ЧВК «Вольные стрелки». СВО в Африке - Николай Петрович Марчук

– Я понял, – согласно закивал я головой, – все сделаю в лучшем виде.

– Только надо, чтобы, как в случае с лягушатником, были головы в мешке, – предупредил макаронник.

– Не вопрос, фото советских военных есть?

– Нет, – пожал плечами Рикочо, – зачем? Ты же русский знаешь, так просто убей всех белых, что там есть, но перед этим поговори с ними и привези мне головы только тех, что говорят на русском, а то вдруг там попадутся какие-то кубинцы или югославы. Мне нужны головы только советских военных.

– Легко. Что с оплатой?

– Вот аванс. – Рикочо положил на стол бумажный пакет, в котором что-то мелодично звякнуло. – Крюгерранды! Здесь десять монет весом в одну унцию каждая. Монеты из двадцатидвухкаратного золота. Никогда не видел?

– Нет, – тут же соврал я.

Видел ли я крюгерранды? Видел в кино. В фильме «Смертельное оружие – 2» фигурировали эти золотые монеты. Но это кино выйдет только в конце восьмидесятых или даже начале девяностых.

– И сколько каждая такая монета стоит? – спросил я, перекатывая между пальцами золотой кругляш.

Каждая из золотых монет весом в одну унцию была в диаметре чуть больше трех сантиметров, толщина где-то около трех миллиметров… А вес? Ну, не знаю, приличный вес, вроде как одна унция – это что-то около тридцати граммов. Десять монет – триста граммов золота, может, чуть больше. С одной стороны монеты – голова мужика с бакенбардами, с другой стороны – скачущая антилопа. Номинала монеты нет. Сколько же она стоит? По цене золота? То есть цена растет, когда золото растет в цене, и стоимость падает, когда золото теряет в цене. Инвестиционная монета, если не ошибаюсь.

Про инвестиционные монеты я кое-что знал, одно время рассматривал их как средство сбережения капитала. Все-таки цена на золото пусть и медленно, но стабильно растет. Так что можно, если есть лишнее баблишко, вложить его в кругляши из драгметалла. Там, правда, тоже есть нюансы с прибылью…

– Каждая такая монета на данный момент стоит пятьсот американских долларов, в Европе можно продать и за тысячу, здесь их десять. Когда привезешь головы советских военных, то получишь еще двадцать таких монет. Договорились?

– А сколько этих советников там вообще должно быть?

– Это важно?

– Ну, конечно, – скривил я недоуменно рожу, – если один-два, то одно, а если больше трех, то тридцать монет уже маловато. Хорошо бы накинуть.

– Почему?

– Да потому что, если без отрубания голов, то можно загасить их машину дистанционным подрывом или из гранатомета подбить. А так придется стрелять, чтобы пожара не возникло, они будут огрызаться в ответ, возможны потери. Если без голов, то неважно, сколько будет советников, а если все-таки головы нужны и советников окажется больше трех, то пусть будет не тридцать, а сорок монет. Но если советников будет больше пяти, то и цена тоже вырастет, – принялся торговаться я.

– У них при себе не будет оружия, – твердо заявил Рикочо.

– С чего бы это такая беспечность? – искренне поразился я.

– Их безопасность гарантируют повстанцы, а непосредственное командование советских военных считает, что они не на войне, а на своеобразном отдыхе, поэтому оружие им не положено.

– Ну раз так, то, конечно же, тридцати монет хватит, – кивнул я.

– С тобой приятно иметь дело, Петручио, может, сыграем в карты?

– Легко.

Вот так и получилось, что я нанялся, чтобы уничтожить группу советских военных. Собирался ли я проворачивать эту операцию в действительности? Нет, не собирался. Как обхитрить Рикочо? Да очень просто, найдем пяток белых, «задвухсотим» их, потом отрежем им головы, да и выдадим этот улов за головы советских военных. А советникам из СССР придется тайно укатить обратно в Союз.

Еще одна причина, по которой я согласился на эту операцию – это возможность поговорить тет-а-тет с гражданами СССР, причем имеющими отношения к армии. После двух неудачных попыток выйти на контакт с кем-нибудь из руководства СССР я решил для себя, что попробую еще раз, и если ничего не получится, то махну рукой и буду действовать согласно плану «Б».

Да, да, да, у меня был не только план «А», но еще план «Б» и план… а нет, третьего плана не было. Но если понадобится, то я придумаю еще и план «В».

– Конвой уже близко, – предупредил Паспарту.

– Вижу, – кивнул я. – Всем приготовиться! И помните: легковушка с советскими гражданами должна уцелеть в любом случае. По советским не стрелять!

Колонна состояла из трех машин: два немецких, неуклюжих с виду грузовичка «унимог» и джип «виллис» с тентом и удлиненной базой. В «унимогах» – боевое охранение в виде толпы негров, вооруженных «калашами», а вот кто едет в джипе – не понятно, потому что тент скрывает пассажиров. В любом случае расклад примерно известен: выносим на хрен оба грузовика и по возможности бережно пакуем белых из джипаря.

В Африке я живу уже год, а все никак не могу понять, как эти негры могут набиваться такой толпой в кузов относительно небольшого грузовичка? Их там не меньше двух дюжин в каждой машине, где и вдвое меньшему количеству людей будет тесно.

Unimog S 404-й серии. Небольшой грузовик с удлиненной колесной базой до 2900 миллиметров, дорожным просветом 400 миллиметров и бензиновым двигателем мощностью 82 «лошадки», объемом 2,2 литра. «Унимог 404» очень популярен, этот грузовик-вездеход на жарких просторах Африки встречается повсеместно. Рабочая лошадка! Автомобиль существует в двух вариантах: как фургон и модель с бортовой платформой, позволяющей перевозить до восьми человек личного состава.

В колонне шли два грузовика с бортовым кузовом, где разместилось никак не меньше двадцати черномазых рыл. Стволы автоматов, пулеметов и даже ручных противотанковых гранатометов торчали над головами бойцов, задранные вверх. Вроде и солдат охранения навалом, а по сути, они мешают друг другу, да еще и вместо того, чтобы внимательно следить за окружающим пейзажем, больше думают, как бы не свалиться и не выпасть за борт. Это как раз тот случай, когда больше не значит лучше, а совсем даже наоборот.

В хозяйстве моего подразделения тоже есть Unimog S 404-й серии, так что после боя, если получится, надо будет снять с подбитых машин все ценное, включая запчасти.

– Огонь! – приказал я, как только машины достигли нужной точки.

– Ба-бах! – раскатисто рванул фугас под передней осью идущего головным «унимога». Взрыв подкинул машину вверх, она рухнула на землю и завалилась на бок. Водитель идущего следом джипа среагировал быстро, попытался объехать преграду, но я был начеку и всадил в капот внедорожника целый магазин «Горна». Французская штурмовая винтовка была на редкость скорострельной, выплюнула содержимое своего магазина за