Эйдзи Микагэ - Пустая шкатулка и нулевая Мария. Том 7

– Иии! И, извращенец! Не подходи ко мне!

Почему-то у нее действительно потрясенный вид, хотя она сама это все и затеяла.

– Кстати, платье горничной тебе здорово идет.

– О, какая резкая смена темы. Ладно, все равно мне уже стало скучно… А, э, мое платье горничной, да? Ага, оно классное. Но скажи честно: ведь на мне все классно смотрится, правда? Я самая красивая, правда?

– Да. Ты самая красивая. Кстати, и погода сегодня отличная, да?

– Что за вялая реакция!? Ты сам же начал меня хвалить!

Я действительно считаю, что ты симпатичная, но что, черт возьми, я должен говорить, когда ты так хвастаешься собой?..

– Ааа, наверняка ты такой сдержанный, потому что это платье не подчеркивает мою грудь, да? Ты хочешь сказать, что я должна всем показать свой размер Е и всех соблазнить, да?

Даже не близко.

– Ты не только флейтоизвращенец с фетишем подмышек, ты еще и подсевший на гольфы сиськоманьяк! Похабник в овечьей шкуре – это точно про Кадзу-куна! На колени перед моими роскошными Ешками… ай!

Кто-то хлопнул Коконе по голове.

– Ххааа… – вздыхает Дайя Омине, который ее и стукнул.

Он совсем недавно вернул волосам нормальный черный цвет; серьги он тоже убрал, но отверстия в левом ухе все еще видны. Из-за красивого лица и язвительного характера его зовут циничным принцем.

Впрочем, в последнее время он немного поутих. Он даже послушался одноклассников и к школьному фестивалю переоделся дворецким. Прежде он никогда бы на такое не согласился.

Но если бы на свете действительно существовал дворецкий, такой же язвительный, как Дайя, то своими оскорблениями в адрес хозяйки дома он заработал бы себе увольнение в первый же день. Хотя… может, на таких тоже есть спрос?

Так или иначе, хотя Дайя тоже любит надо мной прикалываться, Коконе он обычно останавливает, когда та заходит слишком далеко.

– Спасибо, Дайя, ты как раз вовремя! Скажи ей что-нибудь!

– Хм…

Готов поспорить, он скажет что-нибудь вроде: «Глаза б мои тебя не видели. Можешь наряжаться сколько хочешь, свое нутро тебе все равно не скрыть. Красивую лошадь делает красивая шерсть, а свинью никакая шерсть красивой не сделает».

Да, что-то в этом ключе.

И, в полном соответствии с моими ожиданиями, неисправимый циник Дайя выплевывает:

– Не заигрывай с другими парнями у меня на глазах. Я ревную.

…А?

Эээ, что?

Неужели… Дайя реально втюрился в нее?..

В полном шоке я хлопаю губами.

Ч-что вообще происходит?.. Ну да, я знаю, что, хотя в прошлом между ними всякое было, они таки начали наконец встречаться, но все же!..

– Ауу… – выдавила Коконе, порозовев – похоже, она удивлена не меньше, чем я. – Э, это!.. Я люблю только тебя, Дайя… можешь не сомневаться…

Тут ее голос увял. Сейчас она ведет себя более женственно, чем когда бы то ни было.

– Но к Кадзу ты ближе, чем нужно, не так ли? – говорит Дайя.

– Мы с ним друзья! Просто друзья!

– Пфф, ну ладно тогда. Но меня раздражает, что ты никак не можешь в полной мере понять, какая ты привлекательная.

– Н-ну если ты так считаешь, Дайя, я буду вести себя осторожнее!

Успокоившись, Коконе улыбается до ушей. И трется головой о грудь Дайи.

…Вы собираетесь этим заниматься прямо у меня на глазах? Найдите уже себе комнату!

– О… ты сменил одеколон? – спрашивает Коконе.

– У тебя отличное обоняние.

– Ну, ты же тем запахом каждый день пах, я привыкла. Кстати, одеколоном пользоваться правилами запрещено – ты плохой мальчик.

– А твои крашеные волосы? – не остается в долгу Дайя.

– Ты же сам говорил, что мне каштановые идут лучше, чем черные. Я же не против – могу и красится перестать, и очки снова надеть, – но это ведь ты все время говоришь, что тебе нравится, как я выгляжу сейчас.

– Да, ты выглядишь классно. Ничего обратно не меняй, если только сама не захочешь; я предпочитаю твой нынешний стиль. Но это не та проблема, о которой я говорил.

– …Мм, – кивает она и заглядывает Дайе в лицо. – …Твой костюм дворецкого такой классный… Дайя, дорогой, попробуй сказать мне: «С возвращением, моя принцесса».

– Глупая. Кто так говорит? Попробуй ты сказать: «С возвращением, мой господин».

– Ничего не имею против. С возвращением, мой господин. О… в следующий раз, когда приду к тебе, я надену платье горничной и это скажу!

Я в отчаянии.

