Боевой маг: Первый курс. Том 2 - Иван Донцов

честь назван средний месяц зимы. Питаются они в основном всякими мышками и другой живностью под снегом.

Неделю нас никто не трогал, не гонял на занятия, никто не пытался командовать. Мы просто закрылись в своих комнатах и отгородились друг от друга в ментальном плане. Наши питомцы умерли от наших рук, и в свои последние часы жизни сделали нам сразу два дара.

Первый — иммунитет к магии крови, больше никто из нас никогда не применит её просто так. Когда рядом кто-то использует эти арканы мы как ищейки можем точно сказать, где враг. Глаза наливаются кровью, тело пронизывает дрожь, челюсть сжимается с силой, кажется, что зубы сейчас треснут. Нет, теперь для нас магия крови и маги крови — один из самых главных врагов. И при этом же то, чему нас научили за пару дней — основы этого раздела магии — засело так глубоко, что я никогда не забуду. Сложно забыть то, что, казалось, проделывал сам с собой.

Второй — когда мучения Пи наконец закончились, я понял, что внутри меня что-то произошло. Я смог окончательно закрыться от ментального воздействия. Получилось прекратить чувствовать всех вокруг и почему-то был уверен, что и меня в будущем будет сложно сломать. Теперь была проблема в том, чтобы снова кому-то открыться.

Наставница пропала, хотя ей сейчас боятся было нечего. Да и вообще сомневался, что эта тварь могла чего-то боятся. Мы все хотели её смерти, но понимали, что бессильны, во всяком случае пока. Даже если бы был шанс, мы чувствовали свои печати — никто так и не снял с нас боевую готовность. Оно и понятно — после всего случившегося мы готовы были выгрызть ей глотку и умереть.

Но тварь пропала, после занятия она к нам не заходила. Девять дней никто не беспокоил, а на десятый появилась женщина, которую я уже видел. Сель Гери, офицер, и она приказала нам собираться. Ослушаться мы не могли, да и не хотелось. Лично мне нужно было чем-то занять себя, нужно было исполнять чьи-то приказы, чтобы забыться. Я не мог простить себя, не мог простить нашу наставницу. И я знал, что, когда, или если, наши печати переведут в нормальный режим — мы попытаемся её убить.

Приказ был простой — следовать за офицером, опустить головы, чтобы не смущать прохожих. Даже спустя девять дней в наших глазах всё равно оставался красный, кровавый цвет магии крови. В зеркале я видел множественные крапинки, словно кто-то брызнул краской на радужку. Уже кое-где проступал обычный, серый цвет. Но мне было всё равно, пусть бы они остались навсегда такими. Чтобы помнить, чтобы знать, чтобы больше никогда не прибегать к этому средству.

Мы вошли в портал и совершили бросок по Рейскому Лесу. Добрались до одинокой платформы в семи лигах от столицы. Через пол часа, в течении которых девушка успела позаниматься с каждым из нас фехтованием, подошёл паротяг. Самый обычный, гражданский, и мы заняли один из пяти вагонов, в начале состава.

Внутри в этот раз оказалась недорогая обстановка, больше всего всё было похоже на плацкарт из прошлой жизни. Только без верхних полок, получалось что койки и столики шли по периметру вагона. Так мы и разместились на одной стороне, побросав свои походные мешки. Наша новая командир села напротив в одиночестве и прищурившись изучала лица своих новых подопечных.

— Вам не интересно куда мы направляемся? — спросила она наконец.

Паротяг хоть и стучал по рельсу, но в отличие от мира, где я прожил первую жизнь, катился тихо. Вопрос мы услышали отлично, но никто не ответил. Это был не приказ, так что девушки просто проигнорировали сказанное. Я же отвернулся от окна, спросил:

— Разрешите вопрос?

— Разрешаю.

— Как вы её простили?

Я почувствовал, что все девушки напряглись и прислушиваются. Это была первая эмоция за все эти дни после произошедшего. Кажется мы вновь стали потихоньку открываться друг для друга. Но я знал, что теперь в любой момент могу закрыться от всех, когда хочу и на сколько хочу.

— Вы поймёте позже, что ничего не произошло, это просто один из шагов к своей Тени. — уголки губ офицера опустились.

— Я не прощу… — начал было я.

— Конечно не простишь! — громко и зло сказала она, вставая. — Потому что тебе не за что прощать своего командира, курсант!

Мы все вместе сверлили её взглядом, она в ответ делал тоже самое. Причём давила не силой, не ментальной магией, вообще непонятно чем. Я почувствовал, что мои сокурсницы отводят взгляды, и сам сдался последним.

— Десять дней назад вы убили животное, очень редкое, с очень редким даром, но всего лишь животное и не просто так. — она обводила нас взглядом, я чувствовал это. — Оно словно тренажёр, за полгода развило ваше ментальные силы до нужного уровня. А в момент своей смерти подарило ещё несколько очень полезных способностей.

— Мы убили себя, пытали, мучали… — тихо начала Соня, и прервалась, закрыв лицо руками.

— Курс по магии крови мог провести совершенно незнакомый маг, но это всегда делает командир. — она снова всех осмотрела, стала говорить гораздо мягче. — Придёт время, вы осознаете, что произошло, и каждый из вас скажет ей спасибо.

Мы ничего не ответили, я не понимал за что это мы должны были благодарить нашу наставницу. И что именно имела ввиду её бывший «птенец». То, что когда-то мы столкнёмся с магией крови и вспомним как пытали наших питомцев до смерти? Сомнительно.

— Свободно, располагайтесь, ещё три дня пути.

Она развернулась и пошла в сторону уборной в конце вагона. Как я понял, все места были выкуплены или каким-то образом забронированы для нас. В нашем распоряжении оказались все койки и пространство. Правда уединиться тут сложно, но сейчас это волновало меньше всего.

— Куда мы направляемся? — совсем без спросу спросила одна из близняшек, как-то приглушённо и жалобно.

Наша новый командир остановилась, развернулась. Покачнулась с пятки на носок, держа скрещённые руки на груди, ответила улыбнувшись:

— Герцогство Эндор’Сени, в порт Сейны.

Я про себя присвистнул — это же юг Империи, берег Красного моря. Красное оно не потому, что цвет воды красный, а потому что в своё время там велись ожесточённые бои. Сначала пришлых, наших предков, с местными — орками и заключившими с ними союз расой фирту. А потом там же происходили кровопролитные морские сражения уже всех, кто успел расселиться. Как говорил Карл, вода там и правда временами окрашивалась в красный от крови.

— Уборная в нашем и двух следующих вагонах