Пермский Губернский 6. Абсолют - Евгений Бергер

Измениться? — удивился Мегард: — Вообще-то, я вижу, как ты думаешь о словах этого старика. Не знал, что ты любишь рефлексировать. Мне казалось, что я создавал вас для других целей. Потому, ваш разум просто не может долго зацикливаться на одном и том же.

— Посиди в темнице с моё — научишься. Да и не рефлексируя я. Зачем отрицать факты? Мне это не поможет исправить ситуацию.

— Верно. Только вот — исправлять ничего не нужно. Рыба создана, чтобы плавать. Птица — чтобы летать. А ты, сын мой — создан, чтобы завоёвывать! Ты не созидатель, как твои братья и сестры. Ты — уникален в своём роде! Я рад, что прикончил этого идиота, который обучал тебя в самом начале. Слишком уж много он болтал не по делу! А ты — поверил… Ересь поработила твой разум, и сейчас ты пожинаешь плоды того отвратительного воспитания. Сомнения и старания переделать свою суть лишь разрушают тебя изнутри, Глэйтрон. Ты же никогда не был ранимым и чувствительным к внешним факторам… Так, что случилось?

— Ты лжец и манипулятор. И мне плевать, для чего именно ты меня создал! Я видел другого себя. Я знаю, что могу быть другим. Но сейчас я чувствую, что с каждым новым убийством приближаюсь не к своей цели… А возвращаюсь обратно к роли Глэйтрона Завоевателя.

— Ты не в состоянии стереть историю. Свою историю! То, что ты не умер — дар. Но взгляни на этот мир… Разве он дружелюбен к тебе? Разве тебе нравится весь этот хаос и бардак? Им не хватает порядка!

— Единственное, чего им не хватает — поменьше алчности. И всё будет путём.

— Когда ты стал использовать человеческие словечки? Ты опустился до уровня гуминитов!

— Нет. Я живу в мире и говорю на местном языке. Это нормально.

— Твоё естество сопротивляется этой гнусной ассимиляции! Вместо прощения, ты испытываешь маниакальное желание продолжать идти вперёд. А вместо искреннего раскаяния — ты просто хватаешься за оружие. Ты не разговариваешь. Не ищешь компромиссы, хотя утверждаешь, что… ассимилируешься с ними. Нет! Посмотри правде в глаза. Тебе же совсем неважно, сколько людей погибнет, пока ты дойдёшь до цели… Разве это не тупиковая ветвь? Разве не от количества местного населения зависит твоя сила? Убивая их — ты отдаляешься от своей цели!

— Хорошо стелешь, Мегард. Впрочем, как и всегда. Только вот, в твоей логике есть одна серьёзная ошибка. Те, кого я убиваю — вредят человечеству. Они могут убить гораздо больше, чем я. И, что тогда? Смотреть на них со снисхождением? Ты всегда был умным тактиком и стратегом, Мегард. Но эту партию я тебе не отдам! Я очищу планету. А затем возьму всё, что смогу. И я найду тебя…

— Если сам не превратишься в меня с таким жестоким отношением к людям. — Мегард неистово расхохотался, а затем затолкнул меня во мрак. Жаркий… Я бы даже сказал — душный.

В одном Всеотец прав. Я становлюсь слишком злым. Враги лишь раззадорили того, кого мне едва удалось успокоить…

В итоге, было принято важное решение. С понедельника… Кхм, вернее — с сегодняшнего утра, я стараюсь меньше злиться! Больше держу себя в руках и отношусь к окружающим по-доброму.

Стоит понимать, что грань между жестоким тираном-убийцей и всеобщим героем — для меня становилась всё тоньше. Если я нарушу этот шаткий баланс — не видать мне отмщения, как собственных ушей.

Однако духота становилась невыносимой!

Кое-как продрав глаза, я обнаружил на своей голове чью-то попу в белоснежных трусах. А в ногах явно потряхивалось, что-то мохнатое. Резко поднявшись, я скинул с себя спящую Иришку, а затем с ужасом увидел свернувшуюся у меня в ногах Ириску.

— Это что за анимешно-штампованное безобразие?!?!? КАКОГ ЧЁР… — мне пришлось ущипнуть себя, чтобы не злиться. Всё-таки, я принял решение быть добрее, чтобы предотвратить своё превращение в Глэйтрона: — Леди! Добрейшего утра. Никто не объяснит мне, что вы обе делаете у меня в кровати?

— Секретарша нарушает правила… — сонно фыркнула Ириска и начала дружелюбно мотылять мохнатым хвостом: — Мы договорились не трогать тебя во время сна. А она сказала, что тебе холодно! Мол, пошла тебя греть. Мы едва не подрались… Но решили, что разбудим тебя. Поэтому договорились, что дождёмся утра и только тогда разберёмся. Правда… мы немного просчитались и уснули.

— Ничего страшного. — попытался улыбнуться я: — Всё равно мне уже совсем скоро вставать. А вы ещё можете подремать.

— Нет уж… — Иришка шлёпнулась на пол и протёрла глаза: — Я сделаю завтрак!

— Но сегодня моя очередь. — нахохлилась полностью проснувшаяся горничная.

— Обойдёшься. — секретарочка быстро поднялась и резво убежала на кухню. Ириска поспешила за ней.

Ничего страшного. Они просто заботятся обо мне. Такое не должно злить. Кажется, в одной из книг советовали чаще медитировать. Автор постоянно повторяла одну и туже фразу. А именно: «Я спокоен и рад. Я с благодарностью принимаю то, что мне даёт вселенная.»

Рад. Очень рад. Особенно, когда обнаружил кучу чёрных волос в сливе ванной.

— ГОЛУБИКА!!! — прорычал я, но тут же взял себя в руки.

— Звали меня, Господин? — сонная Агни плавно влетела в ванную комнату и зависла над стиральной машиной: — Хотите, чтобы я помыла ваш пестик?

— Нет, дорогуша. — улыбнулся я и указал на ванную: — Пожалуйста, впредь убирай волосы из слива. Хорошо?

— Это не моё. Я супергерой. Забыли? Сто процентов — это горничная линяет!

— Горничная? — я вытащил длинный чёрный волос: — А, ничего, что у Ириски каре?

— Дерьмо… Ладно. Буду убирать. — вздохнула Голубика: — О! Или, давайте я буду ублажать вас три раза в неделю, а вы будете убирать волосы сами?

— Нет.

— Четыре раза.

— Нет.

— Пять.

— Нет. — у меня слегка задёргалось правое нижнее веко, но я продолжал улыбаться.

— Семь дней! И утром и вечером!

— Агни… Послушай, меня. Мы живём одной большой семьёй. И если мы не будем соблюдать порядок, то очень скоро эта квартира превратиться в самый настоящий свинарник. Поэтому, давай с пониманием и уважением относиться к остальным. Ладно?

— Чего это вы добрый такой? Меня это пугает…

— Я всегда такой.

— Ну… Как скажете. Тогда я буду убирать волосы. И ублажать вас. ОДНОВРЕМЕННО!

— Нет!

— Эх… Не прокатило… Печаль.

Фу-у-ух…