Вадим Проскурин - Прививка от космоса

Ознакомительный фрагмент

Я мысленно обругал себя последними словами и включил фонарь. И немедленно зажмурился, ослепленный немыслимым белым сиянием. Кажется, свет фонаря уткнулся даже не в зеркало, а в какой-то фотонный усилитель, что ли…

- Только не на полную мощность, - добавил голос. - Тут если яркий свет включить, такая белая мгла наступает, какую и на Чукотке не увидишь.

Я уменьшил мощность фонаря и с некоторым опасением открыл глаза. Действительно, местный лед под ярким светом слепит так, что на Земле…

- Чукотка - это на Земле? - спросил я.

- На Земле, - подтвердил голос. - Ты американец?

- Да, а что?

- Где Аляска, знаешь?

- Примерно.

- Чукотка рядом, через пролив.

- В России, что ли? Погоди, ты русский?

- Да. Женя меня зовут.

- Юджин? - переспросил я.

- Можно и так сказать, - согласился Юджин. - Все равно по нормальному не выговоришь. Ты уже проморгался?

- Вроде да.

- Тогда скачи сюда. Только осторожнее, в трещину не попади. Если почувствуешь, что проваливаешься, сразу антиграв включай. Об энергии не беспокойся, она тут халявная.

- Хорошо, - сказал я. - Поскакал.

Космонавты не врут, при малой силе тяжести кенгуриные прыжки действительно самый удобный способ перемещения. И приноровиться к этому способу совсем несложно, пару раз прыгнул и уже кажется, что всю жизнь только так и скакал.

Луч фонаря скользнул вверх-вниз по ледяной поверхности и вдруг куда-то исчез, словно от освещенного овала отрезали половину какими-то волшебными ножницами. Вот под ногами лед, идеально ровный и чистый, как ухоженный каток, а вот сплошная чернота, как будто за этой трещиной кончается мир. Трещиной?!

Я врубил антиграв и подпрыгнул вверх, метров, наверное, на пятьдесят. Точнее сказать трудно, потому что поверхность земли (точнее, Мимира) сразу скрылась во тьме и больше нет никаких ориентиров, кроме далекого маяка, впрочем, не такого уж и далекого, раз он так резко ушел вниз… И что это за белое пятно там появилось?

Однако по порядку. Наклонить голову вниз… как же это трудно в скафандре… твою мать! Трещина глубокая, но совсем узкая, метра четыре всего, такую даже без антиграва перескочить - плевое дело. И чего я разволновался?…

Я осторожно приземлился за трещиной, упруго оттолкнулся ногами ото льда и поскакал дальше. Вскоре стало ясно, что за белое пятно я увидел в верхней точке прыжка - это тот самый террикон, о котором говорил Юджин. Жилой комплекс станции расположен на дне глубокой шахты, а раз есть шахта, то где-то рядом должен быть террикон.

Внешне террикон напоминал хрустальную гору не помню из какой сказки. То есть, я-то знаю, что это всего лишь большая куча льда высотой с маленький небоскреб, но сознание отказывается признавать, что обычный лед может быть таким чистым и таким блестящим.

- Ты где там болтаешься? - раздался в ушах голос Юджина. - Сколько тебе еще до маяка?

Я прикинул расстояние на глаз и ответил, немного поколебавшись:

- Метров семьсот, наверное. Может, восемьсот…

- Значит, четыреста, - сказал Юджин. - По первому разу все ошибаются раза в два. Давай, шевелись быстрее, пока успеваешь.

- К чему успеваю? - не понял я.

- К волне. Про волну тебе на инструктаже говорили?

Про волну, действительно, на инструктаже говорили. Каждые, кажется, тринадцать часов к Мимиру приближается Локи и тогда…

- Ты скачи, скачи, - сказал Юджин. - Не тормози. У тебя семь минут, чтобы добраться до лифта. Но сильно не нервничай, не успеешь - ничего страшного, просто придется подождать часа полтора, пока волна не пройдет.

Я открыл рот, чтобы задать вопрос, но Юджин меня опередил:

- На этой стороне Мимира приливная волна не опасна, - сказал он. - Но лифты на всякий случай отключаются. Так что лучше поторопись. Если своим ходом не успеваешь, антиграв включи.

Антиграв включать не пришлось, я успел добраться до цели своим ходом. Цель, надо сказать, выглядела сюрреалистически, особенно в мертвенном голубом свете маяка - посреди бескрайней плоской равнины стоит ледяная пирамида, а рядом с ней притулилось маленькое сооружение из гофрированного листового металла, похожее на автомобильный гараж из исторических фильмов. Или на общественный туалет где-нибудь в Антарктиде. Причем с открытой дверью. Нет, даже не открытой, а отсутствующей.

