Повелитель теней. Том 2 - А. Никл

нос, а уже потом — остальное лицо Гавроша, пожилого мужика с морщинистыми, как курага, щеками.

— Карп? Чего тебе? — недружелюбно пробурчал Гаврош. — Я же говорил, больше с тобой не пью. После того раза до сих пор не нашёл, куда машину подевал.

— То старое ржавое ведро? — расхохотался Карпов. — Хватит жмотиться, ты себе триста таких машин можешь купить!

— Сам ты ведро, — проворчал Гаврош. — А «Жигули» напоминали мне о дорогих временах. Тех, когда я с тобой ещё не был знаком. Так чего пришёл-то?

— Вот зачем, — Карпов достал из кармана небольшой мешочек и швырнул его в окошко. — Мой друг тоже кое-что принёс.

— Да? — Гаврош перевёл взгляд на меня, и я протянул ему пакет с драгоценностями. Он хмыкнул, взвесил на ладони сначала мешочек, потом — мой пакет, и сказал: — Богатый улов.

Ему потребовалось сорок минут, чтобы оценить товар. Ещё минут двадцать Гаврош потратил, чтобы всё перепроверить. В итоге он высунул в окошко свой огромный нос и заключил:

— Карп, у тебя на пятнадцать тысяч, а твоего друга — на шестьдесят восемь. Устраивает?

— Устраивает.

Мы забрали деньги и хотели покинуть подпольный ломбард, когда в помещение буквально ворвалась заплаканная девушка. Она достала платочек, вытерла слёзы, высморкалась и подбежала к окошку. Гаврош с похотливой жадностью оглядел её от макушки до пяток и спросил:

— Чем могу служить?

— Я… Я хочу продать семейную реликвию, — всхлипнула девушка и с трепетом вытащила из-за пазухи круглую золотую бляху диаметром сантиметров двадцать. На ней было что-то выгравировано, однако слов я не смог рассмотреть. — Это принадлежало моему прадеду, графу Ладыгину. Орден Золотого Руна, за заслуги во время Первой мировой войны. Он… Он стоит очень дорого.

— Дорого, говоришь? — мерзко усмехнулся Гаврош, покрутил Орден, внимательно изучая его со всех сторон и заявил: — Пятьсот рублей — больше не дам.

— Что⁈ — девушка пошатнулась, её глаза наполнились слезами. — Но его цена превышает восемьдесят тысяч. Месяц назад, на аукционе…

— Ну так идите на аукцион, милочка, и не отвлекайте меня от работы, — скривился Гаврош.

— У меня нет времени, мне срочно нужны деньги! Наша семья разорилась, и, если я не выплачу долги до завтрашнего дня, родовое поместье заберут, а моих братьев и сестёр отправят в детдом, — девушка разрыдалась. — Пожалуйста, хотя бы четыре тысячи…

— Так и быть, — Гаврош наклонился вперёд, почти по пояс высунувшись из окошка, и нагло потрогал девушку за грудь и талию. Она так растерялась, что даже не попыталась его оттолкнуть. — Если останешься на пару часов и развлечёшь меня, я дам тебе ещё две тысячи. А если ещё и завтра обслужишь, то добавлю до четырёх.

— Я… Пожалуйста… — девушка, абсолютно разбитая и раздавленная, слепо уставилась на Орден. По её щекам лились слёзы.

Я шагнул, чтобы прервать это форменное издевательство, но Карпов внезапно схватил меня за руку и дёрнул к двери.

— Не вмешивайся. Думаешь, мне это нравится? — прошипел он. — Но такие правила. В этом месте каждый сам за себя. Если вмешаешься в чужие торги, тебя изобьют и выбросят в мусорный бак. И хорошо, если целым, а не по частям. Нерушимое правило. Поблажек не дают даже постоянным посетителям. Понимаю, кровь кипит, но послушай старика. С Гаврошем даже я не справлюсь, прохвост притворяется беззащитным ювелиром, а на самом деле… — Карпов передёрнул плечами. — В общем, я заступаться за тебя не буду.

Так-с, сражаться с Гаврошем мне не с руки. Во-первых, не в моём положении открыто конфликтовать с главарём преступности Краснодарского края. Во-вторых, я ничего от этого не выиграю, да и бедную девушку подставлю. Развязывать войну с преступниками в мои планы точно не входило. Однако оставлять Гавроша безнаказанным я тоже не намерен. Тем временем девушка дрожащими руками протянула Гаврошу Орден Золотого Руна, поспешно спрятала пятьсот рублей в карман и поплелась на выход.

Гаврош покосился на меня и Карпова и рыкнул:

— Чего стоите?

Мы последовали за девушкой. Как только вышли в переулок, я окликнул её. Она вздрогнула и со страхом развернулась, сжав кулаки. Видимо, подумала, что мы собираемся её ограбить.

— Сколько вы должны выплатить? — спросил я.

