Дорога в грядущее - Валерий Михайлович Гуминский

— А я думала, какой-то жук по мне ползает, — пояснила дочка, болтая ногами. — Он защекотал меня. Хотела его согнать, а он перед моим носом стал летать, превратившись в букашку.

— Это был наводчик, чтобы ты меня увидела, — с улыбкой пояснил Никита.

— Научишь?

— Конечно. Создание вспомогательных элементалей — базовое умение чародея, — он запрятал выбившийся локон Полины под беретку. — А тебе больше не приходили видения насчёт моря? Или какие-то изменения произошли?

— Нет, изменений не было, — перестав болтать ногами, девочка с необычным, «повзрослевшим» взглядом посмотрела на него. — Всё так же нехорошо. Я спрашивала дедушку Николаса, можно ли изменить главную линию событий. Нужно, говорит, найти причину. А как её искать? Мне тяжело. Это же надо заглянуть и в прошлое, как сказал наставник.

— Не переживай, милая, — Никита приобнял дочку за плечи. — Дедушка Николас очень опытный чародей. Он же видит, что ты ещё маленькая, многие знания тебе ещё недоступны. Всё придёт со временем. Только надо не лениться и упорно грызть магическую науку.

— Как бобр грызёт дерево?

— Именно, — усмехнулся Никита. — Ну, беги, играй.

Полина умчалась, а волхв задумался. Дочка пока слишком слаба в поисках причинно-следственной связи предстоящих событий, и соединять картинки будущего с прошлым ещё не может. Значит, придётся встретиться с Константином Михайловичем и обрисовать ситуацию. Пусть заставит все спецслужбы сосредоточиться на возможном теракте. Баронессе Сегрейв неплохо бы прощупать память ментоскопией. Да, нехорошо поступать так с женщиной, даже изуверски. Но когда речь идёт о безопасности Империи, все средства хороши. Это надо донести до тех, кто сейчас ведёт следствие. Только есть одна загвоздка. Сразу же возникнет вопрос, откуда барону Назарову известно о готовящемся теракте? Кто информатор, с какими службами он связан, не дезинформацию ли пытается протолкнуть? И волей-неволей придётся раскрыть Дар Полины. Никита понимал, что рано или поздно о нём станет известно, но пусть лучше позже.

Он решил прогуляться по парковой дорожке. На ходу думалось лучше, да и не мешал никто. Слон с Лязгуном, увидев, куда направился хозяин, привычно потопали следом.

На звонок Никиты граф Сумароков откликнулся быстро:

— Слушаю, Князь.

— Добрый день, Святослав Бориславич. У вас найдётся время для встречи? Есть один вопрос, который я хотел бы обсудить незамедлительно.

— Хм, ты в Петербурге, Никита?

— В «Гнезде».

— В таком случае подъезжай через два часа к Екатерининскому парку. Встретимся возле центрального входа, чтобы не бегать друг за другом.

— Понял, — Никита взглянул на часы, отмечая время. — До встречи, Святослав Бориславич.

* * *

Никита на своём «Бриллианте» подъехал к месту встречи в сопровождении охраны на внедорожнике, загнал машину в стояночный «карман» и осмотрелся по сторонам. Сумарокова, выходящего из чёрного «Рено-Соболя» он заметил сразу. Особо не выделяясь среди людей, оживлённых тёплыми апрельскими деньками и стремящихся прогуляться по парку, граф проследовал вместе с ними к распахнутым ажурным воротам и скромно встал в сторонке. В коричневом длинном пальто, щеголеватой шляпе и резной тростью, с коей ходит добрая половина мужского населения столицы, его можно было принять за обычного клерка или добродушного пожилого дядечку, решившего размять кости. А то, что рядом с ним топчутся два бугая в одинаковых серых коротких пальто — так кто мешает взрослым сыновьям составить компанию батюшке?

Они сначала дёрнулись, увидев подходящего Никиту с парой широкоплечих молодых парней, мгновенно определив в них своих коллег, но жест графа их успокоил.

— Ещё раз доброго дня, Святослав Бориславич, — широко улыбаясь, волхв подошёл к своему старшему соратнику.

— Рад видеть тебя, Князь, — Сумароков протянул руку для пожатия. — Признаться, озадачил ты меня своим звонком. Я грешным делом подумал, опять гадючье ватиканское гнездо зашевелилось.

— Нет, пока никакого повода они не давали, — усмехнулся Никита и пристроился рядом, когда граф предложил прогуляться.

Неторопливо и молча двое мужчин прошагали до первых павильонов, до сих пор закрытых на зиму, и только тогда Сумароков посмотрел на сосредоточенного спутника:

— Дело серьёзное, не терпит отлагательств?

— Именно что не терпит, — кивнул Никита. — Есть подозрение на подготовку теракта по отношению к императорскому Роду.

— Даже так? — ничуть не удивился граф. — Целый Род, включая наследника, тётушек и дядюшек?

— Речь идёт о всей прямой линии Меньшиковых, чьи мужчины могут занять престол.

— На основании чего появились эти подозрения? — кончик трости откинул маленький кусочек отколовшегося бордюрного камня в сторону. — У тебя появились независимые источники вроде той симпатичной итальянки?

— Нет, в этот раз совершенно иные, — Никита колебался, не зная, как именно подать новость о Полине. Он доверял Сумарокову и верил, что тот не станет распространять ценнейшую информацию вне круга доверенных людей. А кто у него доверенный? Те, кто входит в систему Ордена. Исключение составляет император с его Кабинетом Министров. Ему всё равно придётся докладывать. Втёмную Меньшиковых не используешь, увы.

— Говори, Князь, не мнись, — граф скользнул взглядом по задумчивому лицу Никиты. — Мне кажется, ты опасаешься утечки с моей стороны? Уверяю, её не будет. Императору пойдёт только та информация, которую я посчитаю нужным передать.

— Хорошо, Святослав Бориславич, — вздохнул молодой волхв. — У меня появился очень ценный информатор, который и предупредил о летнем теракте. Яхту, на которой будет отдыхать всё семейство Меньшиковых, по крайней мере, большая его часть, взорвут в море.

Стук тросточки стал отчётливо громким. Сумароков молчал некоторое время, обдумывая слова молодого волхва. Чем он подкупал Никиту, так это своей неторопливостью и тщательным анализом услышанного, прежде чем что-то сказать.

— Крым? — последовал вопрос.

— Да.

— Меньшиковы отдыхают там каждый год в июле, но не всем семейством, — возразил граф. — Это требование выполняется уже двести лет, и редкий случай, когда императорский Род полностью выезжал в Крым. Я на своём веку этого не помню. Почему же именно сейчас они должны изменить своему правилу?

— Пока не могу сказать. Возможно, на такое решение повлияет игра, которую ведут спецслужбы.

— Великий князь Михаил пока не проявил себя заинтересованным лицом в плане захвата власти, — откровенно проговорил Сумароков, при этом понизив голос. — Где-то мы не дорабатываем. Ты же понимаешь, Никита, что неважно, кто даёт информацию. Важно, насколько она верна. Поэтому я не стану у тебя допытываться о лице, принёсшем в клювике новость. Более того, сам могу сказать,