Я заглянул в дверной проем и обнаружил за ним маленькую комнатку, единственным предметом обстановки в которой был здоровенный тумблер на стене, точь-в-точь как тот, которым я открывал внешний люк в корабле. Неужто это и есть лифт? А где двери? Пусть даже внешних дверей нет, внутренние-то должны быть!

- Тебе еще долго? - спросил Юджин. - Волна вот-вот придет.

- Я уже в лифте, - ответил я. - Чтобы поехать вниз, надо повернуть тумблер?

- Догадливый, - хмыкнул Юджин. - Давай, поворачивай, а то обесточу все.

Я ухватился за тумблер и, поднатужившись, перещелкнул его в нижнее положение. Двигался он очень туго, похоже, его никогда не смазывали. Как бы не заклинил…

Нет, не заклинил. Кабина провалилась вниз, невесомость подкатила комом к горлу, поверхность Мимира поползла вверх, вначале медленно и плавно, но все быстрее и быстрее. Секунды через две весь дверной проем заполнила стена шахты, не ледяная, как я ожидал, а, похоже, металлическая. Не иначе, облицевали изнутри.

Кабину резко встряхнуло и сила тяжести снова вернулась. Мысль о том, что кабина оторвалась и неконтролируемо падает вниз, покинула сознание, не успев толком в нем обосноваться. Интересно, какая глубина у этой шахты? Корпорация не раскрывает для общественности никаких подробностей о жизни в поселении на Мимире, они считаются коммерческой тайной. А может, это не просто коммерческая тайна, может, им есть что скрывать и от правоохранительных органов? Впрочем, для меня обратного пути все равно уже нет.

- Долго еще ехать? - спросил я.

- Четыре минуты, - ответил Юджин. - Уже три с половиной.

- Глубина шахты - метров триста?

- Пятьсот с копейками. Лифт скоростной.

- Понятно, - сказал я и замолк, не зная, о чем еще говорить.

- Как настроение? - спросил Юджин. - Уже страшно?

- Почему страшно? - удивился я. - И почему уже? Тут есть чего бояться?

Юджин издал короткий смешок.

- Новенькие всегда боятся, - сказал он. - Особенно когда едут в лифте. Кабина без дверей нервирует - начинаешь думать, что дверей нет потому, что корпорация на всем экономит. А потом начинаешь думать, что ждет тебя внизу, и это пугает.

- А что ждет меня внизу? - спросил я.

- Увидишь, - ответил Юджин. - Ничего ужасного, жить можно. У шлюза тебя Рик встретит, он уже почти на месте. Не волнуйся, все будет в порядке. Вибрацию чувствуешь?

- Ну, есть что-то такое…

- Зубы не клацают?

- Нет. А что, должны?

- Не должны, - Юджин снова засмеялся. - Ладно, не грузись пока. Хочешь узнать, почему наверху дверей нет?

- Ну.

- Что ну?

- Допустим, хочу.

- Допустим или хочешь?

Манера Юджина вести разговор начала меня злить.

- Хочешь честный ответ? - спросил я. - Рано или поздно я все равно все узнаю, но если ты хочешь рассказать прямо сейчас - буду благодарен. Мне сейчас все равно скучно.

- Молодец! - сказал Юджин. - Замечательно держишься, так и продолжай. А дверей там нет потому, что вокруг вакуум и температура минус девяносто. Жидкая смазка замерзает, а ставить магнитную подвеску нет смысла. Да и зачем там дверь, когда вокруг вакуум?

- Понял, - сказал я. - Спасибо за разъяснения.

- Да ты не злись, - сказал Юджин. - У нас тут скучно, вот и подкалываем друг друга. Ты скоро и сам поймешь. Приготовься, сейчас тряхнет.

Секунд через пять, действительно, кабину сильно встряхнуло и лифт остановился.

- Проходи в шлюз, - сказал Юджин. - И добро пожаловать в наш маленький, но уютный ад.

4.

Я вышел из лифта и вошел (а вернее, впрыгнул) в короткий коридор, в дальнем торце которого красовалась мощная и внушительная металлическая дверь, украшенная здоровенным металлическим колесом, наподобие тех, какими в исторических фильмах открывали двери сейфов и люки подводных лодок. Неужели мне придется крутить его вручную? В скафандре это не слишком удобно, особенно при минус девяносто и в вакууме.

Внезапно пол под ногами содрогнулся, не очень сильно, но явственно. Я огляделся по сторонам и обнаружил, что сзади опустилась (или поднялась, или выехала из стены) переборка, отрезавшая меня от кабины лифта. В середине переборки красовалась точно такая же дверь с колесом, как и впереди. Все стало ясно - во-первых, я уже в шлюзе, а во-вторых, ничего руками крутить не придется, эти двери здесь просто на всякий случай, если вдруг автоматика выйдет из строя.

Через пару секунд я услышал тихое шипение, снова заложило уши. Очевидно, шлюз наполняется воздухом. Интересно, когда давление станет нормальным? И почему на стене нет никакого индикатора?