Кровь черного мага – 6 - Эрик Гарднер

class="p1">— Хм, нет, вроде всё в порядке. Что ж, продолжим. Ваше Величество, как только я верну ее дух, она снова почувствует боль, так что, полагаю вы знаете, что делать.

Я кивнул. Алойзиус поместил новое сердце, все также продолжающее сокращаться, правда совсем слабо, что несколько затруднило черному магу задачу. Но он наконец закончил, следом раскрыл над Маделиф капсулу, в которой была заключена ее душа. Мы увидели как оттуда хлынул настоящий поток жизненной энергии, захлестнувший сердце и впитываясь в него. Маделиф судорожно вздохнула и вскрикнула, но глаза ее закрылись, словно она потеряла сознание. Алойзиус вывел еще несколько заклинаний. Волшебницу начало мелко трясти. Я добавил пару своих заклинаний, выдохнул несколько слов на драконьем. Маделиф затихла.

Алойзиус, отвернувшись от нее, вытер выступивший на лбу пот.

— Это было сложнее, чем я предполагал, — сказал он. — Но мы справились.

— Узнаем точно, когда она очнется, — мрачно обронил я.

— Что вы так пессимистично настроены? — спросил Алойзиус.

— Вы знаете, почему.

Черный маг только пожал плечами и принялся зашивать рану.

— Можем перенести в мой кабинет. Там обстановка получше, чем тут, — предложил он. — Рядом — соседняя дверь.

Я аккуратно накинул на нее одежду, позвал остальных. Финбарр, аккуратно подхватив Маделиф, отнес ее в кабинет, положил на диван. Мы с Карлфридом уселись рядом в креслах, а Алойзиус расположился за своим столом, принялся что-то записывать в сою черную книгу. Финбарр сходил за грифоном и уселся на край дивана в ногах у волшебницы в обнимку с пустым графином и вопросительно на меня посмотрел. Я сделал едва заметный знак, чтобы он набрался терпения.

За окном между тем стемнело, в Праге зажглись яркие огни. Мосты, причудливо подсвеченные, отражались в спокойной глади реки.

Наконец волшебница начала приходить в себя. Ее глаза раскрылись и я, сидевший рядом с изголовьем, наклонился к ней, внимательно изучая ее лицо.

— Ваше Величество? — удивленно произнесла она. — Что случилось? Мне, кажется, приснился ужасный сон. Что меня похитили и…

Ее рука скользнула по груди. Ощутив под тканью свежий шов, Маделиф вскрикнула от ужаса и подскочила на диване.

— Тише-тише, а то вы себя опять угробите, — отозвался ворчливо Алойзиус.

Глаза Маделиф распахнулись в изумлении.

— Что происходит? Что всё это значит⁈

— Это был не сон. Вас похитили и вы были мертвы, пока господин Алойзиус не сделал вам операцию и не вернул вам сердце и дух, — произнес я, не сводя с нее внимательного взгляда. — Что именно вы помните? Как вы вообще попали в руки к мастеру?

Маделиф отрывисто дышала, словно ее загнали в ловушку, ее растерянный взгляд скользил по нашим лицам.

— Успокойтесь, пожалуйста, — произнес Карлфрид. — Теперь всё хорошо.

— Глядя на вас, Карлфрид, я в этом не уверена, — произнесла она и снова перевела взгляд на меня. — Какой ценой, Ваше Величество?

— Ответьте сперва на мой вопрос. Я должен понять, что с вами действительно всё в порядке.

— После нашего того разговора я вышла к пруду.

— Туда-то вас зачем понесло? — нахмурился я. — Вспоминали, как там тонули?

— Мне надо было подумать. А потом на меня напали сразу пятеро, применили парализующие заклинания, применив странные устройства. Остальное было похоже на страшный сон — меня отвезли на Райнерсберг и вырезали мое сердце, а этот проклятый некромант, хотел выпить мою душу…

Маделиф смолкла и ее мелко заколотило. Финбарр заботливо накинул на нее лежащий на спинке дивана плед.

— Вы помните, что было дальше? — спросил Карлфрид. — Мастер хотел заполучить графиню и угрожал вас убить. Правда, мы про вас поняли, только когда об этом Барри сказал. Что вас… уже убили.

— Да, я это тоже помню, — Маделиф кивнула.

— Только я до сих пор не понимаю, зачем мастеру понадобились вы и для чего надо было вас похищать и тащить на Райнерсберг, — произнес я. — Какой во всем этом был смысл?

— Вероятно, он был уверен, что никто не отличал его марионеток от живых, — предположил Карлфрид. — Для шантажа это вполне подходило.

— Как мы помним, его шантаж превратился в пшик, — заметил я. — Впрочем, мастер и до этого делал довольно странные с точки зрения логики вещи.

— Я бы не удивлялся, Харди, — вставил Финбарр. — За тысячелетия у него точно усох мозг.

— А возможно, он потом бы вернул госпожу Халевейн назад в Кёнигсберг, чтобы она следила за всем, что происходит, и докладывала мастеру, — озвучил еще одну версию Карлфрид.

Мы, задумавшись, замолчали, а Маделиф снова глянула в сторону Алойзиуса.

— Так какова цена, Ваше Величество?

— Цена не такая большая, — отозвался Алойзиус. — Его Величество обязался стать моим учеником и полностью пройти обучение.

— Это неприемлемо! — Маделиф посмотрела на меня с возмущением. — Вы заключили договор с Объединенным Советом! А еще, на церемонии посвящения в герцоги, а также на последней коронации вы обещали защищать земли от черных магов!

— Что ж, по вашему напору, я теперь точно вижу, что с вами всё в порядке, — произнес я. — К сожалению, я должен открыть вам еще две неприятные вещи. Вы точно уверены, что не видели господина Алойзиуса ранее?

— Вам было не обязательно об этом говорить, — сказал маг, а потом не сдержавшись, зло добавил: — Хотя, пусть знает.

— Что именно? — Маделиф посмотрела на черного мага.

Тот вывел заклинание, видимо убирающее личину, и Маделиф тихо охнула. Для нас же Алойзиус выглядел как прежде.

— Вы… — только и выдохнула волшебница и посмотрела на меня. — Что еще вы сотворили, Ваше Величество, кроме как заключили сделку с моим самым страшным врагом⁈

— Его Величество добыл вам новое сердце, — продолжил Алойзиус зло. — Впрочем, это уже мелочи.

Маделиф смолкла, потрясенная. Я поднялся, подошел к столу, за которым сидел черный маг, глянул на его книгу.

— Вы процесс операции в подробностях описали? — поинтересовался я.

— Да. Хотя вряд ли снова пригодится. Разве что вы найдете тела тех трех сотен душ, заключенных в капсулы.

— Кстати, я тут вспомнил одно интересное заклинание, которым со мной поделился один некромант, — произнес я. — Хотите узнать?

— У меня достаточно книг по некромантии, скорее всего, оно мне известно.

— Это был высший некромант,