Охотник на богов - Анна Кондакова

за обстановкой.

— Будь наготове, — шепнул я ему и направился в коридор.

Мозарт кивнул и пошёл за мной, приготовив лук. Внезапно прямо передо мной, у самых ног, появился опоссум или как там его…

Жмот — я так его назвал.

Зверёк серьёзно смотрел на меня блестящими чёрными глазами и мотал головой, будто умоляя никуда не ходить. При этом я заметил, что в его хваткой лапе зажата конфета-ириска. Умудрился всё-таки стащить у Браны, мелкий падлюга.

Опоссум жестикулировал лапами, пытаясь показать что-то ужасное.

— Не суетись, Жмот. И верни конфету на место, — почти бесшумно ответил я ему и отодвинул с дороги.

Тот фыркнул и сунул конфету в рот.

— Еще раз такое повторится, — сощурился я, — и отправишься на остров вместе с рюкзаком.

Сейчас мне было не до опоссума. Я вышел в коридор и приблизился к двери комнаты, в которой спала девушка, после чего ещё раз прислушался.

Скрежет из комнаты не прекращался. Совсем слабый, еле слышный. Мне даже подумалось, что если бы не слух Годфреда, то я бы ничего не услышал. Ведь никто в доме, кроме меня одного, его не уловил. Даже Брана, а она чуткая.

Я взялся за дверную ручку и повернул, ожидая, что дверь будет заперта, но нет. Ручка легко поддалась. Я шагнул в комнату, всё время напоминая себе, что, возможно, иду к Богине Смерти.

Внутри было темно и пахло чем-то приятным. Духами, возможно.

К моему зрению сразу же подключилось зрение Годфреда, и очертания комнаты стали видны. Кровать, стены, шкаф, одежда на стуле и даже книга на полу.

Сделав ещё пару бесшумных шагов, я наконец разглядел то, что происходит с девушкой, и замер на месте…

* * *

Она спала на широкой двуспальной кровати.

Её глаза были закрыты, но, казалось, она не спит, а только притворяется. Афена лежала на спине, раскинув руки. Одна её ладонь ухватила простынь, а вторая скребла ногтями по деревянной спинке кровати.

Именно этот скрежет я и услышал.

Девушка порой мучительно выдыхала, приоткрывала рот и что-то произносила, бормоча во сне, а порой даже тихо стонала.

Ну и ну.

То ли ей просто дурной сон снится, то ли всё же что-то не так.

Я шагнул ещё ближе.

На Афене была только одна коротенькая сорочка, но она лишь слегка прикрывала стройное тело. За тонкой тканью угадывалась грудь, очень даже приятного размера, и затвердевшие соски. Сорочка совсем задралась, оголяя и бёдра.

Я невольно пялился на её почти голое тело, но при этом не выпускал из головы, что эта девчонка может быть опасна, пока я не выясню, что она скрывает, и скрывает ли вообще.

Мозарт вошёл в комнату вместе со мной и остался у двери, прицелившись из лука точно в лежащую девушку.

Я поднял руку, давая понять морфи, что подам знак, если помощь понадобится, а сам приблизился к кровати и встал рядом, пристально наблюдая, как Афена стонет во сне и всё сильнее скребёт по деревянной спинке.

Девушка продолжала что-то шептать, и я наклонился ниже, чтобы расслышать.

Мой слух уловил только обрывистые фразы:

— Вырваться… хочу вырваться…

Меня прошиб холодный пот.

Неужели в ней говорит Богиня Смерти, которая хочет вырваться? Только знает ли сама Афена, что с ней что-то не так?..

Внезапно девушка открыла глаза и уставилась прямо на меня. Скрежет её ногтей о спинку кровати прекратился. Несколько секунд Афена смотрела на меня, соображая, кого видит в темноте, а потом на её лице отразился ужас.

— Тайдер? Ты что тут делаешь?..

— Всё в порядке. Не бойся.

Я приложил палец к губам, и она смолкла, но ужас с её лица так и не прошёл.

— Ты стонала, вот я и пришёл тебя проверить.

— Я?.. — Она, конечно, мне не поверила. А потом ещё и увидела, что явился в майке и трусах. — Знаешь, что? Я всё расскажу Бране! Скажу, что ты совсем границ не видишь! Ты зачем ко мне полез? Изващенец!

Девушка рывком села на кровати, собираясь вскочить, но я придержал её за руку и показал на спинку кровати, где остались еле видимые следы от ногтей.

— Если не веришь, глянь туда.

Она уставилась на спинку и замерла.

— Это моё?

— Ну не моё же, — ответил я. — А ты вообще помнишь, что тебе снилось?

