Рубежье - Николай Викторович Степанов

в своем праве, — пробурчал наставник.

— Не обижайся, кэп, но я не тебя имел в виду, — ответил, не оборачиваясь к нему, — мою подругу помнишь.

— Она здесь? — спросил боцман.

— Да, и явно давно не обедала.

— Тогда, мужики, я вам не завидую, — уже другим голосом произнес наставник.

Оглянувшись назад отметил, что Кента вели двое.

— Громыч, забери у него пистолет! — скомандовал седовласый, кивнув в сторону самого высокого из подельников.

Верзила сделал пару шагов и рухнул в траву, получив удар хвостом чешуйчатой пумы.

Стоявший рядом с ним попытался вскинуть карабин вверх и упал рядом с первым пострадавшим — кошка действовала молниеносно.

— Придурки, хотите ее разозлить? — вскрикнул я.

Седовласый снова подал знак, и все застыли на месте.

— Будешь упорствовать, пристрелю девку, — он приставил маленький пистолет к виску Ларики.

Волна ярости ударила по мозгам, и я с трудом удержался от выстрела.

— Ты думаешь, я, новик, могу управлять самым опасным хищником Рубежья? Ошибаешься. Мне пока лишь удается его сдерживать, но стоит здесь раздаться хоть одному выстрелу, полягут все, кроме меня.

— Кроме тебя?

— Она считает меня своей собственностью.

— Почему?

— Хочешь у нее спросить?

— Обойдусь как-нибудь, — снова усмехнулся седовласый, и эта ухмылка меня взбесила.

«Спокойно, Димка, без паники. Бизнес у них такой? Ну что ж, предложу сделку!»

— Тогда сделаем так, — я направился прямо к нему, понимая, что сейчас никто из подельников не рискнет сделать неосторожное движение. — Ты отпускаешь девушку, переводишь на мой счет десять тысяч, и мы удаляемся, уводя за собой пуму.

— А почему всего десять? — с ехидством спросил главарь людоловов.

Я подошел почти вплотную и приставил ствол к его голове, а сам принялся объяснять.

— Ты сам назначил цену — три тысячи за голову. Нас трое, вас восемь. Меняем троих на троих без доплат.

Кент в это время воспользовался моментом и отобрал свои кольты, взяв под прицел стоявших рядом.

— Юнга, тут расклад немного поменялся, можешь еще шесть тысяч требовать.

— Я не жадный. Мы договорились?

Глядя на седовласого, понял: выстрелю, не задумываясь, стоит ему дать малейший повод. И он это почувствовал.

— Хорошо, — он убрал пистолет. — Эту сделку ты выиграл, новик. Я остаюсь здесь, а мои люди уходят. Через десять минут произвожу оплату, и ты меня отпускаешь. Условия принимаются.

Все-таки он решил сохранить лицо перед подчиненными, и я не стал этому мешать.

Глава 14

Сон в алых тонах

Мы все-таки успели добраться в город до темноты. Разместились в хорошей гостинице, сходили в настоящую баню и даже успели до закрытия магазина сменить мой потрепанный гардероб. А потом отправились на ужин. Как сказал наставник, накопилось много свершений, которые следовало отметить, и прежде всего — крупную сделку с людоловами, по условиям которой не мы им, а они нам оплатили выкуп.

Все траты оплачивали с моего счета, после чего на нем осталось чуть больше тринадцати тысяч. Сумма невероятная для большинства обывателей, которыми являлись новики, ополченцы и ратники. Та же Ларика случайно проговорилась, что ее месячная зарплата составляла триста упсов.

— Завтра — день отдыха, — сразу заявил наставник. — Разрешаю заниматься сугубо личными делами, — он недвусмысленно окинул нас взглядом, за что сразу захотелось его убить.

— Значит, пойдем по магазинам, — выручила девушка. — Раз мне подарили три тысячи…

— Ничего себе, подарили! Завалила пришельца, спасла наши тушки, а туда же, — не сдержался я.

Поскольку ресторан находился на первом этаже гостиницы, куртку надевать не стал. Остались в номере и оружие, и пояс, и лопатка. Приобретенные час назад брюки, рубаха и походные берцы, которые менять не стал — вот и вся моя «праздничная» одежда.

