Живучий: Закрытые миры. Перекресток. Мир темного солнца - Константин Николаевич Муравьев

не слышал даже, – сказал тот, посмотрев на нее в ответ.

Леди перевела свой взгляд в сторону полковника, но потом почему-то остановила ее рукой и показала на Классаю.

– Пусть с ним говорит она. Думаю, эти двое договорятся.

Девушка медленно повернулась в сторону экрана и опять заглянула в спокойные глаза этого непонятного и немного странного человека, который, похоже, когда-то был любовником ее матери. Ведь именно с нею он ее и спутал. «Почему он?» – вдруг задала она себе совершенно идиотский вопрос, который был сейчас абсолютно не к месту. Но именно это ей и казалось наиболее важным. И тут она вспомнила необычные для аграфов слова своей матери, которыми она как-то прокомментировала делегацию креатов, прибывших к ним в особняк, на званый ужин.

* * *

– Не смотрите, на них, как на себя. Они все равно другие. Вы не увидите в них того, что хотите обнаружить. Ведь вы ищете то, что есть в вас. Постарайтесь найти в них то, чего в вас нет, и тогда разговаривать с ними станет гораздо проще. Ведь если вы будете вместе, то сможете дополнить друг друга. Они другие, но без них нас не будет. Как, впрочем и их без нас.

Только иногда мама почему-то в этом месте грустнела и очень тихо добавляла:

– Правда, есть те, кому не нужен никто.

Тем не менее именно тогда у Кассаи и появилась ее первая и самая верная подруга, которая исчезла несколько лет назад, после государственного переворота в Империи Минматар.

* * *

Но только сейчас девушка поняла, что имела в виду ее мама, говоря те слова, особенно их последнюю часть.

«Есть те, кому никто не нужен, – мысленно повторила она, – неужели это о нем?»

– Ты другой даже среди других, – неожиданно даже для самой себя, произнесла аграфка, – это ведь о тебе она всегда говорила, когда пыталась объяснить нам это.

И она вслух повторила:

– Есть те, кому никто не нужен.

Парень, похоже, даже не понял, о чем сейчас ведет речь девушка.

– Все мы разные, – пожал он плечами, правда, потом усмехнулся и добавил: – ну это теоретически, конечно. – И еще раз вгляделся в лицо девушки. – Хотя вот ты живое исключение, подтверждающее это общее правило.

– Я это уже поняла, – почему-то улыбнулась девушка и, оглянувшись на всех остальных, вздохнула, – но сейчас надо поговорить о деле.

Человек лишь пожал плечами.

– Да я, в общем-то, и так сразу был не против поговорить. Но вы все больше между собой общались. А я вроде как джентльмен, а потому старался дам не перебивать. – И он улыбнулся.

Девушка, посмотрев на него, улыбнулась и сама в ответ. Этот непонятный парень заставил Классаю еще раз улыбнуться, а для нее это что-то да значило.

«А ведь он и правда другой, со своими простыми и немного странными шутками, – пролетела мысль в ее голове, – наши парни начали бы что-то витиевато изъяснять и к концу своего монолога сами бы запутались и забыли, а с чего же все началось. Но вот если она говорила все-таки о нем, то насколько это правда?» К примеру, сейчас, ему грозит смерть, а ему все равно. Похоже, он, и правда, из Минматар.

– Ладно, – кивнула головой аграфка, – нам есть что тебе предложить. Но мы хотим попросить тебя об одной услуге. Правда, ты все это уже и так слышал.

И она задумалась, а что же такого можно предложить этому человеку? Тем более он, похоже, и так уверен, что умрет. И коль он в этом полностью уверен, то они, скорее всего, просто к нему не успеют добраться. Но ведь нам этого и не нужно делать. Точно. И девушка радостно посмотрела на изображение этого парня. Ведь именно жизнь-то они и смогут ему предложить. Просто другие-то об этом не знали. Буквально сегодня, в первую половину ее смены она загружала новые разработки нейроконцепций и биосимбиотов, которые могли бы помочь. И среди них было кое-что, что идеально подходит к данной ситуации.

– Нам есть что тебе предложить, – уже совершенно уверенно произнесла девушка, – чтобы суметь сохранить твою жизнь. Но ты должен пообещать, что постараешься помочь нам. Я не прошу оформить сделку под протокол. Я выключила протоколирование. Мне нужно твое слово. – И она всмотрелась прямо в его глаза. – Его мне будет достаточно.

Человек почему-то задумался.

– Мне нужно знать, что я должен буду сделать, – наконец сказал он.

– Госпожа полковник, обрисуйте нашему союзнику суть нашей просьбы, – вполне официально обратилась Классая к своей тете.

Та наклонила голову и подошла ближе.

– Вы сейчас находитесь в секторе, где пропала одна наша экспедиция. Нам поручили выяснить, что с ними случилось.

Парень немного удивился.

– И чем я смогу вам помочь?

– Вы бы не могли провести полное его сканирование и выслать нам полученные результаты.

Человек усмехнулся.

– Мог бы, конечно. Если бы знал, как это сделать.

– Как так? – возмущенно посмотрела в сторону этого непонятного парня капитан Далгойс, – а как же ваш корабль?

– Ну, – тот усмехнулся, глядя на нее, и ответил: – да просто. Как говорится, нет корабля, нет проблемы.

Девушки сначала не поняли, о чем он, но тут до Классаи дошло.

– Так вы там застряли и ваш корабль неисправен?

– Можно и так сказать, – еще раз усмехнувшись, пожал плечами парень, – но вернее будет сказать, что его чисто физически нет. Так что я вряд ли смогу вам хоть чем-то помочь.

И он вновь спокойно посмотрел на всех присутствующих в зале аграфок.

– Так он там застрял один и без корабля? – немного заторможенно спросила эсбэшница у свей подруги. – Да к тому же ему и жить-то осталось всего несколько дней. Вот он попал.

Но, судя по всему, этого непробиваемого парня ничего не трогало.

– Так что, у вас ко мне вопросов больше нет? Ну тогда бывайте, приятно было познакомиться.

И Классая почувствовала, что если он сейчас разорвет связь, то они его больше никогда не увидят. Она его больше не увидит.

– Маячок, – воскликнула она, – его передатчик, коль он так долго держит канал, это превосходный навигационный маяк. Мы сможем прыгнуть прямо на его сигнал.

Лидиана задумалась.

– А что, это идея. Может сработать. И тогда мы сами проведем сканирование сектора.

И посмотрела на девушку.

– Ладно. Давай свою идею. Что ты ему там хотела предложить? Это нормальный обмен. Тем более, что и его нейросеть уже давно выведена из эксплуатации и не представляет из себя никакой особой ценности.

– Хорошо, – кивнула Классая, – но кое-что представляет.

И она заглянула прямо в глаза своей