Майкл Кьюб-Макдауэлл - Кризис чёрного флота-3: Испытание тирана

— Не понимаю, что вы хотите сказать. Когда я очнулся в госпитале, рядом был адмирал Акбар. Наша дружба началась по его инициативе, я тогда просто не знал, кто он.

— Понятно. И зачем вы хотели с ним связаться?

— Потому, что я рад был отправиться в действующий флот, и хотел поделиться с ним своей радостью.

Маллар наклонился вперед и оперся руками о стол.

— Майор, каждый из нас готов был скорее умереть, чем показаться здесь без генерала Соло.

Гант хмыкнул.

— А по моей информации, никто из вашей эскадрильи не сделал ни одного выстрела:

Маллар встал на ноги с достаточно угрожающим видом, чтобы солдаты, стоявшие у двери, шагнули вперед.

— Мы не успели: Это было как на Поуллнае, слишком неожиданно. Они ждали нас. Они нас вырубили прежде, чем мы поняли, что происходит. В первые пять секунд боя я получил три попадания.

Майор кивнул.

— Да, они ждали вас. Ждали в пространстве Новой Республики, на расстоянии 91 светового года от Кластера Коорнахт. Они точно знали, кого они ждут. И моя задача — выяснить, откуда они это узнали.

Маллар сказал:

— Сэр, единственное, что я думаю по этому вопросу — йеветы узнали о маршруте генерала Соло гораздо раньше нас, узнали от кого-то, кто знал с самого начала. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но ни один корабль не может пролететь 91 световой год за четыре часа.

Гант встал со стула.

— Вы правы, лейтенант.

Он вернул Маллару диск.

— Сержант, проводите лейтенанта Маллара в кают-компанию для пилотов.

Маллар сказал:

— Спасибо, сэр.

— Не благодарите меня, лейтенант. Я ищу предателя, и просто не нашел его сейчас.

— Да, сэр.

Когда Маллар проходил мимо Ганта, майор окликнул его:

— Один момент, лейтенант.

Маллар остановился, его сердце неприятно дернулось в груди.

— Да, сэр?

— Как вы думаете, почему йеветы оставили вас и других пилотов в живых?

— Ну, сначала я думал, что мы должны были сообщить о том, что случилось, подтвердить, что генерал Соло захвачен.

— А сейчас?

— Сейчас я думаю, они сделали это, чтобы унизить нас.

— Объясните, лейтенант.

— Майор, оставив нас в живых, они хотели показать, что мы настолько незначительны, что не стоит тратить время на наше уничтожение. Все наши усилия тщетны — вот что они хотели сказать. Они могут прийти в любое место Новой Республики и сделать там все, что угодно, и мы никак не сможем им помешать.

Майор жестко сказал:

— Надеюсь, вы так не думаете. Мы еще даже не начинали воевать. Они еще пожалеют, что ввязались в драку с нами. Все еще впереди, лейтенант.

Маллар кивнул.

— Очень надеюсь на это. У меня к ним особый счет:

Листья дерева врошир слегка шевелились, хотя ветра не было. Это движение выдавало позицию Лумпаварруумпа, в сорока метрах к востоку от Чубакки.

Его сын никого не преследовал. Он даже не шел по джунглям в поисках жертвы. К страху и разочарованию Чубакки, Лумпаварруумп углубился в джунгли только на сотню шагов, а потом укрылся у старого пня, среди молодых побегов дерева врошир.

Иногда Лумпаварруумп выглядывал из своего импровизированного убежища и несколько секунд осматривал лес, как будто ожидая, что катарн будет прогуливаться недалеко от его убежища. Ничего не увидев, Лумпаварруумп снова скрывался в своем якобы невидимом укрытии.

Но Чубакка легко обнаружил своего сына. И ни для кого из хищников леса это не составляло проблем. А пень, который Лумпаваруумп избрал своим убежищем, закрывал для обзора огромное пространство, откуда мог подкрасться катарн и напасть неожиданно.

Чубакка знал, что его сын находится в гораздо большей опасности, чем он думает, но обычай запрещал отцу вмешиваться в первую «охоту чести» сына. Все, что мог делать Чубакка — только смотреть и ждать:

Чубакка пару раз обошел вокруг укрытия своего сына, стараясь не слишком приближаться. За это время Лумпаварруумп четыре раза выглядывал из зарослей, и ничего не заметил.

Даже на открытом месте в джунглях, длинношерстный вуки мог отлично замаскироваться, лежа без движения среди зарослей длинного паразитического мха джадиик. Но даже неопытный охотник должен был заметить какое-то движение, если оно было. И то, что Лумпаварруумп ничего не заметил, говорило, насколько он испуган.

Чубакка заметил, что здесь присутствует еще какое-то существо, которое как будто следит за ним. Оно двигалось, только когда двигался Чубакка, и, казалось, подбиралось все ближе. Когда Чубакка попытался приблизиться к этому существу, он неожиданно почувствовал его присутствие позади себя.

