Кровь черного мага 2 - Эрик Гарднер

город и, достигнув центра, остановились у замка, чьи белые стены подсвечивали прожекторы. Маги выбрались из автомобилей. Мы вышли последними.

— Эгихард, иди за мной, — сказала Маделиф Халевейн. — Твоих кузена и тетю разместят в гостевых комнатах. Думаю, разговор у нас будет долгим.

Мы вошли в замок через ворота часовой башни. Пройдя коридор, Маделиф поднялась по лестнице на второй этаж и жестом пригласила войти в ближайшую дверь. За нами вошло еще четверо магов. Я взглянул на них повнимательнее и понял, что всех их уже видел когда-то на Шафберге.

Мы оказались в огромном зале с белыми стенами. Сводчатый беленый потолок был покрыт традиционным узором небесно-голубого цвета. Вдоль боковых стен стояли книжные шкафы из темного дерева с искусной резьбой по фризу и боковым панелям. Напротив входа почти во всю стену располагались витражные окна. Маделиф хлопнула в ладоши и на них опустились непроницаемые жалюзи.

Я думал, мы займем места за массивным, также украшенным резьбой столом, но Маделиф указала на кресла, полукругом располагающиеся вокруг камина. Кресел было всего пять.

— Садись, Эгихард, где тебе удобнее.

Я устроился в ближайшем к камину кресле. Остальные расселись на свободные места. Один из магов остался стоять на спинкой кресла, в которое села Маделиф.

— Что-нибудь будешь? Чай, кофе? Или что покрепче? — спросила Маделиф.

— Покрепче.

— Вино?

— Еще крепче. Очень не хватает огня, — я смотрел ей в глаза.

Но Маделиф лишь глянула на одного из магов. На небольшой столик передо мной он поставил хрустальный графин и, налив в такой же стакан, передал мне.

— Когда воспоминания вернулись к тебе? — спросила Маделиф.

— Когда мой кузен сбросил меня с тридцатиметровой башни, — ответил я, чуть принюхался, уловив дубовый запах виски, и пригубил из стакана. — Вспомнил, как братья выбросили меня из окна на Шафберге.

Маделиф посмотрела на меня с непониманием.

— Ты сейчас о Финбарре, для которого попросил защиту? Он хотел тебя убить?

— Со своим кузеном я сам разберусь, — произнес я. — Но если вам так важно знать, это было недоразумение.

— Даже если так, удивительно, что он остался жив, — заметил один из магов.

Я обратил на мага потяжелевший взгляд.

— Ты ведь не всё вспомнил, Эгихарл, — заметила Маделиф, внимательно за мной наблюдавшая.

— Я бы хотел вернуть свою память целиком. После этого продолжим разговор, — произнес я.

— Это невозможно. Мы с тобой заключили договор.

— Что я ничего не буду помнить?

— Именно так.

— Мне было девять.

— И ты был весьма здравомыслящим ребенком.

— Я все равно вспомню, — заметил я. — В ваших же интересах, если это произойдет здесь и сейчас.

Они переглянулись. Один из магов по знаку Маделиф подошел ко мне и протянул какую-то папку.

— Наш договор. Почитай.

Я раскрыл, пробежал взглядом по листу, на котором было всего несколько строк. Первый миг мне казалось, что я вижу какие-то странные символы, которые вдруг в один миг сложились в понятные слова.

«Это небольшое дополнение к договору, которое я пишу для самого себя. Просто поверь, что лучше не вспоминать прошлое. Особенно то, что было до того, как семья переехала на Шафберг.»

Я нахмурился, взглянул на Маделиф.

— Ты смог разобрать письмена? — спросила она.

Я заметил, что они напряжены, хотя и стараются всеми силами это скрыть.

— Так чья кровь течет во мне? — спросил я и мои губы невольно изогнулись в презрении. — Вы же боитесь этой моей сущности.

Я увидел изумление и уже больше не скрываемое напряжение в глазах.

— Проклятье… Я это не на фризском произнес? — спросил я, очень надеясь, что на этот раз они меня поймут.

— Не на фризском, Эгихард, — подтвердила Маделиф сжав ручки кресла.

Я увидел как маг, что стоял за ее спиной, выводит пальцем символы в воздухе.

— Ну-ну, — только и сказал я, опустошив стакан и налив себе еще. — Может, все-таки поговорим? Библиотека у вас тут так себе, не как в ирландской Гильдии, но жалко, наверное, будет остаться без книжек.

Миг стояла тишина, а потом Маделиф неожиданно рассмеялась.

— Поговорим. Но прочти все-таки сначала договор.

Я поморщился, но вернулся к папке, пробежал глазами несколько страниц. Текст там был уже на фризском.

Договор был о следующем: что я, понимая опасность своего происхождения, позволял магам Гильдии наложить на себя два заклинания. Первое блокировало мою память, а второе — мою внутреннюю силу. Взамен этого, чтобы обеспечить мою безопасность, маги обязывались создать защиту, которая бы оберегала меня, поскольку я бы сам не смог этого уже делать.

И на нескольких следующих страницах описывалась процедура забора моей крови. За соответствующую плату. Согласно этому они могли забирать кровь раз в год или раньше, если та «созревала» раньше времени. Я про себя отметил, что договор был заключен как действующий бессрочно. Ничего, что поменялось бы с моим совершеннолетием, я там не обнаружил.

Отложил папку.

— Нет, Маделиф, — сказал я. — Нам нужно заключить новый. Либо вам придется меня убить.

— Почему ты так решил? Договор весьма рационален. И ты прежде всегда был за рациональность.

— О да. А сейчас мне кажется рациональным, что я наконец-то смогу быть самим собой. Скажите уже, черт возьми, чья кровь течет во мне и какую сущность вы так опасаетесь.

Маделиф молчала, смотря на меня, и показалось, что говорить она не собирается.

— Один из высших в Ирландии, Энгус О’Шэнан, тоже очень испугался. Причем он понял про мою сущность за какой-то лишь миг, — произнес я. — Не смог узнать у него, но судя по всему он подозревал, что во мне течет кровь огненного дракона. Это так?

— Все гораздо сложнее, Эгихард, — сказала Маделиф. — Но да, изначально в тебе течет эта кровь.

Ну наконец-то. Внутри меня все обдало жаром.

— Изначально? — спросил я.

— Мы нашли один из дневников твоего отца. Он остался в замке Хоэцоллерн. Ты вправе его прочесть, хотя я бы не советовала тебе это делать.

— Один из? Есть еще?

— Несомненно. Но Теодерих их где-то спрятал. Мы не смогли найти. Может быть, твой отец их даже уничтожил. Мой совет — не читай.

— Я подумаю, — я покивал, глядя на мага за спиной Маделиф, который по-прежнему продолжал выписывать заклинание в воздухе. — Что