Проверка. Книга вторая - Геннадий Владимирович Ищенко

везде. Мозги им долго промывали. Скорее всего, Украина развалится, и как бы и нам в таком случае не пришлось повоевать. Там слишком много русских, но для нашей власти это не главное, важно то, что НАТО подтянет свои силы к нашим границам. В любом случае с Украиной придётся делиться и на неё тратиться, когда там всё рухнет. Американцы правильно рассчитали. Они ещё по дешёвке скупят там всё мало-мальски ценное, а потом предъявят нам свои права. И опять нужно будет платить. Вряд ли нынешняя власть свернёт им кукиш. Пока у нас нет настоящей независимости.

Больше за столом не разговаривали, а когда закончили обедать, Настя ушла в свою комнату, включила компьютер и долго читала новости с Украины, которыми раньше почти не интересовалась. Перед тем как закончить работу, она попыталась связаться с дедом по скайпу, но он не отозвался. Пришлось воспользоваться почтой.

Утром, после завтрака, Настя решила выполнить вчерашнюю задумку.

– Марк, ты здесь? – спросила она домового.

– Лежу на кровати, – пропищал он. – А что?

– Я кое-куда слетаю, но тебя с собой не возьму. Это только один раз.

– Если один, да ещё после еды, тогда ладно, – согласился он.

Настя оделась теплей и вызвала сферу. Приказ – и она очутилась над Донецком. Облетев город, нашла район, особенно сильно пострадавший от обстрелов, и начала искать места, откуда они велись. Одно такое удалось найти после часовых поисков. Возле небольшого села, в котором она не увидела жителей, стояли три орудия с длинными, высоко поднятыми стволами. В стороне от них находились пять знакомых по фотографиям установок «Град» и прикрытый брезентом большой штабель из ящиков. По позициям и в деревне ходили мужчины с оружием, одетые во что-то напоминавшее военную форму, а возле деревни стояли палатки и две машины. Настя по очереди облетела палатки и только в одной из них нашла двух мужчин. Говорили по-украински, и она поняла из разговора, что один из них здесь старший. Девочка подчинила обоих и, убрав сферу, зашла в палатку.

– Вы можете взорвать орудия и боеприпасы? – спросила она командира. – Миномёты я отношу к орудиям, они тоже должны быть уничтожены!

– Дело на пять минут, – ответил он и спросил: – А зачем?

– Постройте перед палаткой весь личный состав, – приказала Настя. – Я скажу, что делать, и всё объясню.

На построение потребовалось несколько минут, и была возможность подчинять подходивших бойцов по одному. Она могла и не успеть справиться сразу со всеми.

– Слушайте, что я вам скажу! – обратилась она к стоявшим в неровной шеренге бойцам. – Украина ждёт от вас подвига! Сейчас вы заминируете свою технику и боеприпасы и взорвёте! После этого срочно уходите отсюда подальше. Через полчаса всё здесь будет захвачено, поэтому не успеете ничего вывезти! Воевать прекращаете и расходитесь по домам. Вы уже отдали свой долг Родине, пусть теперь воюют другие. То, что я вам сказала, должно быть выполнено со всей возможной быстротой. Только смотрите, не подорвитесь сами. Выполняйте! Командир, подойдите ко мне. У вас есть лишний пистолет?

– Возьмите, – он расстегнул кобуру и протянул ей пистолет. – Мне он уже не нужен.

Забрав оружие, Настя прошлась по позициям и стёрла у всех в памяти свой образ. Но сам приказ они помнили и выполняли бегом. Вызвав сферу, она отлетела метров на триста и стала ждать. В озвученные офицером пять минут демобилизованные ею бойцы не уложились, им понадобилось в три раза больше времени. Как выяснилось, она отлетела недостаточно далеко. В том месте, где стояла батарея, полыхнуло так, что пришлось непроизвольно зажмуриться. Секундой позже по ушам ударил грохот взрыва, и почти сразу пришла ударная волна. Кувыркаясь в отброшенной сфере, перед тем как потерять сознание, девочка каким-то чудом смогла обратиться к перстню. Видимо, беспамятство длилось очень недолго.

«Настя! – услышала она в голове настойчивый голос браслета. – Твои силы на исходе, срочно возьми у меня, а то сейчас исчезнет шар и ты разобьёшься!»

Девочка послушалась и взяла у него силу, а потом осмотрелась. Она висела над своим двором на высоте в полсотни метров. Упав, разбилась бы в лепёшку.

– Что-то с тобой не так, – сказал лежавший на кровати домовой, когда исчезла влетевшая в комнату сфера. – Не скажешь, где была?

– Всё со мной так, Марк, – пробормотала Настя, – просто сильно устала. – Уйди с кровати, я должна немного отдохнуть.

Она сняла куртку, разулась и отправила на хранение пистолет. Покачав головой, домовой взял испачканные грязью сапоги и исчез вместе с ними. Минут через десять они, уже чистые, стояли в прихожей, а грязь с пола была тщательно убрана. Первой в комнату к Насте заглянула мать.

– Ты не забыла, что у вас сегодня бассейн? – напомнила она дочери. – Скоро час. Не хочешь легко пообедать?

– Спасибо, не хочется, – отказалась она. – И Олю не кормите. Она не обойдётся малым, а потом не сможет плавать. Мы уйдём ненадолго, а пообедаем после купания.

– А почему ты в кровати? – удивилась мать. – Лежишь просто так, без книги. Ты не заболела?

– Я хорошо себя чувствую, просто захотелось полежать. Могу я немного расслабиться? Минут десять полежу и встану.

В бассейн поехали на такси, которое вызвали по телефону. У кассы девушек не было, но они не договаривались, где встретятся, поэтому купили билеты и пошли в раздевалку. Бассейн при двадцать седьмом лицее не отличался большими размерами, но и людей в нём было немного. Оля жутко стеснялась в купальнике, но только до тех пор, пока не очутилась в воде. Движения она помнила и тут же попыталась плыть, едва не наглотавшись воды. Сделав ей пару замечаний и показав, как нужно плавать, Настя сама проплыла по одной из трёх дорожек до конца и вернулась обратно. Сестра уже плавала, но держалась у ограждения, за которое время от времени хваталась рукой.

– Может выйдешь отдохнуть? – спросила Настя. – Ну как хочешь. Смотри, дальше не заплывай: там для тебя глубоко.

Из дверей гурьбой вышли девушки с секции. Рядом с некоторыми шли младшие братья и сёстры. Настя поднялась по лесенке и помахала им рукой. Вскоре все плавали, ныряли с вышки и болтали, по очереди присматривая за молодняком. Этот поход в бассейн сделал то, чего не смогли сделать поездки в секцию: она если и не подружилась с девушками, то стала для них своей. Сестра к концу их пребывания в «Жемчужине» уже неплохо плавала и даже пыталась нырять. Она была в полном восторге, к тому же познакомилась с мальчишкой своего возраста, поэтому уходила с большой неохотой. Они помылись под душем,