Одиночный рубеж 2: Дети Смерти (СИ) - Ферр Алекс

Но феечка не торопилась уходить. Припрятав семечку в потайной кармашек туники, она снова разделась и начала бестолково кружить. Впрочем, нимфа, более опытная в любовных утехах, сразу пристроила её к делу. Откинувшись назад, Циния притянула к себе фею. Мягко усадила крылатую мне на ноги и пристроила к себе. Кажется, облизывать скучающую без ствола киску. Мне не было особо видно, но я чувствовал, как яйцам тоже немного перепадало ласки игривого язычка Каньи.

Нимфа, крепко налегая на мой член, успевала не только доставлять удовольствия нам обоим, но и пристально следить за исполнительностью Каньи. Я то и дело в перерывах между протяжными стонами слышал мягкие наставительные реплики:

– Нет так… Нежнее. Ау! С зубами аккуратнее. Да… Теперь чуть ускорься… Продолжай… Ниже, вглубь…. Да! Да! Да! Давай, моя хорошая, не останавливайся!

Судя по тому, что нимфа в ту же секунду забрызгала меня соками чуть ли не до самых коленей, Канья сдала кунилингус на «отлично».

Мне на глаза упала какая-то странная тень. Воздух будто разом решил переместиться, прохаживаясь по телу прохладным ветерком. Почему-то столь незначительное событие выбило из колеи. Я начал оглядываться по сторонам и наконец разглядел женский силуэт, скрытый маревом.

«Лара, жнец, уровень 31

Здоровье 1250/1250»

– Покажись, сладкая, – позвал девушку я. – Замерзла тоже поди. Мы пригреем.

Бывшая мучительница вышла из тени. Циния, завидев её, замерла и весьма чувствительно вдавила в меня коготки. Блин, как неудобно-то вышло…

Но после подобной негативной реакции у нимфы будто рубильник переключился:

– Иди к нам, – ласково она раскрыла объятия навстречу Ларе.

Та неуверенно подошла. Циния повернулась ко мне вполоборота. И, широко расставив ножки, не слезая с члена, провернулась лицом ко мне. Ласковыми движениями поставив Лару раком, она дала понять феечке, чего ждёт. Воодушевлённая своими успехами, Канья бросилась нализывать промежность убийцы, громко причмокивая…

Циния же вновь заскользила в быстром темпе, с удовольствием периодически вцепляясь коготками в зад бывшей убийцы. Иногда Ларе прилетали смачные шлепки, но я от неё не услышал ни намёка на недовольство. Даже наоборот: постанывая под игривым язычком, наш штатный жнец громко вскрикивала и просила ещё побоев. Ну, собственно, нимфа и не скупилась.

– Ах ты су-у-у-у-ка… – услышал я почти змеиный шелест.

Селеста! Меня эти внезапные визиты начали уже порядком раздражать. Не спальня, а проходной двор! Я повернул голову:

– И ты здесь. Хорошо, что уже выспалась и пришла в себя… – начал было я.

Но шаманка прервала, на своих густых зелёных волосах влетая в проём:

– Нет. – Она подошла в кайфующей от куни Ларе и с силой вцепилась ей в ягодицу.

– Ещё! – вскрикнула бывшая убийца.

Вот чёрт. Не думаю, что Селеста её на самом деле пощекотала, но Лара явно кайфанула…

– Лорд, – елейным голосом начала Селеста, и я тут же понял: сейчас она попросит что-то совсем жёсткое.

– Да? – Нимфа продолжала скакать на мне, и я отчётливо чувствовал, что приближаюсь к оргазму. А потому разговаривать было тяжеловато, не хотелось совсем. – Говори не тяни.

– Штрих, мне очень-очень нужна твоя благосклонность, – шаманка облизнула губы и скорчила такое умилительное лицо, что я ей почти поверил. – Отдай мне на ночь в подчинение Охотника и эту тварь.

– Она теперь твоя сестра, – я кастанул на нимфу ускорение и тут же ощутил дикий жар от чрезмерного трения анальной дырочки о мой ствол. Но оргазм уже наступал на пятки… – Надо бы вам как-то примириться.

Селеста подошла ко мне и опустилась на колени. Одарив меня сладким, нежным поцелуем, она прошептала на ухо:

– Я с тобой согласна. Но чтобы я смогла хотя бы нейтрально относиться к ней и мирно сосуществовать…. Дай. Дай мне её и Охотника. На одну ночь. – Голос Селесты дрожал, интонация с нежной вновь сменилась на шипящую, полную яда. – Не оставляй эту пропасть в моей душе.

