Предначертанные - Анастасия Пименова

в мой сон? Откуда узнал, какой у меня страх?

– Это было очень просто, Кьяра. Если ты растешь в секторе, то воспитывают там всех одинаково.

– Ты тоже там рос.

– Да, поэтому и знаю, что тебя пугает. Допустить ошибку, – ответил Гидеон, и локация сменилась на новое место. То, где я отпустила Листэра, – вот твой главный страх. Ты уже так однажды сделала, когда отпустила Листэра. Ослушалась приказа и думала, что это была ошибка. Тебя до сих пор пугает это. Признаться, в первый раз я проник в твой сон совершенно случайно, но во второй уже знал некоторые плюсы связи.

– Что ещё тебе известно?

– Только это.

– Не верю.

– Твоё дело, – он пожал плечами, не собираясь дальше продолжать этот разговор, а локация вернулась на прежнее место, то есть в поезд.

Если мы не начнем взаимодействовать, то не сдвинемся с места. Знал бы кто, как меня это раздражает!

Мы уперлись друг в друга взглядами, словно пытаясь понять, кто первый сдастся, кто заговорит.

Мне вспомнились слова родителей о том, что мы не можем быть с Гидеоном врагами. Это противоестественно! Сейчас мне хочется рассмеяться из-за этого высказывания! Нам никогда не стать с ним соратниками или, ещё хуже, друзьями, но нужно хотя бы попытаться сдвинуться с мертвой точки.

Я прикрыла глаза, глубоко выдохнула и заговорила, решив сделать первый шаг:

– Родители предначертанные, как мы и видели в моем воспоминании, которое ты заставил как-то появиться. Мы с тобой связаны, Гидеон, – я рассказала ему про первую встречу взглядами и остановку сердца, про то, что теперь у нас одно сердцебиение на двоих, – если умрешь ты, то умру и я. И наоборот.

Я сообщила ему всё то, что рассказали родители. Без утайки чего-либо, ведь это в моих же интересах.

Гидеон некоторое время молчал, когда я закончила.

– Тебе нужно покинуть сектор.

– Что?

– Тебе нужно…

– Я услышала, что ты сказал, но не понимаю для чего это делать. Зачем?

– Вопрос времени, когда моя мать догадается. Как думаешь, что она сделает тогда?

– Убьёт меня.

– Верно, тогда умру и я. А у меня слишком много планов и смерть в них не входит, так что тебе нужно покинуть сектор, Кьяра.

– И куда я пойду? – задавая этот вопрос, до меня вдруг дошло, что он имеет в виду. – Ты хочешь, чтобы я присоединилась к вам!

– Не обязательно присоединяться. Просто ты будешь… в безопасном месте, где до тебя не доберутся.

– Ты хочешь спрятать меня! – я даже подавилась воздухом от возмущения. – Запереть где-нибудь, чтобы меня никто случайно или специально не убил. Нет! Не будет такого. У меня вся жизнь в секторе.

– Тогда она будет очень короткой, а за его пределами у тебя будет шанс, – Гидеон не стал ничего отрицать про запирания меня.

– Может быть, тогда лучше тебе сдаться? Если придешь сам, Гидеон, то тебя вряд ли убьют. Слишком ценный источник информации. Тебя упекут в тюрьму, и все будут счастливы!

– Нет.

– Тогда мы снова зашли в тупик.

Как с ним сложно.

– Где ты сейчас находишься? – Гидеон огляделся. – Куда вы направляетесь?

– Я тебе не скажу, – мне не понравился этот его вопрос.

– Кьяра.

– Гидеон?

Мы вновь стали прожигать дыру глазами друг в друге. Это продолжалось некоторое время, а после начало происходить странное, словно кто-то нажал на кнопку перемотки.

Как мы разговариваем с Анной, как видим Нэлли в клетке, как мисс Лидэнс рассказывает подробности… Это мои воспоминания!

– Остановись! – естественно, он не послушал меня и продолжил перематывать воспоминания, чтобы понять, на каком именно я задании нахожусь и куда направляюсь. – Гидеон!

Мысленно пытаюсь его остановить, но не выходит. Пытаюсь проснуться, тоже ничего.

У меня есть стойкое ощущение того, что Гидеон не должен узнать про задание. Разум буквально кричит, что иначе будут последствия. Для всех.

Не зная, что ещё делать, я сокращаю между нами расстояние и беру его лицо в свои ладони, заставляя посмотреть в глаза.

Боковым зрением замечаю, что все вокруг останавливается. Воспоминания превращаются в расплывчатую картинку.

Кажется, Гидеон смотрит в самую душу, как и я в его.

Моё сердце стучать так оглушительно, что кажется даже нереальным.

В эту секунду происходит нечто странное: я чувствую, словно мы вместе делаем прыжок, а пространство начинает меняться. Проходит ещё несколько мгновений, когда мы оказываемся в лесу.

Я всё так же держу лицо Гидеона в своих руках и не сразу отпускаю его.

– Где мы? – спрашиваю я, не понимая, что произошло.

– В моем воспоминании, – отвечает он и косится задумчивым взглядом на меня.

– То есть в твоем сне? Но… как?

– Не знаю.

На этот раз Гидеон не врет, ведь тоже не понимает, как я смогла проникнуть в его голову.

Оглядываюсь, чтобы понять, почему именно лес.

Слишком тихо. Ни ветра, никаких либо ещё звуков. Это так бросается, отчего понимаешь, что это нереальность.

Гидеон стоит и смотрит задумчивым взглядом в одну точку.

– Что это за воспоминание?

– Там, где погиб Листэр.

Я дергаюсь от его слов и тут картинка начинает оживать. Листва начинает колыхаться, а следом поднимается сильный ветер. Небо затянуто тучами. Земля под ногами сырая, видимо, недавно был дождь.

Слышны выстрелы, которые звучат всё ближе.

Гидеон поворачивает голову ровно в том направлении, где появляются люди. Это стражи. Определяю их по форме и по респираторам из-за чего не видно их лиц. Всего их восемь человек.

Они останавливаются возле нас и смотрят по разным сторонам.

С одним из них я сталкиваюсь взглядами и даже кажется, что он видит меня, но это невозможно.

Мужчина проходит сквозь меня и останавливается.

– Что дальше, капитан? – спрашивает один из стражей. – Кажется, мы их упустили.

Все оборачиваются и смотрят на меня, то есть на того человека, который стоит позади меня.

Он молчит, когда я отхожу в сторону и оглядываюсь на него, но при этом набирает что-то в своем браслете.

– Я успел поставить на него маячок, – голос этого человека кажется мне знакомым, но не могу понять, кто это.

Капитан показывает рукой направление, куда они начинают двигаться. Стражи с каждой секундой отдаляются от нас, а мы с Гидеоном не двигаемся с места.

Пейзаж начинает меняться, и через несколько мгновений мы находимся всё в том же лесу, но только возле какой-то реки, вернее, обрыва.

– Они уже близко, – голос я слышу раньше, чем замечаю юного Гидеона, которому на тот момент должно быть семнадцать. – Как они нас находят?

Гидеон почти тащит на себе раненого в бок Листэра. Крови так много, что остаются следы