Потапыч - Антон Чернов

похоже надо будет тренироваться, может, какого-нибудь инструктора нанять, если такие вообще водятся.

На этой мысли я, неожиданно для себя задремал, а после и заснул — видимо, то ли магии много потратил, то ли перенервничал незаметно для себя.

12. Душевная операция

Проснулся я в довольно странном настроении. С одной стороны — молодец, но тенденция мне ни хера не нравится. Я, будем честны, как маг-оборотень — дерьмо. Михолап таким же был, в общем-то. Силищи по сравнению с окружающими дохрена, но умения её проявить, да банально и самое главное — защитить важного и ценного себя, выходит хреновато.

Некоторые задумки у меня есть, но все они связаны с ленивой мохнатой задницей: этот топтыгин — единственный, кто может сказать, как пользоваться его силой. А, точнее, показать-научить, так как пасть у него не слишком приспособлена к разговорам. Но он же — ленивая мохнатая задница, да ещё пинается, с-с-скотина! Хотя не идиот, вроде бы, и в жизни моей заинтересован.

Вариант в Золотом найти тренера-инструктора… ну, неплох. Только я в столице, в ближайшие дни от прибытия, волей-неволей должен к корифею или его начальнику гвардии обратиться. И к этому моменту хотелось бы уметь хоть что-то, кроме «жахнуть посильнее, если Потап не дрыхнет беспробудно». И, кстати, мои вроде как неплохие возможности в мире мёртвых — вот ни хрена не помогают в материальном мире. Никакие воображаемые гадости с противником тут не случаются, хотя воображал я очень ответственно и с самоотдачей.

И времени до Золотого всё меньше, а в самом городе я смогу заниматься своими делами сутки, максимум двое. О том, что я прибыл в столицу — стража знать будет, а значит доложат об этом заинтересованным рожам. И если «зависнуть» надолго, занимаясь своими делами, то я могу потенциально вкусное место гвардейца упустить. Так что эти сутки-двое у меня будут плотно заняты, возможно, и поспать не удастся: всё это время я буду занят поиском и разбором нормативных актов на тему того, кто такие гвардейцы корифея. Что им за это дают, что им за это бывает. В общем, понять: имеет ли смысл идти в эти самые гвардейцы? Так-то вроде как нужно, а на деле может оказаться, что меня в какие-нибудь крепостные или боевые рабы запихнут, без особых перспектив и выгоды. За какую-нибудь глупость типа дворянской чести или ещё чего-нибудь такого же «ценного». Короче: времени в Золотом будет мало, а тратить его надо будет на поиск информации. А вот пару, хотя уже меньше, дней до столицы — надо как-то с пользой провести. Заставить эту мохнатую задницу мне хоть как-то помочь, блин!

Решение было правильным, так что я начал внутренне орать, голосить и причитать (стараясь мыслить максимально противным и гадким голосёнкой), на тему «выходи, Потап, разговор есть!» Полчаса мои внутренние вопли результата не приносили, но я продолжал. То, что «обратный отклик» к топтыгину идёт — проверенный факт. И долго игнорировать нудные вопли он не сможет. Конечно, понятие «долго» у тотемного духа может быть сильно отличное от моего, но это не повод опускать руки. Потому что если я сейчас опущу руки — вполне могу в ближайшем будущем протянуть ноги.

Через час моего занудного нудения (или нудного зудения) мохнатая жопа не выдержала. Очень недовольная эмоция в стиле «ЧЁНАДО?!!» буквально ударила в голову, вместе с ощущением внимания медведя.

— Разговор, помощь…

«Иди много куда!» — почувствовалось в ответ, поскольку направление было неформализованным, но очень неприятным и многосторонним. — «И оставь меня в покое!»

— Сдохну — тебе же хуже будет!

В последнем я, как понятно, не был уверен, но количество усилий, которое эта ленивая задница приложила для реанимирования тела Михолапа моей душой, на это тонко намекало. От медведя прямо послышалось ворчание-рычание, после чего последовал вопрос:

«С чего бы тебе, придурку, подыхать, когда всех бобров победили, а рыба была вкусная⁈»

— Я направляюсь в место, где много владеющих. Будут драки, бои — или могут быть…

«Точно — придурок! Какого тебя туда несёт⁈ Заведи берлогу и поспи. И вкусненького пожри. И я спа-а-ать…»

— СТОЯТЬ! — возмутился я.

«Как же ты меня доста-а-ал…»

— Потрать немного времени сейчас, а я постараюсь тебя не дёргать.

«Врёшь ведь», — вздохнул косолапый. — «Ладно, иди сюда»

После чего возникло ощущение, что из меня огромной медвежьей лапой выдирают душу. И, что характерно, ощущение соответствовало действительности: через секунду я оказался в уже знакомой берлоге Потапа. Сам медведь смотрел на меня хмуро, но при этом имел очень обиженную морду — я чуть не рассмеялся. Но не стал: мне от этого зверя нужна польза, а не повод для смеха. Кроме того, практически гарантированно, после гогота он меня выпнет из берлоги: может, умеет, практикует, зараза такая.

«Чего надо⁈» — одновременно горестно и гневно уставился на меня топтыгин. — «Тут МОЁ место, я сюда только медвежат пускаю… И медведица была, когда-то…»

Под «медвежатами» этот мохнатый, судя по ощущениям, имел в виду детей Потапычей. И, судя по всему, их учил, потому что на педомишку эта мохнатая груда мяса не похожа ни разу. Но на всякий случай, я уточнил:

— Я — не медведица…

«Я ЗАМЕТИЛ», — чуть не прибил меня иронией мохнатый, куда там ехидной луне. — «Что надо⁈»

— Считай — медвежонок я, — честно ответил я. — Ни черта не умею и не понимаю.

— У-у-у-р-р-р…. — жалобно провыл-прорычал Потап, но пинаться не стал.

А стал, на удивление, показывать и «рассказывать». Восемь раз зараза мохнатая отвешивала мне подзатыльник. И полтора раза попала, чтоб её! Но в целом — как-то что-то я стал понимать. В плане, что могу, сколько могу и прочее. И, что самое главное, я стал потихоньку понимать недосказанное. Точнее, я думаю, Потап вообще не задумывался о таких моментах.

А именно, Потапычей превратил в беролаков он, по своему образу и подобию. И ряд недостатков, связанных с оборотом и вообще бытием Потапычем, сделаны не по вредности или лени. Потап делал «как у