Лаймаргия 4: Рай первых - Артём Оноприенко

До Сандарона добрались за семь дней. Наступил февраль, и в первый же день нам пришлось сделать остановку в трактире на четыре дня. Поднялась сильная метель. Лошадей чуть ли не сдувало вместе с повозками. Кое-как успели дойти. Хотя ко мне это «кое-как» не относилось. Я спокойно мог передвигаться.

Пересидев буран, мы отправились дальше. И вот наконец добрались. Красивый город под покрывалом из снега. Двух-, а где и трёхэтажные дома, много лавочек, торговые караваны, идущие со всех сторон света. Больше вода не скованна льдом, и даже по воде начали ходить корабли. Посмотрел весь спектр предлагаемых товаров. Ухо резанула поступившая информация.

— Рабы! Недорого! Лучшее качество на рынке Сандарона! Вечерние аукционы, где представлен экзотический товар! Красивые принцессы! Трудолюбивые работники! Всё это и не только! — зазывал пухлый мужичок клиентов. Но на него далеко не все обращали внимание.

— Да что ты чешешь! У нас рабы хотя бы не больные, и цены лучше, чем у вас! — Выкрикнул ему человек, вышедший из соседнего переулка.

Рынок рабов в этом городе процветал. Туда попадали, как на древней Руси, за долги, на отработку, или же красивые девушки, они же трофеи войны. Райкан в этом плане был поспокойней, там практически рабов-то не было. Хотя рынок присутствовал, но живой товар заезжал очень редко. Да и форма рабства такая, что можно себя выкупить, но в каждом королевстве по-разному. Даже подумал купить себе парочку, чтобы вещи носили, но лучше не стоит. Учитывая силу моих врагов, они станут для меня только обузой.

Пошёл дальше, спрашивая попутчиков о местных школах, но в голове так и осталась мысль посетить рабский рынок. Просто мало ли, куда нелёгкая могла занести мою семью. Надеюсь, что я ошибаюсь, но если их нет в школах, то придётся идти туда и расспрашивать.

— Здравствуйте, — Мне удалось войти в школу, а после попасть в кабинет директора. Мужчина лет шестидесяти сидел в обтянутом чёрной кожей кресле. Десятки наград и кипы документов были расставлены по шкафам.

— Здравствуйте. Вы по записи?

— Нет. Я кое-кого ищу, и надеялся, что вы мне в этом поможете.

— Мы не разглашаем личности наших сотрудников. Будьте добры покинуть кабинет. — Сказал он, немного привставая.

Придётся использовать навык контроля. Надеюсь, секретарша, которая сидела у входа, так и будет залипать в книгу. Я его ещё ни разу не использовал, поэтому не понимал, что да как устроено. Смерил директора злым взглядом. Тот сразу же рухнул обратно в кресло.

— Скажите, уважаемый. К вам недавно не приходила девушка со светло-русыми волосами? Она могла устроиться учительницей младших классов. — Мой голос стал глубоким и проникновенным.

— Не было таких. Все преподаватели здесь уже больше пяти лет. Самый старый здесь уже тридцать лет. И я с момента основания школы здесь работаю. Сорок лет. — Выдал он мне совсем ненужную информацию обо всех учителях, сидя с широко раскрытыми глазами и смотря в одну точку на столе. Словно испугавшееся дитя.

— Благодарю за информацию. — Сказал я и, использовав навык тени, вышел. Уже выходя из учебного заведения, услышал крик из окна.

— Сина! Кто это был⁈ Ты кого впустила⁈ — Это был голос директора, а после женский молодой.

— Дедушка! Не кричи на меня!

— Ах ты ж! Сейчас я тебе. — Вспомнил, что на старике помимо чёрной жилетки, синей рубашки и чёрных брюк, ещё был ремень с бляшкой, которая могла потягаться в размерах с армейской.

Пошёл дальше. В итоге обошёл восемь школ, которые были в этом городе. Но так и не нашёл никого подходящего под описание. Возможно, их и нет в Сижгаре. Да и откуда я взял, что она именно в городе? Может, Бран отправил её в какую-нибудь деревню, но остался ещё один шанс. Я надеялся, что я не найду их там, но мало ли. Чувствую себя мамой, которая в поисках сына сначала обзванивает места окончательной регистрации граждан, в простонародье морги.

Было уже поздно, но, подталкиваемый волнением, я отправился на рабские рынки. Здесь в шатрах, похожих на цирковые, проходили аукционы, где выставляли самые красивые и ценные лоты. Если я увижу там своих, и мне не хватит денег, чтобы их выкупить, я попросту сотру этот город, залью улицы кровью и слезами, они поплатятся, если хоть волос упал с голов Сары или Милы. А после приведу сюда армию и вычеркну из истории упоминания об этом королевстве.

— Стой. Аукцион уже идёт. Приходите завтра. — Остановили меня у входа двое крепко сложенных мужчин, одетых в кожаные жилетки, кофты и серые меховые штаны.

— Уйди. — Придавил их аурой, пытаясь сделать так, чтобы зрители внутри не почувствовали.

— Простите, уважаемый господин, не признали. — Оба лысых бугая отошли, открывая мне дорогу.

— А сейчас! Лот номер пятнадцать! Специально для девушек! Такого красавца лакея ещё поискать! — Услышал голос. Это вещал всё тот же мужичок, которого я видел с утра.

Он стоял на трибуне. Зал оказался полупустым. У обычных людей просто денег нет, чтобы покупать себе рабов, а в такое место любой уважающий себя барон даже не ступит. Но всё же гости были. Они сидели, прикрывая лицо масками. Вот только зачем всё это?

Прошёл и сел на одну из лавочек. Действительно цирк. Даже места распределены примерно так же. Если моих здесь нет, то придётся под скрытностью проникнуть к другому продавцу. Хотя опять же можно провернуть тот же фокус, что и с директорами школ. Они все отказывались выдавать мне информацию о сотрудниках. На всех приходилось применять свой навык «Подчинение правителю». Они потом приходили в себя, причём все, всё помнили. Как бы не случилось проблем с законом.

Наверняка меня по городу разыскивает стража. Но я додумался в каждый свой приход менять вид одежды и своё лицо. В основном играл с причёской, цветом кофты и штанов. Под конец вообще зашёл в зелёных штанах, красной кофте, в облике Александра Сергеевича Пушкина.

— Десять чёрных! Кто даст больше⁈ Десять чёрных раз! Десять чёрных два! Десять чёрных три! Продано леди под номером восемь! — аукционер, он же работорговец, протёр лицо платочком. Здесь, кстати, было очень тепло. Скорее всего, применялась та же технология, что и в шатре Влакоса. Нужно было ему перед уходом нос сломать.

Сегодня я был чересчур агрессивен. Во-первых, я боялся увидеть их здесь. Во-вторых, у меня давно не было девушки.