вверх, а потом опускал, когда мышцы живота сводило. Естественно наставник это заметил, но ругать не стал.

– Ты бодрствовал все пять ночей? – спросил он, заглядывая в глаза мальчику. Тот кивнул. – Правильно. Кости сложно срастить, далтэ. Для этого нужно время, а у тебя времени нет. Другие далтэ уже занимаются и постигают науку под руководством байнэ. Тебе придется догонять их и догонять стремительно.

– Я читал свитки, которые Кадир приносит с занятий, – тихо ответил Эйден. Федельмид кивнул и прищурился.

– Верное решение, далтэ. Твои кости срослись, но боль еще будет беспокоить тебя, пусть и не так часто. Завтра ты можешь приступить к занятиям с остальными.

– Спасибо, байнэ, – кивнул Эйден. Наставник еще раз придирчиво ощупал его ноги и, развернувшись, покинул комнату. Мальчик с тоской посмотрел в окно, вытащил из-под подушки свитки и углубился в чтение. Наверняка другие байнэ будут задавать вопросы. Вряд ли им есть какое-то дело до его поломанных ног.

Наконец утром он отправился на занятия вместе с Кадиром и остальными мальчишками. Они удивленно переглядывались и, шушукая, косо смотрели на него, ожидая, когда за ними придет наставник. Однако шепотки моментально стихли, как только в конце коридора появилась знакомая фигура в черных одеждах и раздался холодный, властный голос.

– Закончить разговоры. Выстроились по двое. За мной, – сказал Жакен Торбул. Мальчишки моментально подчинились, однако наставник прошел в конец ряда и остановился рядом с Эйденом и Кадиром. Гастанец побледнел и мелко затрясся, но смотрел Жакен Торбул не на него. – Твои ноги не сломаются, далтэ?

– Нет, байнэ, – ответил Эйден. – Байнэ Келла позволил мне заниматься.

– Смотрю, он не только поставил тебя на ноги, но и привил хоть какое-то подобие этикета. Отрадно, но обращаясь ко мне, говори «мессир». Твой стилет с тобой?

– Да, мессир, – кивнул мальчик и вытащил из-за пазухи завернутое в тряпицу оружие. На лице Жакена Торбула мелькнула улыбка, а остальные мальчишки негромко зашумели. Даже Кадир удивленно посмотрел на Эйдена.

– Белая маска никогда не расстается со своим стилетом, далтэ. Запомните это. Вырвать его может лишь смерть из ваших окоченевших пальцев. За мной.

– Откуда ты взял стилет Белых масок? – шепнул Кадир, смотря на Эйдена с выражением одновременно и страха, и обожания.

– На «Черной чайке» на меня напали странные… существа, – ответил Эйден, пока они шли по коридорам за Жакеном Торбулом. – Одно из них выронило этот стилет, а наставник сказал, что он теперь мой.

– Байнэ Эйк говорил нам, что стилет добывается в испытании. А ты уже добыл его?

– Я не знаю, Кадир, – вздохнул мальчик и ехидно добавил. – Можешь спросить мессира, если тебе интересно.

– Да вот еще, – фыркнул гастанец и потупился, наткнувшись на ледяной взгляд Жакена Торбула. – Скорее Шарам мне кусок жопы откусит, чем я что-то у мессира спрошу…

Они шли долго. Спускались по многочисленным ступеням в глубины горы и ежились от холода и тьмы, которая царила здесь. Разговоры и шепотки давно стихли и весь путь проходил в молчании, а Эйден, пользуясь моментом, изучал таинственные подземелья обители Белых масок.

Пол здесь тоже был выстлан черным мрамором, но белых колонн не было. Одна лишь тьма и огонь, тускло освещавший дорогу. Однако, как только мальчик присмотрелся, он увидел, что гладкие стены тоже покрыты резьбой. Более того, на них он увидел картины, настоящие произведения искусства. Какие-то сюжеты были ему знакомы, а какие-то он видел впервые, но почти везде, в центре каждой картины, были изображены Белые маски.

– Это путь в святилище Владыки, – нарушил молчание Жакен Торбул. Во тьме его голос звучал глухо и особенно холодно. – Далтэ учатся здесь убивать. Майтэ проходят здесь последнее испытание. А Белые маски присягают здесь на верность Владыке. То, что вы видите на стенах, это подвиги. Подвиги моих братьев. Мадан по прозвищу Танцующая тень, убивший старейшего лорда Эмпеи и положивший начало империи. Эрлик Острозубый и его смертельный танец против десяти Бронзовых сабель…

– Я слышал о нем, – шепнул Кадир Эйдену. – Он убил всех. Отправил их к Шараму…

– Возможно далтэ из Гастана знает легенду лучше меня и поделится с вами? – процедил Жакен Торбул, заставив Кадира вздрогнуть. – Или мне отрезать ему язык? Тогда о нём тоже сложат легенду. Кадир Болтун, осмелившийся перебить мессира Владыки.

– Нет, мессир. Простите, мессир, – пробормотал мальчишка. Эйден улыбнулся, увидев, что остальные мальчишки тоже улыбаются.

– Но истина в моих словах есть, – продолжил Жакен Торбул, идя вперед. – Любой из вас может попасть на эти стены, а слава вашего подвига будет жить