Из-за тяжелого и неподвижного воздуха в колодце Мертвых Чубакка не мог почувствовать запах этого существа.

Чубакка тихо зарычал. Неожиданно в восьми метрах от него из листьев дерева врошир поднялся другой вуки.

Это был Фрейрр, один из многочисленных двоюродных братьев Чубакки, и один из лучших охотников в семье.

Обменявшись взглядами, Чубакка и Фрейрр осторожно подошли друг к другу, и, укрывшись в листве, начали разговор. Слова произносились настолько тихо, что их можно было принять за скрип ветвей.

Фрейрр спросил:

— Где Лумпаварруумп?

Чубакка кивнул в сторону того места, где укрылся его сын.

— Он там. А ты зачем здесь? Почему ты вмешиваешься в хрртайик моего сына?

— Маллатобук послала меня найти тебя. Есть новости, которые не могут ждать твоего возвращения.

— Что за новости?

— Будет лучше, если мы сначала покинем Колодец Мертвых.

Чубакка покачал головой.

— Я не могу оставить моего сына, пока его испытание не закончено.

— Я останусь с ним, брат. Шоран ждет тебя на дороге Рриатт.

Глаза Чубакки сверкнули яростью.

— Ты хочешь, чтобы я бросил дело чести моей семьи? Как ты посмел произнести такое?! Даже если бы на Кашийик напали имперцы, это не заставило бы меня отвлечься от хрртайика!

Фрейрр сделал предостерегающий жест:

— Потише, брат, всех зверей распугаешь.

Чубакка зарычал еще громче:

— Если ты сейчас же не скажешь, что привело тебя сюда, мой голос услышат все катарны на каждом из уровней Колодца! Говори, что случилось? Что-то с Маллатобук?

Фрейрр вздохнул.

— Нет, с тем, кому ты обязан жизнью. Хэн Соло захвачен в плен врагами принцессы Лейи. Его захватили йеветы, где-то в Кластере Коорнахт. Принцесса просила тебя вернуться на Корускант. Теперь ты понимаешь, что этот долг более важен для тебя, чем Испытание сына. Иди, Шоран ждет. Он расскажет тебе остальное. Я прослежу, чтобы твой сын закончил Испытание.

Решение, которое должен был принять Чубакка, было неприятным, но несложным. Он встал, нарушая маскировку.

— Хрртайик может подождать, пока я вернусь.

Фрейрр поднялся вместе с ним.

— Чубакка, если твой сын вернется в Рвукррорро, не имея права объявить свое новое имя, надеть бальдрик, который Маллатобук сделала для него:

— Лучше пусть вернется так, чем вообще не вернется.

Фрейрр оскалился.

— Ты сомневаешься в моем рракторре?

— Нет, брат. Я сомневаюсь в его рракторре:

Чубакка громко позвал Лумпаварруумпа:

— Иди сюда, мой первый сын. Эту ночь ты будешь спать на родном дереве. Мой брат чести в опасности, и я должен идти ему на помощь.

Глава 2

Вздрогнув, Хэн открыл распухшие глаза, слипшиеся от засохшей крови, и осмотрел помещение, где он находился.

— Барт?

Бортинженер сидел, опираясь спиной о противоположную стену. Его лицо было отвернуто, подбородок уперся в ключицу, как будто он спал.

Хэн позвал громче:

— Барт?

Сокамерник повернул голову.

— Генерал, вы живы? Вы лежали так долго, что я думал, вы уже не очнетесь.

— Что случилось?

Барт помог Хэну сесть.

— Ничего, сэр. Вы лежали в отключке несколько часов. Надеюсь, вы чувствуете себя не так плохо, как выглядите.

— Все не так плохо. Меня много раз били эксперты, а йеветы явно любители.

Хэн попытался поднять руку, сморщившись от боли.

— Хотя, они очень старательные любители:

— Сэр, вы не знаете, что они хотят от нас?

— Не знаю, они не сказали.

Хэн понюхал воздух и сморщился.

— Барт, это не от меня пахнет?

Инженер покачал головой.

— Это от капитана, сэр. Что-то странное покрывает его кожу:

Хэн с трудом повернул голову, чтобы посмотреть на труп капитана Скриза. Лицо и руки мертвеца были покрыты тонким серым пухом.

— Какая-то плесень, наверное. Это сухой мир, судя по воздуху и коже йевет. Человеческое тело здесь подобно яме с водой для тех микроорганизмов, которые живут здесь.

Барт поморщился.

— Я не хочу даже думать об этом.

— И не думай, Барт. Кто-нибудь заходил к нам в камеру, пока я был без сознания?

— Нет, сэр, с тех пор, как они принесли вас сюда. Генерал, как вы оцениваете наши шансы?

— Я оцениваю их больше, чем нашу уединенность.

Барт внимательно посмотрел на стены камеры. В потолке было вентиляционное отверстие, в полу — канализационное, вход закрыт бронированной дверью.