Терран - Эпизод I: На границе двух миров (СИ)

Погруженный в свои мысли, я не заметил, как мы подошли к воротам.

— Ну, дадут Зел Нага, свидимся еще, — неловко брякнул я, не зная, что еще сказать в такой ситуации.

В ответ я получил только усталую улыбку шерифа, который в последнее время отдыхал лишь немногим больше меня.

— Не трясись, инопланетянин, — не менее неловко ответил он. — Будем живы — не помрем.

И, развернувшись, двинулся прочь. Шериф отправлялся присматривать за эвакуацией и, в случае нужды, отражать неизбежную атаку зергов на совершенно неприспособленный для обороны Салембург. Я — оставался в Бункере, защищенной самой природой крепости… откуда не было выхода. Из города, если дела пойдут совсем туго, можно было сбежать, на «Черепахах» или своими ногами… а отсюда отступать некуда. Провожая глазами медленно удаляющуюся фигуру Джима, я все никак не мог решить — кто же из нас рискует больше?

— Винсент, — бросил я в пустоту.

— Шеф? — немедленно отозвался динамик. Понятия не имею, где сейчас находится сержант, но радио-связь — такая удобная штука…

— Шериф вернулся в город, теперь главный я, ты — на подхвате.

— Есть!

— Первое задание тебе — быстро найди мне пару ребят и отправь вслед за Джимом, а то наш командир, кажется, забыл, что находится на условно вражеской территории…

Ответом мне был только тихий смех Джима, который имел возможность прослушивать все переговоры своих подчиненных.

— А ты быстро осваиваешься, брат!

— Стой на месте и жди конв… то есть сопровождение… брат.

— Заряды заложены, командир!

Как оказалось, заминировать командный центр даже с нашими возможностями — не так уж и сложно, когда у тебя есть подробный план здания, а само чудо современного военпрома не огрызается огнем турелей и бойниц и не имеет отрядов прикрытия. Уязвимым местом были дружно признаны реактивные движки, а точнее — хранилища жидкого топлива, среди достоинств которого «не взрывоопасно» никогда не числилось.

Во всем этом была только одна сложность — дотащить заряды до этих самых хранилищ, большая часть которых располагались пусть и не в глубине крепости, но и не прямо за обшивкой. Пришлось лезть внутрь, через гостеприимно разорванные изнутри гермоворота. В итоге заминировать удалось лишь три хранилища из шести — два находились слишком далеко от входа, а тройка ополченцев, ушедшая в направлении третьего, так и не вернулась.

Но нам хватит и этого.

Я молчал, не спеша отдавать команду на подрыв. Все эти два с четвертью часа, что потребовались нам на разработку и воплощение плана, зерги бездействовали. Хотелось бы верить, что большая часть этих тварей погибла в ходе штурма Бункера, но мне слабо в это верилось. Если бы всего тысяча тварей была всем, на что они способны — Чау Сара не лежала бы в руинах, вынужденная отправлять беженцев к нам. Впрочем, кажется, вторжение на Мар Сару началось позднее, чем на ее «старшую сестру», — может, в этом дело? Мы просто успели вовремя?

Как бы то ни было, Гарм бездействовал, и это не могло меня не беспокоить. Не то, чтобы я так уж разбирался в военном деле, но даже мне ясно, что если твой противник бездействует, а ты не понимаешь причин, то это, скорее всего, приведет тебя к поражению.

И… он будто меня подслушал, хоть это и было невозможно. Губы будто сами собой исказились в кровожадном оскале, когда на меня навалилось уже почти привычное давление его присутствия.

— Думаешь, ты победил, протосс? — его голос эхом звучал у меня в голове, будто говорило не одно существо, а целая тысяча. — Я — лишь часть Роя. Я — ничтожная крупица той силы, что готова обрушиться на планеты этих дикарей.

Я промолчал. Вслушиваясь в этот потусторонний голос, я будто видел его обладателя — груда склизкой плоти, мертвой гусеницей свернувшаяся в клубок в глубине командного центра, окруженная со всех сторон тьмой и враждебным ей металлом. Беспомощный и неподвижный, покорно ожидающий своей участи, он должен был вызывать жалость, но я чувствовал только отвращение.

— Нас больше, чем ты можешь представить, больше, чем звезд на небе. Мы сотрем в порошок людей, раздавим протоссов, заполним собой ВСЕ. Запомни, изгой обреченного народа: грядет буря, которую ты не сможешь остановить!