Девушка несколько секунд безмолвно на меня смотрела, но всё-таки еле слышно прошептала:

— Семь тысяч.

— Держите, — я отсчитал нужную сумму, добавил сверху две тысячи и протянул ей. — Позволите вас проводить домой?

— С-с-с-спасибо, — пролепетала девушка, перебирая мятые купюры. Её ноги подогнулись, она рухнула на землю и зарыдала в голос. После сильного стресса её накрыло истерикой от облегчения. Карпов закудахтал, как курица-наседка, засуетился и помог довести девушку до «Волги». Мы усадили её на переднее сиденье, пристегнули и забрались назад. Она, заикаясь, сказала своё адрес — Липовый переулок, двадцать первый дом — и продолжила плакать. Еле-еле мы успокоили её, когда автомобиль остановился у двухэтажного особняка, сложенного из белого кирпича.

— С-с-с-спасибо, — повторила девушка и вылезла из машины, прижимая деньги к груди.

— Орден жалко, — вздохнул Карпов, когда за ней закрылась калитка. — Если бы она не согласилась… Эх! Ну, чего горевать о неслучившемся? Дима, гони в казино «777»! Я слышал, там сегодня выступают девицы из кабаре! — вдруг раздалась переливчатая мелодия, Карпов вытащил телефон и с лёгким испугом уставился на экран, на котором горела надпись «Любимая». — Всем молчать, ни звука! Я в гостиничном номере!

Пока он разговаривал с женой, я закрыл глаза, сосредоточился и отправил к Гаврошу двадцать Теней. Карпов сказал, что тот очень скоро напьётся и закроет свой подпольный ломбард. Вот тогда мои Тени разграбят его шарашкину контору. Это будет бессмысленное и беспощадное ограбление — я приказал Теням разгромить ломбард и растащить драгоценности по всему Краснодару. Пусть люди порадуются. А Гаврош никогда не узнает, кто подложил ему такую свинью. Деньги у меня теперь есть, так что рисковать и забирать имущество Гавроша, чтобы меня вычислили, я не буду. Единственную вещь, которую я приказал забрать Теням, — это Орден Золотого Руна, чуть позже я верну его хозяйке.

— Приехали! — гаркнул Карпов, выводя меня из размышлений. — Всё на зеро!

Я открыл глаза и вылез из машины — мы находились на окраине Краснодара, перед огромным сияющим зданием. Над главным входом висела здоровенная вывеска «777». Карпов взбежал по лестнице, словно пятнадцатилетний мальчишка, и подскочил к охраннику, показал ему какую-то карточку. Охранник кивнул и перевёл взгляд на меня.

— Он со мной, — вставил Карпов. — Запишите и оформите ему доступ, Марк Ломоносов.

— Секундочку, — поднял указательный палец охранник, включил планшет, который держал в руке, и что-то напечатал. Потом переспросил: — Марк Ломоносов?

— Да, — кивнул я.

— Вы в чёрном списке, — сообщил мне охранник.

— В смысле? — я озадаченно нахмурился.

— В прямом, — хмыкнул он. — Вы и вся ваша деревня Северные Гребешки.

Глава 17

Недалёкой прошлое, казино «777», «Эльдорадо» и «Вулкан».

Крабогном очень впечатлился игрой в кости с Мокошками и с головой погрузился в увлекательный мир азартных развлечений — кости, карты, рулетка. Вот здесь-то он и узнал, что такое казино. Но перед ним встала проблема — как играть? Великан-хозяин-друг — очень занятой человек, точно не согласится тратить дни напролёт за игральным столом. Выбор Крабогнома пал на жителей Северных Гребешков — они до сих пор относились к нему с трепетом и считали своим покровителем и благодетелем. Их уговаривать долго не придётся — достаточно будет разок пригрозить, что в следующий раз никого не спасёт от волков! И заберёт трактор. И комбайн.

Так что Крабогном созвал деревенское собрание, на котором изложил свой план — обчистить все краснодарские казино! Жители Северных Гребешков озадаченно согласились — долгие годы они были буквально отрезаны от большого города и плохо понимали, что вообще такое — это загадочное казино. Конечно, кто-то из них когда-то слышал, что, кажется, в казино играют в карты, но в остальном… Они не осознавали, насколько опасной затеей может стать авантюра Крабогнома. А тот, между тем, выяснил, что всего в Краснодаре казино было три штуки: «777», «Эльдорадо» и «Вулкан». Он тайком посетил каждое из них, приценился ко всем играм и остановился на рулетке и покере — в них мухлевать было легче всего.

Первым вызвался покорять казино Боцман — и одним прекрасным вечером они с Крабогномом направились в Краснодар, только вот их поездка закончилась… ничем. Боцман оделся в свой привычный наряд — потёртые брюки, на левой штанине которых темнело пятно от вина, бежевую рубашку — всё бы ничего, но когда-то она была