Что вообще творится!.. П-просто сладкая парочка. Коконе еще можно узнать, но с Дайей-то что случилось?! Я не хотел видеть его таким! Это уже не мой Дайя!

– Эй, Кадзу, на что ты так уставился? – спрашивает Дайя.

– Разве не очевидно? Не выделывайтесь так у меня на глазах!

– Приходится выделываться, потому что я нравлюсь девушкам. Могут случиться разные неприятные вещи, если я не буду время от времени демонстрировать всем, что у меня уже есть отношения.

– …Знаешь, у меня несколько вещей на языке вертятся, но я их оставлю при себе. Всего один вопрос… ты не стесняешься?

– Почему я должен стесняться того, что меня видят с моей очаровательной девушкой?

От него самого кто угодно застесняется!

– …Так ты не стесняешься быть со мной?

– Я скорее хвастаюсь этим.

– Э-хе-хе-хе-хе.

– Хи-хи.

– Хе-хе-хе-хе-хе.

– Хи-хи-хи.

Прекратите! Не хочу больше слышать!

Я смущаюсь сильнее, чем каждый из них. Внезапно мне на плечо ложится чья-то рука, и я оборачиваюсь.

– Вот ведь гады, правда? Нарочно обнимаются, чтобы мы, одиночки, им завидовали!

Харуаки Усуй, наш общий друг.

– Ага, аг – уээ!

Я было согласно кивнул – однако, глянув на одежду Харуаки, отдергиваюсь. Он тоже косплеит, но на нем почему-то женская школьная форма, да еще из другой школы. Его широкие плечи словно вот-вот разорвут эту форму; кроме того, она доходит ему только до пупка, так что из-под нее видна зеленая рубашка. Из-под юбки торчат мужские ноги, бугрящиеся мышцами от занятий бейсболом. Блин, хотя бы побрил их!

Как у него получается носить такое, да еще не стесняться? Он что, воображает, что он у себя дома и его никто не видит, или что?

– Эх! Я тоже хочу себе симпатичную девчонку! Ты мой единственный союзник, Хосии!

– Тьфу! – и я стряхиваю его руку со своего плеча.

– А? Ч-что такое, Хосии? Это было сурово.

– …Я все знаю, Харуаки, – произношу я необычайно низким голосом.

– …В каком смысле?

– Я слышал, ты сильно подружился с девчонкой из другой школы. Ты даже на свидание с ней ходил?

– Гх.

– …Ага! Это ведь ее форма, да? Той девчонки?

– …

Харуаки молчит, улыбка держится на его лице, как приклеенная. Похоже, я со своими догадками угодил в яблочко.

– И хватает же наглости заявлять, что я твой «единственный союзник», когда сам уже замутил с девчонкой. Это почти что предательство нас всех, одиноких парней! – стыжу я Харуаки, тоскливо улыбаясь.

– …Нет… то есть… смотри, да, мы ходили на свиданку, но мы не сказать чтоб встречаемся. Пока что всякое может случиться. Поэтому, ты понимаешь, я хочу еще немного поиграть роль непопулярного типа…

– Пфе! – и я делаю вид, что плюю на пол. – Ты прямо как богатей, который ради прикола притворяется бездомным!

И я издаю грустный смешок.

– Это, это не слишком ли перебор? Аналогия, по-моему, как-то не очень… и кстати, ты сам не лучше, Хосии!

– Я?

– Ведь Касуми мгххх!

Как только он произносит это имя, Коконе зажимает ему рот. Я невольно краснею и затыкаюсь.

Касуми Моги – девушка, в которую я влюблен.

…Вообще-то странно. Я об этом никому не рассказывал; как же Харуаки додумался до ее имени?

Слышу, как Коконе шепчет Харуаки в ухо:

– …Харудиот. Эти двое еще на самой хрупкой стадии… лучше их не трогать!..

– …А, ну да, конечно… но это же явно взаимное у них…

– …Заткнись уже! Если мы будем вламываться, можем нечаянно все испортить… Они оба даже не догадываются, что их любовь-морковь очевидна всем!..

– Серьезно? Они что, в начальной школе застряли? – спрашивает Харуаки.

Эй, ребята, я вообще-то здесь!

Н-но, «взаимное»? Ч-что он имел в виду? Это же невозможно. Ну да, Моги-сан часто мне улыбается… но это просто потому, что она веселая. И все время просит меня помочь, просто потому что я никому не отказываю в помощи. Ну да… именно поэтому.

Но.

Но, судя по тому, что эти типы сейчас говорят, может, она правда –

– Кадзу-кун?

– Иии! – взвизгиваю я, услышав неожиданный голос.

Резко поворачиваюсь.

– Хм? – тихо произносит девушка в инвалидной коляске. Это Касуми Моги; при виде моей явно избыточной реакции ее глаза слегка округлились. – Что означает это «иии»? Мне что, форма медсестры не идет? – она поджимает губы и смущенно опускает голову.

Я, я и понятия не имел, что Моги-сан тоже участвует в этом косплее… На ней розовая униформа медсестры.