Рассказы о мире Нэстэ - Михаил Евгеньевич Щукин

тому же, Акриимина очень хороший собеседник, куда лучше, чем этот, "молодой и подающий надежды Вождь". Не говоря уж о старике в соседнем племени. О чем можно разговаривать в племенах, едва научившихся ковать простые ножы?

– Так вы с маткой не один раз встречались? – Снова подал голос Алкнид.

– У неё полноценный разум. А общаться у себя она может только с тройками да пятерками. Это как то не совсем то, для полноценного разума.

– Как же вы общались? Профессор Эрс Жварнери уже второй гол пытается разобраться в способе из общения, и не преуспел. Он провёл на границе с ринсли больше двух лет.

– Если он провёл эти два года на границе территорий ринсли, то он общался только с рабочими или рядовыми воинами. – Презрительно скривилась Нэстэ. – Они вообще не способны воспринимают обычную речь. Только кодовые сигналы, немного более сложные чем у неразумных животных. Для составления полноценного словаря надо встретиться с минимум тройкой. А они к границам не выходят просто так. Ещё лучше с пятеркой. Только встретить ее там уже совсем награни фантастики. А вообще-то у них очень емкий язык, построенный на системе щелчков и присвистов. У них даже что-то вроде поэзии есть. Акриимина мне как-то прочитала свои стихи.

Нэстэ откинулась на спинку стула и выдала языком целую серию щелчков, для слушателей слившуюся в сплошной треск разной интенсивности.

– А в переводе? – Закашлялась Лика.

– "Светлая ночь, тёмная гладь, мы с тобой на воде". Что-то в этом роде. Прямых эмоциональных аналогов людей, как вы понимаете, нет. У Акриимины даже свой гарем есть. Ее физиология такова, что для продолжения рода требуется сразу несколько самцов. Так что с чего там их поэт захотел сидеть на кувшинке вдвоём я объяснить не смогу. И честно говоря тогда не интересовалась. Но звучит красиво, как стихи на наших языках.

Профессор прикрыл глаза и смущённо прокашлялся, давая возможность отсмеяться классу, но сам постарался сохранить серезное лицо.

– Ваше высочество, вы позволите мне…

– Не дам. – Сразу взвилась принцесса. – У Нэстэ и так загрузка выше всякой меры. Медики грозятся расконсервировать в Горном замке оборудование сенты для восстановления изменённых правящих.

– А оно ещё существует?

– А что ему сделается? Иногда даже запускается для профилактики. Нам-то оно не очень уже надо. После Прабабушки Майи в наш род стал практически природным. Но так, на всякий случай все-таки проверяют и поддерживают. А Нэстэ может стать таким случаем. В общем, дополнительных часов для ваших знакомых профессоров не дам.

Профессор сокрушенно вздохнул. Но спорить не стал. Участившиеся отлучки Нэстэ в Бездну были связаны, в том числе, и с необходимостью нормальной психологической разрядки из-за действительно слишком плотной загрузки учебными планами и работой с учеными. Об этом он, как преподаватель гекаты знал.

– Я понимаю, но могу я рассчитывать хотя бы на запись этого урока?

Рианна вопросительно посмотрела в сторону пожавшей плечами Нэстэ. Профессор понимал, что сейчас по ликале идёт неслышный для него разговор.

– Хорошо, но правила предоставления таких материалов вам известны.

Профессор Жварнери появился на экране сразу и не скрывал своего удивления вызовом.

– Я рад лично познакомиться с историком такого уровня как вы, уважаемый профессор Карнельски. – Сразу после приветствий заговорил он. – Но право, не совсем понимаю, чем скромный ксенобиолог может помочь в ваших исторических поисках. Даже в области лингвистики я занимаюсь исключительно современными языками.

Чечевицеподобные глаза, с полностью чёрным зрачком смотрели прямо и не моргали, что у расы кринодов считалось признаком уважения к собеседнику.

– Я тоже рад нашему знакомству, профессор Жварнери. Моему обращению к вам способоствовал как раз ваш интерес к языку новой расы ринсли. Так уж случилось, что с некоторых пор я могу вам кое-что рассказать. Если точнее, то показать. Так как не уверен, что смогу оценить важность ставших мне доступными деталей.

Жварнери после просмотра записи молчал наверно с минуту. Он не скрывал даже свою растерянность от услышанного.

– Оказывается, так тоже иногда бывает. – Грустно заговорил он. – Строишь гипотезы, выдвигаешь теории и сидишь годами в лачугах диких рас, в попытке хоть что-то понять. А потом появляется какая-то девчонка и за пару минут разносит все сделанное в Бездну. Ну откуда же я мог знать, что для изучения языка только что открытой расы надо не в окраинный мир ехать, а для начала в столицу Арден. Где проживает ваша ученица, свободно владеющая языком неизвестного народа.

– Ну, по её же собственным словам, с акцентом. – Постарался не без улыбки успокоить расстроенного ученого Алкнид.

– Стихи, коллега, чтобы воспринимать и читать стихи надо владеть языком на высоком уровне. А что до акцента, так у человека и речевой аппарат совершенно другой конструкции. Это ведь та самая девочка, что разделалась со шнатлиями в круге равных? Вы преподаете в гекате её высочества?

– В общем, да, только это к делу не относится. – Уклонился профессор.

– Удивляюсь я правилам Гекат. – Вздохнул собеседник. – Должность преподавателя в гекате очень престижна сама по себе. Но афишировать своё положение при этом как-то не принято. Как будто это уже за пределами скромности. О членах Гекаты и вовсе молчу. Молодые разумные могут публиковаться, участвовать в научных конференциях пол своими именами и титулами. Но о том, что автор статьи состоит в той или иной гекате, ты узнаешь только когда начинаешь наводить справки. Да и то, не всегда.

– Вы с этим столкнулись?

– Не один раз. У меня есть знакомые из учёных, прошедших подготовку по программам, аналогичным вашим. Да и на счёт этой девочки интересовался. Её имя с некоторых пор регулярно всплывает в ссылках, при описании новых тварей. Она действительно такой большой специалист по Бездне?

– А первую очередь по выживанию в ней. – Уклончиво ответил профессор. – У меня сложилось впечатление, что она и сейчас предпочитает жить в Бездне, а не в столице Арден.

Алкнид отрицательно покачала головой в ответ на загоревшийся какой-то идеей взгляд Жварнери.

– И не простите. Девочка загружена так, что я не смогу вам помочь со встречей. Ксенобиологи и ботаники имеют целых два часа в неделю для работы в гостевой зоне гекаты с ее участием. Возможно, они согласятся пойти навстречу своему коллеге.

Жварнери тяжко вздохнул.

– Но хоть контакты с уважаемым доктором Рассайли не являются секретом Гекаты Арден?

– Нисколько. И я даже могу их вам скинуть. – Улыбнулся Карнельски.

– Говорите, девочка часто холит в Бездну?

– Ну, с этой стороны вряд ли вам повезёт. – Уже легко рассмеялся Алкнид. – В Бездну её отпускают в основном из мира элфрв. И обязательно в сопровождении