– В принципе, я готов дать тебе то, что ты просишь, – сказал я, ловя взглядом торжествующую улыбку шаманки. – Но это будет разовая акция. И предупреждаю: не перестарайся. Если я увижу, что Лара внеочерёдно отправится на перерождение…

– Я не сделаю ничего сверх того, что она проворачивала со мной. Дай мне скорее Охотника!

– Обещай мне, что подружишься с ней. Обещай.

– Клянусь, мой лорд, – засияла шаманка. – Ты лучшее, что со мной произошло. Выпусти Охотника!

Я призвал Хранилище за пределами тыквы. Извлёк из инвентаря тентаклю и мысленно попытался донести до пета приказ слушаться шаманку в течение ночи.

Завидев толстые щупальца, Селеста тут же выпрыгнула наружу, приветствуя тентаклю… Дикий, громкий и зловещий хохот шаманки наполнил воздух. Мне стало даже жутко. Щупальце Охотника пролезло в моё убежище, обвило постанывающую Лару за талию и вздёрнуло, поднимая на ноги. Когда бывшая убийца выпрямилась, ещё один отросток угодил ей в рот, другой – обвил шею, заставляя встать на цыпочки. Словно балерина, Лара прошествовала наружу под гробовое молчание нимфы и феечки. Странно, но я не заметил в прощальном взгляде Лары ни страха, ни ужаса. На лице жнеца была написана похоть.

– Да, сука, эта ночь будет для тебя долгой, – краем уха услышал я уже отдаляющийся, торжествующий голос Селесты.

Нимфа замерла, ещё больше отдаляя мой оргазм.

– Мой лорд, отпусти меня с сестрой, – начала наглаживать мне грудь Циния. – Позволь мне уединиться этой ночью вместе с ней.

Блин, она дело до конца доводить не будет??!

– Хорошо, – согласился я, понимая, что Цинии тоже отчасти нужно возмездие. – Вот только закончи…

– Это само собой разумеющееся, – улыбнулась хрупкая нимфа, слезла со ствола и, привлекла к себе Канью.

Под грамотным руководством Цинии фейка быстро училась. Ну а мне было дико приятно получить минет в два язычка.

Глава 24

Глава 24

Толчком к пробуждению послужили не только чувственные сновидения. Я ощутил, как что-то горячее и влажное скользило внизу, заставляя член взрываться горячей спермой. Меня накрыло волной оргазма. Едва открыл глаза, увидел круглые ягодицы Каньи, вылетающей с места нашего ночлега.

Я недолго метался в сомнениях: отозвать Охотника или всё же не стоит.

Нимфа и шаманка откровенно покуражились этой ночью над беззащитной Ларой. Я отчётливо понимал, что тентакля откровенно глумится и выжидает время, чтобы самому поиграть с Селестой. Но едва наступили предрассветные сумерки, сила Охотника обернулась против мучительниц. Как только ночь уступила свои права утру, тентакля, откровенно негодуя на действия Цинии и Селесты, решила преподать им урок любви. Нежно и аккуратно. Подозреваю, питомец пользует девчонок до сих пор. Я улыбнулся своим мыслям и вышел из живой спальни.

Разлёживаться сейчас не стоит. Судя по тому, сколько нововведений я увидел прошлым вечером, меня ждёт день, полный приятных открытий. Повернулся по направлению к алтарю, и меня передёрнуло от открывшегося вида. Ну и зрелище. Дичь.

Сидя в позе лотоса, на меня немигающим взглядом смотрели два…нехебкау.

«Шурнен, нехебкау, уровень 56

Здоровье 1800/1800»

Ага, это тот, которого мы с Селестой едва смогли спеленать вдвоём.

«Ержин, нехебкау, уровень 66

Здоровье 2050/2050»

Они были несколько похожи на свои первоначальные воплощения: антропоморфные ящеры, покрытые блестящей чешуёй. Только головы уже не змеиные, а по типу тирекса, с мощными челюстями, низким, пологим лбом. Ещё одна деталь: в отличие от образа, в котором они были пленены, нехебкау казались более изящно сложенными за счёт роста. В сидячем положении их макушки находились примерно на уровне моих плеч. Длинные руки перекрещены на груди, демонстрируя тонкие пальцы пианистов.

Казалось, что огромные жёлтые глаза с вертикальными зрачками смотрели не на меня, а куда-то сквозь. А ещё ящеры пели. Что-то похожее на «М-м-м-м» в синхронной манере. Чуть позади от двух нехебкау, рядком окружая старших, растянувшись, лежали двенадцать василисков. Их массивные хвосты дёргались вверх-вниз, в зависимости от того, понижали тон своих песнопений старшие собратья или повышали.