Закат Эллурма - Борис Ветров

у Олега не было возможности, рядом начал меняться Союзник.

Шриз зарычал, поднялся на задние лапы и выпустил когти. Медведь рос, становился выше и шире, а под конец и вовсе упёрся головой в крышу зала. Изменились и его когти, теперь каждый из них стал размером с двуручный меч, а по кромке пробегали разряды электрических искр.

Олег осмотрел себя, левая рука чесалась и саднила, он задрал рукав и увидел фиолетовые вены, которые, судя по всему, отмирали, именно в этом месте рука и чесалась.

«Чёрт!»

– Ничего страшного, это пройдёт, правда, останутся следы, но это лучше, чем сгинуть завтра на арене, – одобряюще сказал Брэндон.

– Скажите, насколько сильно вам пришлось нарушить правила, чтобы помочь мне? И что ещё за предсказание?

– Достаточно для того, чтобы лишиться головы и всего имущества, если меня поймают. А предсказания часто не сбываются, не забивай себе голову, – распорядитель арены сказал это буднично, будто речь шла о том курицу ли зарубить для супа или индейку.

– Почему вы это делаете? Вы не нуждаетесь в деньгах! И человек вы совсем не такой, чтобы ради незнакомого оборванца, рисковать всем. В чём ваш интерес, Брэндон?

– Всему своё время! Сейчас время для сна, отправляйся спать, Олег, тебе предстоит пережить тяжёлый день завтра. Теперь не смертельно тяжёлый, но сложный как минимум, – распорядитель арены развернулся и зашагал к двери.

«Видимо, о проклятой твари, что выйдет против меня завтра, спрашивать бессмысленно?»

Олег повернулся к урсе, его питомец вернулся к привычным размерам, но и в таком виде он стал выглядеть по-другому, на голове зверя красовалась точно такая же серебряная прядь волос, как и у хозяина. Когти ощутимо торчали из лап, как, впрочем, и клыки оттопыривали нижнюю губу, мешая верхней.

Глава 7. Беззвучная музыка смерти

Гелиард

Гелиопод уже минут сорок продвигался в канализационных водах Гердании, целью хозяина каравана была арена Хедимсей.

«Людишки надменные и высокомерные, думают, если они не готовы провести в зловонных водах и минуту, то другим это не под силу. Как неосмотрительно оставлять такую простую возможность добраться до проклятых зверушек!»

Удлинившиеся ноги Гелиарда позволяли ему идти по дну канала, лишь изредка гелиоподу приходилось плыть, но и это не вызывало никаких затруднений.

«Дерево не тонет, особенно если это дерево умеет грести!»

Канал становился уже, сточных вод меньше, а это означало, что арена уже рядом.

«Скорей бы, не терпится посмотреть на изменения у моих маленьких созданий».

Канал повернул вправо под углом девяносто градусов, воды почти не осталось. Тонкие щели уходили к клеткам, где и содержались твари пятого предела. Гелиопод сорвал с бедра один из сморщенных плодов, покрепче обхватил его крючковатыми пальцами и потянулся рукой-веткой в щель, что вела к первому созданию.

Ракшас сидел в клетке с закрытыми глазами, четыре руки обхватывали колени, синяя кожа при тусклом свете факелов казалась грязной. Полуразумные и дикие ракшасы были способны разговаривать, но не договариваться, неистовые и жестокие, безумные и беспощадные, так этих существ описывали в летописях.

Проклятая тварь приоткрыла глаза, странный шорох в отхожем месте привлёк внимание ракшаса, крысы были хоть каким-то развлечением для заключённого существа. И ракшас кинулся на звук со всей скоростью, на которую был способен. Удар когтистой лапы попал в цель, но вместо маленького грызуна в лапе оказался сморщенный плод, да скрюченная деревяшка, напоминавшая палец.

«Ничего, палец отрастёт, главное, посылка достигла адресата!»

Ракшас принюхался, странный пряный запах плода манил, звал и предлагал съесть его, но и настораживал, слюни наполнили рот проклятого создания. Синекожая тварь зарычала, борясь с приступом гнева, ракшас ударил тремя свободными лапами по стене узилища, глубокие царапины остались на шершавой стене от когтей, а затем не удержался и отправил плод в свою пасть.

Поначалу ничего не происходило, лишь освежающая прохлада холодила горло. Но вскоре ракшас ощутил прилив сил, два сердца ускорили ритм и застучали в такт, эфир побежал по венам, наполняя силой и энергией каждую клетку.

Когти начали расти, из локтей вылазили острые шипы, на коже проступила странная вязь символов давно забытого всеми письма. Кисти рук кровоточили, с тыльной стороны ладони у ракшаса прорезались костяные отростки, тонкие, загнутые и смертельно опасные.

Осквернённый зарычал от боли, упал на колени, на спине от каждого позвонка прорывались сквозь кожу костяные наросты, глаза наполнились кровью. Ракшас преображался в боевую форму, обычно недоступную этим существам.

Гелиард шагнул к следующей щели в камне.

Шесть часов спустя

– Вы позволите? – приоткрыв дверь в кабинет Брэндона, спросил Гелиард.

– Да, входите, – не глядя на посетителя, произнёс распорядитель арены.

Хозяин каравана шагнул внутрь, огляделся и, не дождавшись разрешения, сел напротив Брэндона.

– А, Гелиард, это вы! Доброго утра, чем обязан? – Брэндон, наконец, оторвался от бумаг и поприветствовал посетителя.

– Вообще-то, уже день, а впрочем, неважно. Вы знаете, что это? – гелиопод легонько катнул один из своих плодов к распорядителю арены.

Брэндон поймал желтоватый сморщенный шар, свёл брови, поднёс его поближе к глазам и понюхал:

– Кажется, это плод гелиопода, но откуда он у вас? – озадаченно спросил распорядитель арены.

– Мне доподлинно известно, что такими… – Гелиард сделал театральную паузу, – фруктами накормили всех зверей, что я вам доставил для второго круга.

– Откуда вы это узнали?! Случайно, не вы сами их и накормили? – Брэндон откинулся на спинку стула, кажется, для распорядителя арены не было секретом, кем был Гелиард.

– Я? Нет! Я честный торговец, да и зачем мне тогда об этом говорить вам? Это нелогично.

– Пожалуй… Тогда кто это сделал? – не сводя глаз с гелиопода, спросил Брэндон.

– Я совершенно случайно получил эту информацию и не знаю, кто, зачем и для чего так поступил!

– Нужно немедленно всё проверить и, если это правда… – Брэндон с сомнением посмотрел на Гелиарда, – остановить бои на арене.

– Разумеется, – хозяин каравана встал и направился к двери.

Брэндон последовал за ним, но в последний момент, прямо перед дверью гелиопод развернулся:

– Чуть не забыл, позвольте украсть у вас ещё минуту вашего времени уважаемый Брэндон!

– Да, конечно, что вы… – договорить распорядитель арены не успел.

Из рукава плаща гелиопода прямо в руку выпал странного вида меч, больше походивший на экзотическое растение в виде клинка.

– Ваш брат передаёт вам привет! – Гелиард всадил остриё в грудь Брэндона.

Меч разошёлся на четыре части, которые, в свою очередь, не проткнули грудь насквозь, а аккуратно вонзились под кожу и образовали остроконечный квадрат на груди Брэндона. Клинок отделился от рукояти меча