Николай Петри - Зеркало в руках

  Но и отказаться от неистребимого исследовательского желания было нелегко.

  А зверь ждал. Его всё понимающие глаза продолжали смотреть на пилота и готовы были заранее простить любой выбор.

  Айви опустила взор.

  Зверь шевельнулся, собираясь уходить. Девушка хотела его окликнуть, но не смогла. Вместо этого, она быстро обежала вокруг посадочного сегмента, срывая упоры в специальных углублениях. Через две минуты блестящий кожух отделился, обнажив внутренний тор суперструнного приёмника. Он ровно светился голубоватым светом и, так же как Зверь, ждал.

  Опасаясь, что может передумать, Айви метнулась к магнитной ловушке, в которой лежал мегастр - феноменальный объект, с помощью которого пилот при аварии мог вернуться в лунный портал. Правда, в этом случае мегастр, сконцентрированной в нём энергией порядка десять в тридцатой степени эрг, отрывая кусок пространства в виде шара диаметром пять метров, исчезает вместе с тором. Вернуться назад невозможно, как невозможно повторить алгоритм стохастического поиска...

  ...Всё было готово, но Айви не спешила начать процесс транспортировки - неуклюже шагавший Зверь не успел выйти из опасной зоны.

  У девушки появилось время, чтобы успеть впитать в себя хотя бы ничтожную частичку нового мира. Запахов она не могла почувствовать, звуков - за небольшим исключением - тоже. Оставалось зрение. Айви смотрела на небо - нежно-розовое, на почву - непривычного кремового цвета с цепочкой тёмных пятен от следов четырёх ног, и ждала.

  Удалившись на километр, Зверь остановился. Он повернул лобастую голову, долго смотрел на посадочный сегмент разбившегося корабля, потом поднял хобот и громко затрубил. По-домашнему, по-земному.

  Айви опустила тяжёлый икосаэдр мегастра в специальный приёмник, подключила инициатор распада и встала в овальную чашу.

  Ни о чём не сожалея, она залилась весёлым счастливым смехом...

ЧАСТЬ ВТОРАЯ:

НЕБЕСНЫЕ ВИРИВЕИ

  - Крактэн, я понимаю, ты хорошо заплатил мне, чтобы через неделю оказаться в Обитонии. Но не всё в этом сумасшедшем мире зависит от бедного погонщика летающих люквилов!

  Закончив невероятной длины фразу, Сапрат с заискивающей улыбкой на помятом лице придвинулся к тому, кого он назвал Крактэном - крепкому мужчине с красно-жёлтой татуировкой воина-артога на правом виске.

  Крактэн оторвался от задумчивого созерцания проносившихся внизу зелёно-фиолетовых дебрей и обернулся к говорившему. Большие глаза цвета спелого нго скользнули по жалкой фигуре Сапрата и замерли на его коротких дрожащих пальцах. Взгляд Крактэна был слишком тяжёл для такой хрупкой фигуры, как у худосочного погонщика.

  - Ты хочешь сказать, я опоздаю на праздник Ораффа? - Крактэн слегка выгнул спину, повернувшись к говорившему и на время позабыв о невероятных красотах Нижнего Мира.

  - Нет, что ты! - в испуге воскликнул Сапрат. - На праздник мы успеем вовремя! Вот только...

  - Что? - Мужчина тяжело посмотрел на погонщика.

  - Видишь ли, Крактэн, - Сапрат отводил взгляд, боясь ненароком встретиться с пронзительно-аквамариновыми зрачками артога, - мой люквил неожиданно оказался... особью женского пола! И эта особь отягощена скорым приплодом...

  Сапрату показалось, или височная татуировка Крактэна действительно стала багровой, как рассвет на Грохочущем Плато?

  Погонщик ещё не успел разобраться в цветовой гамме сложного рисунка, когда на его плечо легла сильная рука.

  - Если ты пошутил, то результат шутки будешь обдумывать внизу - в лапах ахришей-корневиков. - Крактэн кивнул головой на проплывающие внизу вершины гигантских деревьев. - Если же ты сказал правду, то я сам позабочусь о твоих конечностях.

  - Погоди! - Сапрат вскочил на ноги и вытянул тонкие ручки навстречу Крактэну. - Я... Я всё сейчас объясню!

  - Попробуй. - Воин-артог поднялся, крепко ухватившись за сдвоенные верёвки, крепившиеся по краю овальной корзины, сплетённой из небесно-голубого дрокка. - Попробуй, мой друг, а я послушаю.

  Сапрат состроил самое жалостливое выражения лица, задействовав по такому случаю даже особую железу для выделения ритуальных слёз. Потом принялся сбивчиво объяснять:

  - Понимаешь, этот люквил не мой! Его мне одолжил Тахо-Спинной-Плавник на торговище во Фрее. Через две луны я должен вернуть его в тот самый загон, где сейчас лечится мой двукрыл. Но Тахо ни словом не обмолвился о том, что его люквил - самка!