Я молчал. У меня было кое-что, что донесет до Гарма мою позицию куда лучше, чем под силу словам, — мерно мигающая иконка интерфейса доспеха в виде двух бесконечно соединяющихся и распадающихся проводков. Мысленно потянувшись к ней, я со все той же кровожадной улыбкой активировал заложенные снаряды.

Слились воедино три взрыва, заставившие содрогнуться землю под ногами. Ударная волна вытолкнула из бойниц, вентиляционных отверстий и треснувшей кое-где обшивки потоки ревущего огня вперемешку с ошметками горящей плоти. Затрепетало псионное поле от истошного воя сгорающего заживо Гарма, чья агония странно диссонировала с радостными криками ополченцев.

Прежде, чем эта тошнотворная гусеница сдохла, я все же ответил, буквально выплюнув слова в ее охваченный страданием разум:

— Пусть приходят, Гарм. То, что случилось с тобой, произойдет и с ними — даю тебе слово.

Глава 5.0

Гроб на лафет

— Бункер вызывает Город.

Низкий голос, с нет-нет, да проскальзывающими в нем шипящими нотками заставил девушку с тонкими, изящными чертами лица оторвать взгляд от монитора, единственного источника света в крохотной комнатушке, и уделить все свое внимание внезапно ожившему динамику.

Согласно тем данным, что она успела собрать, обладатель этого шипящего голоса — бывший Призрак, потерявший на службе Конфедерации ноги и теперь доживающий свой век в этой богом забытой дыре. В барах любили рассказывать байки о том, что, кроме ног, Призрак, известный здесь под именем Александр Нойман, получил еще и ранение в горло, заимев таким образом непередаваемый словами акцент ядовитой змеи, которой наступили на хвост.

— Бункер вызывает Город, — повторил голос.

Человек, которого не должно было существовать. Даже ее командир не смог отыскать ни байта данных об ушедшем на покой Призраке, словно его никогда и не было. Вообще-то так и должно было быть — псионики либо служат Конфедерации, либо умирают. Это — закон.

По крайней мере, так ей говорили раньше…

— Джим, мать твою, харе прятаться!

Девушка позволила себе презрительную усмешку. Ох уж эта нерегулярная армия… Будто и не с вышестоящим офицером связь запрашивает, а пытается докричаться до собутыльника в соседний дом.

Хотя, конечно, в этом были и свои плюсы… Устаревшее оборудование и софт, к которому давным-давно подобрали ключики, коды связи, которыми в нарушение всех и всяческих правил пользуются уже с десяток лет… Не работа, а мечта шпиона!

— Нет у меня больше запчастей к турелям! — огрызнулся другой голос, хриплый и пропитый, но на удивление властный, будто его обладатель был по меньшей мере генералом, а не командовал жалким ополченческим батальоном. — Плюнь и забудь, четыре восстановил и хватит… Никогда бы не подумал, что ты умеешь так капать на мозги!

— Кстати, я и пятую воскресил, но речь не об этом… Мы разобрали то, что осталось от Командного Центра.

— …Я слушаю, — построжел второй голос.

— Ну, следствие установило, что нападение действительно происходило изнутри, причем первой твари захватили именно крепость.

— И?.. И так ясно было — сигнала тревоги не поступало, значит, первым делом накрыли связь, а сделать это как-то иначе, кроме как атакой изнутри, попросту невозможно.

— Не встревай. В общем, внутрь Командного зерги попали не телепортом, сам понимаешь… Мы нашли длинный тоннель, ведущий куда-то на равнину в вашем направлении. Ну и, это…

— …Ты опять что-то взорвал?!

— Совсем чуть-чуть, — смутился первый голос. — Не оставлять же такую дыру в обороне…

— Сколько?..

— Ну, тоннель тянулся от Командного до выхода из ущелья, заряды мы заложили в трех местах, чтобы с гарантией…

— Сколько?!

— Кусок стены, много-много асфальта и похеренная дорога в ущелье. Подкинешь бетона с железом, а? А то эта дыра в стене меня нервирует…

— В тебе умер маньяк-подрывник, Саня…

— А в тебе — комендант-скопидом!

Пару мгновений динамик молчал, потом раздался шумный вздох и обреченное:

— Сколько надо?

— Много!.. Сколько точно — не скажу, не строитель… Поспрашивай там у себя, если что, пролом — метра три.

— Ладно… Как там у тебя с размещением беженцев?..

— Так же, как у тебя с эвакуацией — поставлено на поток. Прилетают, сопровождаем, размещаем. Половину укрытий уже забили.

— А слизь?

— Час назад распался последний кусок у развалин Командного. Ты не представляешь, как я обрадовался, когда она начала исчезать сама по себе — огнеметами задолбались бы выжигать.