За точкой невозврата. Вечер Победы - Александр Борисович Михайловский

– Все! – хлопнул рукой по столу подполковник Голышев. – И не нам, а граду и миру. Умели публично гадить, Светлана Георгиевна, учитесь так же публично каяться. Мы знаем, что вы – не более чем кукла-марионетка, и в то же время ослица, бежавшая за подвязанной перед носом морковкой, поэтому наказание вам не может быть особо суровым. Или вы предпочитаете отправиться в руки вашего президента, чтобы он мог продемонстрировать на вашем примере свою жгучую мстительность?

– Нет, – сказала я, привычно вздрогнув при упоминании своего заклятого врага. – Я этого не хочу… Этот в самом деле способен замучить, отрывая руки и ноги.

Эти двое снова переглянулись, очевидно, более чем удовлетворенные моим ответом.

– В таком случае, – сказал подполковник Семенцов, откидываясь на стуле с чувством исполненного долга, – вас сейчас отправят в камеру и дадут вам бумагу и авторучку. Вы сядете, подумаете и напишите нам исповедь на заданную тему «Как я дошла до жизни такой». Мы прочтем ваш литературный труд, и если он в целом совпадет с тем, что мы знаем из других источников, вас будет ждать встреча с журналистами в присутствии камер. Потом – суд и, с учетом обстоятельств, недлинный срок в российской тюрьме во вполне гуманных условиях, возможно, с освобождением по УДО. А если ваш рассказ не совпадет с данными нашей разведки, то вы поедете в Минск в гости к Александру Григорьевичу, откуда уже не вернетесь. Я достаточно конкретно описал перспективы?

– Достаточно, – сказала я, энергично кивая, – я согласна.

Сердце мое неистово колотилось ликованием и радостью. Я не могла поверить… Недлинный срок? Освобождение по УДО? Неужели… неужели я действительно это слышу? Да разве я могла предположить такое?! Я думала, что лучшим для меня исходом будет пожизненный срок. А теперь получается, что мне всего-то надо быть предельно честной… И тогда можно надеяться, что все у меня еще наладится… пусть и не сразу.

И вот я снова в своей камере, а передо мной стопка бумаги… Я взялась за ручку и написала первое слово: «Я…». Рука моя дрожала. Быть честной! Я буду честной. Я все расскажу. Все как есть, всю правду. Мне есть много что поведать миру. Мне не придется даже задумываться и выжимать из себя слово за словом. Ведь правду говорить легко и приятно – и не ту «правду», которую мне прежде диктовали, а самую настоящую. Правильно они сказали – это будет покаяние. Не наигранное, с целью спасти свою шкуру, а настоящее.

Ведь у меня было достаточно времени поразмыслить обо всем. Как удивительно: достаточно было провести две недели в изоляции – и я услышала сама себя. Я поняла себя. Я узнала и признала себя – ту, настоящую. Которая была глубоко спрятана под наносным навязанным мне образом. И еще я с удивлением обнаружила, что испытываю что-то вроде благодарности к тем людям, что сделали мне такое предложение. Это именно предложение, а не сделка. Ведь кривить душой мне не придется…

Я ведь и вправду раскаиваюсь. До этого я жила в мире лжи и лицемерия, но просто не хотела этого признавать – иначе я считала бы себя ничтожеством. Будучи однажды захваченной течением, я плыла по мутным водам, воображая, что это увлекательное путешествие. Но великолепный корабль оказался гнилым изнутри, и вот он потонул и увлек в пучину тех, на кого я равнялась, подражая им и считая их сильными мира сего. И меня бы утянуло с остальными, но мне бросают спасательный круг бывшие враги, показывая свое великодушие. И я принимаю помощь. Меня ждет последняя минута славы… И я воспользуюсь ею сполна. И тогда, быть может, поутихнут проклятия в мой адрес, и однажды я обрету долгожданный покой где-нибудь в тихом месте, где никто не будет указывать на меня пальцем и припоминать былые прегрешения… Как хочется верить, что мы с детьми еще будем счастливы! Может быть, и мне найдется место в этом новом мире? Ведь мой единственный недостаток – это то, что я дура…

25 сентября 2019 года, 14:15. Словакия, Братислава, Дворец Грассалковичей (Президентский дворец)

Присутствуют:

президент Словакии – Зузана Чапутова

премьер-министр – Петер Пеллегрини

министр обороны – генерал в отставке Петер Гайдош

министр иностранных и европейских дел – Мирослав Гайчак

министр финансов – Ладислав Каменский

министр сельского хозяйства – Габриэла Матечна

министр окружающей среды – Ласло Солимош

министр по инвестициям и информационным технологиям – Ричард Раши

министр внутренних дел – Дениса Сакова

министр экономики – Петер Жига

министр транспорта, строительства и регионального развития – Арпад Ерсек

министр юстиции – Габор Гал

министр труда, социальных дел и семьи – Джон Рихтер

министр образования и науки – Мартина Любева

министр культуры – Любица Лашшакова

министр здравоохранения – Андреа Калавска

Данное заседание кабинета министров в присутствии президента собралось по чрезвычайному поводу. В шесть часов утра перегруппировавшиеся в Закарпатье советско-российские войска без единого выстрела по трем дорогам вторглись на территорию Словакии. И в первых рядах наступающих частей катится вперед словацкая мотопехотная бригада (бывшая Быстрая дивизия), которой командует герой словацкого национального восстания дивизионный генерал Августин Малар. И тут же, рядом с ним – Ян Голиан и Рудольф Виест. В прошлом этого мира эти два словацких генерала погибли, сражаясь против немцев с оружием в руках, а Августина Малара пленили и замучили в концлагере Маунхаузен. Но по ту сторону Врат история обернулась совсем по-иному: все трое национальных героев остались живы и здоровы, а Августин Малар еще и получил советский орден Суворова за то, что перевел подчиненную ему словацкую пехотную бригаду через линию фронта, что называется, не замочив ног. А впереди наступающих по соцсетям и через иные каналы распространения информации птицей летит манифест, гласящий, что война ведется не против Словацкой республики, и уж тем более не против словацкого народа, а исключительно против людей, которые впереди словацких национальных интересов поставили завиральные требования брюссельской бюрократии и вашингтонской плутократии.

В Словакии на тот момент власть была о двух головах, которые если не ненавидели, то недолюбливали друг друга. Словацкая президентка Зузанна Чапутова была ушиблена либеральными идеями, еврооптимизмом, «защитой» окружающей среды и борьбой с «коррупцией». Полный набор свойств, отличающих тех безумных деятелей, которых заморские американские хозяева начали приводить к власти в европейских странах примерно с середины двухтысячных годов. Правительство, напротив, было сформировано трехчленной коалицией из социал-демократов, национальных консерваторов и умеренно правых либеральных консерваторов, по большей части представлявших венгерское меньшинство. Это бесцветные борцы