  - А твои глаза где были в момент обмена? - Крактэну хотелось верить, что Сапрат не лжёт, иначе его придётся без сожаления выбросить из корзины.

  - Ливвонские люквилы не различаются на самцов и самок до начала горлумского токовища! - со слезами в голосе проговорил Сапрат. - Токовище случается один раз в четыре зимы, а Тахо купил люквила лишь прошлой осенью!..

  - И что? - Крактэн был далёк от разведения племенных люквилов, и слова погонщика звучали для него такой же бессмыслицей, как беснования Молчащего Дервиша.

  - Но Тахо тоже не знал, что его люквил - самка!

  Сапрат втянул голову в плечи, ожидая немедленной расправы. Он закрыл и глаза на тот случай, если вспыльчивый артог захочет сделать из него Одноглазого Адепта.

  Мимо корзины огромными перепончатыми крыльями прошелестели длинноклювые кляссы.

  По молчанию артога погонщик понял: на его зрачки он покушаться не собирается. Сапрат осторожно открыл правый глаз и быстро осмотрелся.

  Артог стоял к нему спиной, что-то с интересом высматривая на горизонте.

  - Крактэн, ты... простил меня?!

  У Сапрата появилась слабая надежда, что долгий перелёт он закончит с обоими глазами.

  - Я пока не решил... - После недолгой паузы ответил воин-артог.

  - Но... у меня есть надежда?..

  - Надежда есть всегда. - С нехорошей усмешкой сказал Крактэн и рывком приблизился к погонщику.

  Сапрат отпрянул, но в небольшой корзине спрятаться было негде. Погонщик приготовился к худшему.

  - Как скоро самка должна разрешиться от бремени? - Рука артога легла на плечо дрожащего Сапрата.

  - Всего одна н-ночь! - заикаясь, ответил погонщик. - Завтра утром мы сможем продолжить путешествие!

  - А детёныш?

  - Если ты не возражаешь, то в корзине хватит места для троих... - Не очень уверенно пролепетал Сапрат.

  - Ладно. - Крактэн убрал руку. - Что мы должны делать?

  - Видишь ли... - погонщик находился в затруднительно положении, - люквилу для родов вовсе не требуется земля. Но вес двоих седоков для неё слишком велик... - Заметив свирепый взгляд артога, погонщик скороговоркой закончил: - Я попробую зацепиться за верхушку какого-нибудь высокого дерева, а ты... ты примешь роды у люквила...

  - Что?!

  Сапрат с ужасом осознал: его ноги уже не стоят уверенно на плетёном дне корзины, а беспомощно сучат в густоватом от лесных испарений воздухе.

  За мгновение до того, как железные пальцы Крактэна разжались, Сапрат на одном дыхании выпалил:

  - Насчёт родов - это у меня случайно вырвалось! Я всё сделаю сам!

  Под ногами появилась опора. Погонщик тонкой струйкой стал выпускать из колышущейся груди горячий воздух.

  Крактэн приблизился вплотную и, дёрнув правой стороной лица, спросил:

  - А как же быть со мной?.. Я не хочу торчать на верхушке дерева весь день и целую ночь!

  Сапрат постарался соображать быстро.

  - Тебе... - он вдруг закашлялся и со всем уважением к статусу воина-артога продолжил: - Вам не потребуется сидеть на дереве!

  - Уже интереснее. - Крактэн отпустил погонщика, демонстративно вытерев о его куртку обе ладони. - Неужели ты собираешься предложить мне ночёвку в лесу!

  - Как вы могли такое подумать! - изумление Сапрата было искренним. - Вы проведёте это время в спокойном месте и безо всякого риска!

  - Что за место?

  Крактэн почти перестал сердиться. Сейчас ему хотелось побыстрее отделаться от бестолкового погонщика, потому что он хорошо знал собственный характер: ещё одна промашка со стороны Сапрата и тому уже не помогут никакие объяснения.

  Сапрат осторожно приблизился к артогу, тонкой ручкой показывая на серо-коричневый конус горы.

  - Небесные виривеи!

  - Никогда о таких не слышал, - с сомнением в голосе произнёс Крактэн. - Кто они?

  - Я бы, конечно... со всем моим уважением... - замямлил Сапрат, с опаской косясь на рослого воина. - Но о них мало что известно...

  Не закончив фразы, погонщик изобразил на лице такое страдание, такую муку, что артог с неприязнью отодвинулся от него.

  - Ты пятый сезон в этих краях и хочешь меня убедить, будто ничего не знаешь о небесных виривеях? - Крактэн ещё раз посмотрел на подёрнутую туманной дымкой гору.