Афена посмотрела на меня уже не так грозно, но тут вдруг осознала, что на ней почти ничего нет. Схватив край простыни, она прикрыла грудь и прошипела:

— Уйди, Тайдер! Или я тебя прикончу!

Ну надо же.

Богиня Смерти обещает прикончить меня ещё раз. Отличный расклад. А в том, что внутри Афены находится Богиня Смерти, сомневаться уже не приходилось. Годфред оказался прав.

Я пристально всмотрелся девушке в глаза, будто пытаясь её разгадать.

— Что тебе снилось?

Афена на миг замерла, нахмурившись.

— Не помню… какая-то женщина с голубыми волосами… очень красивая. Она что-то мне кричала…

— И часто она тебе снится?

— Я вообще не припомню, чтобы она мне снилась. Вот ты сейчас спросил, и я сразу вспомнила.

Девушка оттолкнула меня рукой.

— Выйди, Тайдер! Ты меня смущаешь!

Для пущей убедительности она стукнула кулачком по постели, и кровать хрустнула. Ещё секунда — и одна из ножек переломилась.

— Ой, мамочки… — выдохнула Афена, а потом разозлившись, с гневом бросила: — Это всё ты виноват!

Что-то опять хрустнуло… и переломилась вторая ножка, ну а потом кровать накренилась на один бок!

Не двигаясь с места, Афена сжала кулаки.

— Как же меня это достало… ну просто невыносимо!

Я наклонился и осмотрел место слома на ближайшей ножке кровати. Ощущение, что она переломилась, потому что сама так захотела.

— И давно с тобой это происходит? — спросил я. — Я имею в виду, давно всё вокруг тебя рушится и ломается?

Девушка слезла с перекошенной кровати вместе с простынёй, которой она продолжала прикрываться.

— Да всю мою жизнь, сколько себя помню. Порой это прекращается, а потом начинается снова…

Она вдруг смолкла, уставившись на дверь.

Я тоже посмотрел туда же.

На пороге комнаты стояла Брана, злая, как сто чертей.

— Вы чем тут занимаетесь? И что с кроватью?.. — Она спросила это так, будто вот-вот задохнётся от шока. Ну и заодно оторвёт мне голову. — Тайдер!! Отвечай!!

Весь её вид кричал о том, что подумала она совсем не то, что надо.

— Да ничего мы не делали, — спокойно ответил я и кивнул на Мозарта, который стоял у стены. — Можешь у него спросить. Боги врать не умеют.

И ведь Брана требовательно спросила у морфи:

— Мозарт, что тут было?

Тот молчал до тех пор, пока я не разрешил ему говорить. Правда, сказал он совсем не то, что я ожидал.

— Хозяин её не трогал. — Мозарт указал на Афену пальцем и добавил, как бы между прочим: — Но хозяин был бы не против её потрогать.

Я чуть не закашлялся. Чего?.. Ну что несёт этот чёртов семилетний малыш с бородой? Ну подстава же!

Брана вскинула брови.

Афена тоже на меня уставилась, её глаза распахнулись ещё больше. Она одновременно выглядела смущённой и злой от моей наглости. Отнекиваться я не собирался, но постарался пояснить всё спокойно и без оправданий:

— Вы не забывайте, что Мозарт говорит, как маленький, и неверно формулирует фразы. Все его слова надо делить надвое. Афене снился плохой сон, она стонала, и я решил проверить, всё ли с ней в порядке. Делов-то.

Я не стал это обсуждать и отправился обратно в свою комнату, ощущая спиной, как на меня смотрят обе девушки.

Да, неловко вышло. Но с другой стороны, зато я узнал кое-что про Афену. Ну и если быть совсем честным — Мозарт ведь ни разу не соврал…

* * *

Утром во время завтрака с сублиматами (порошок в стакане с водой и спрессованные кусочки серой каши) Брана не сводила с меня грозных глаз, да и Афена — тоже.

Они обе сверлили меня взглядами.

Один Кристобаль продрых всю ночь и даже не знал, что что-то произошло. Я же не стал обсуждать щекотливую тему и отправился в Гильдию. Сегодня с утра мне нужно было подать заявку на вступление, ну а потом идти на работу — в лавку к Хартогу. И что-то подсказывало мне, что это будет непростой день.

— Тебе Хартог башку оторвёт, когда узнает, что ты у него со свалки куски морфи украл, — усмехнулся Кристобаль.

Он тоже собирался на работу — в столовую возле Дома Управления.

— Это всё неважно! — Брана смягчила взгляд. — Сегодня Тайдер подаёт заявку в Гильдию. Вот это важно.

Мне все пожелали удачи. Все, кроме Афены.

Бросив на меня странный взгляд, она ушла на работу раньше всех — в отделение