Наставник прибыл в своем повседневном костюме, только снял ремень с кольтами и не взял карабин.

А Ларика сумела удивить. Она пришла в ресторан в трикотажном платьице голубого цвета и с приятным макияжем.

— Кстати, о подарках, — Кент вытащил из кармана куртки коробочку, перевязанную кривым бантом, и положил перед ней. — Как командир отряда, вручаю от нас с юнгой этот скромный презент.

Вот сейчас я был ему искренне благодарен. Все-таки он помнил о своих подчиненных: тогда подарил мне очень ценный пояс, сейчас не забыл поощрить Ларику. Да и ваза с цветами в центре стола наверняка стояла по указке наставника. А ведь минуту назад мне хотелось его ударить.

— Ой, что это? — девушка развязала бант, открыла коробку и с визгом бросилась на шею кэпу.

Я привстал посмотреть, что там, в коробке. Наставник не был бы тем, кем является, если бы не преподнес пистолет. Марку не знаю, чуть меньше моего глока, и гораздо изящнее.

— Вот на этой высокой ноте, — Кент поковырялся в оглушенном ухе, — мы и начнем праздник. Учти, пистолет заряжен. И первый тост хочу предложить за создание нашего отряда! За моего ученика, удивляться которому я устал. За Ларику, сумевшую не только спасти нас от неведомого до сего дня монстра, но и подвигнувшую меня на безрассудный поступок стараниями нашего юнги…

— И за нашего кэпа, — не сдержался, чтобы не добавить, — сплотившего нас в единую силу, которой не страшен ни один враг.

Он с некоторым осуждением посмотрел на меня, но отчитывать не стал. Мы выпили стоя. Далее праздник продолжил набирать обороты…

Хорошо, я вовремя сообразил, что вином, даже легким, тоже можно упиться. После второй бутылки лишь делал вид, что пью, а в основном налегал на закуски.

«Ну и горазд я жрать! — удивлялся сам себе. — Неужели с этими наноботами нет проблем с перееданием? С ними точно следует разобраться как можно скорее. Жаль, не знаю, с чего начать».

Когда у Ларики стал заплетаться язык, попытался ей намекнуть, что «чрезмерное употребление…» Так меня и послушали.

— Дмилыч, милый, я тебя обожаю. Вот прямо с Казачьего. Как увидела, так… Нет, ты не подумай, я не вешаюсь на шею, но ты мне определенно нравишься. А я тебе как?

— Без ума от тебя, — а что я еще мог сказать пьяной девушке?

— Нет, только не думай, что вино мне ударило в голову. Я готова в любой как ее, ситуан… тунац, ой… В общем, ты меня понимаешь…

— Конечно, ты готова. Осталось понять — к чему?

— Ко всему, — резко мотнула она головой. — Могу десять монстров пристрелить из браун-н-гера, — она положила руку на коробку.

— Браунинга, — поправил девушку и забрал подарок к себе в карман, а то вдруг увидит во мне монстра.

— Из него, — согласилась Ларика, — а хочешь я тебя поцелую?

Мощный переход от монстров к поцелуям дал понять, что кому-то лучше идти спать.

— Конечно, хочу, даже предлагаю прямо сейчас отправиться в номер.

— С тобой? — ее глаза распахнулись во всю ширь.

— Если ты не против.

— Идем, я смелая. Или ты не веришь?

— Верю.

Она резво подскочила со стула и едва не упала. Хорошо, был рядом и поддержал.

— Я не пьяная, просто устала. Мы целый день в пути… — принялась она оправдываться.

— Сам с ног валюсь, поэтому надо скорее добраться до постели.

— С тобой? — задала она тот же вопрос.

— Конечно, без меня ты точно до нее не доберешься.

Поддерживая «не пьяную», повел ее из ресторана.

По пути заметил Кента. Он разговаривал с блондинкой и подмигнул мне, разозлив не на шутку.

Не без труда совершив восхождение на третий этаж, мы добрались до ее комнаты.

— Ключ у тебя?