Последний Шаман - Никита Бондин

вдоволь, я попробовал хоть немного умыться, но лишь сильнее сажу и золу по телу размазал. Поэтому ограничился помывкой лица и рук. Эх если бы тот пеньюарчик прикупил, то его намочив, мог бы и обтереться конечно. На человека стал бы похож. Да только всю дорогу пришлось бы слушать подколки Чёрного, а мне моя психика дороже, так что грязным похожу.

Собственно, помяни в голове его чернейшую велико-светлость, она и вылезет. Выбравшись из котомки и отзевавшись всласть, первым, что он выдал было.

— Кар-киар «Пожрать бы что» — и сунув клюв в трусы, он выудил оттуда пищевой брикет.

— Так! Эй, а ну оставь. Нам ещё идти хрен пойми сколько и провизия нужна, — махнул в его сторону рукой, брикет из клюва отбирая. — Сходите лучше вон, по лесу полетайте и чего съестного отыщите. Лес кормит.

— Кеер «Лааадно»

— Кеер «Лааадно»

Согласились птицы и прыснули по сторонам, да и я сам пошёл по своему следу. Потому что, пока родник искал, пару тройку съедобных грибочков таки приметил. Парочка белых мне попалась и семейство рыжиков. Ещё на вешенки повезло нарваться, которые на упавшем древесном стволе шляпки свои распустили. Всех их можно было и в сырую съесть и потому собирал их, на тонкий пруток насаживая.

Когда обратно к роднику вернулся, то был уже богат и предвкушал хоть и не роскошный, но всё же пир, вот только в воздухе учуял запах гари. Причём не той, которая на мне была, а свежей и пойдя на нюх, я вскоре источник определил.

Гирька, мать её за ногу!

Трава под ней уже порядком тлела. И стоило гирьку поднять, как тут же огонёк на месте возлежания забрезжил. Его я скоренько ногой притоптал, не забыв при этом ауру защитную включить, а железяку окаянную до ручейка донёс и плюхнул в воду.

И водица зашипела, испаряясь.

Это было не нормально. Уже более семи часов прошло с того, как пламя унялось и быть горячей гиря ну никак не могла. Наблюдая, как вода продолжает испаряться, едва касаясь металлических боков, я прилетевшим воронам вопрос об этом задал и получил ответ.

А если быть точнее, то предложение.

— Кра-ра-ка-ка «Да ты внимательнее приглядись в неё» - сказал мне Чёрный, выкладывая из клюва перепелиное яйцо.

— Кер-ру-рор-ре «Но только пристально, иначе не увидишь» — продолжил Белый, кладя рядом точно такое-же.

И уж где они перепелиные яйца в начале августа взяли, я в душе не представлял. Скорее всего какая-то поздняя перепёлка по дурости яйца в гнездо отложила, а вороны и разграбили.

Узнавать не стал, а вот достав не остывающую гирю, в поверхность её я всё таки пригляделся. Сперва не получалось заглянуть вовнутрь, но глаза прикрыв я всё же разглядел, о чём они говорили.

Прямиком внутри, нисколько не смущаясь наличию железа вокруг, свернувшись клубочком мирно спал саламандр! Причём тот самый! Его гораздо более крупное, чем у остальных собратьев, тело и мерцающие узоры на спинке мне хорошо запомнились.

— Так вооот, кто гирьку-то мне греет! — с улыбкой ласковой проборматал, любуясь его силуэтом. — Вот жеж тварюшка милейший. Натра*ался и спит.

Вороны хихикнули и подкатили ближе наш скромный завтрак. Но прежде чем его употребить, я вымыл и грибы и гирьку, паром исходящую. И потратив парочку минут на то, чтоб рукояткой её в землю прикопать, я на радость себе и воронам соорудил жаровеньку. Ведь дно то гири плоское.

На ней грибочек за грибочком я прижаривал и ел, и вкусно было, до безумия. А уж когда яички перепелиные припёк, то вовсе хорошечно стало. Пусть маленькие, и пусть желточки воронам ушли, но с двумя пищевыми брикетами наелся я от пуза.

— Ооох же жизнь то хороша. — улёгся я прямо на траву и стебельком травинки зубы свои принялся чистить, которых, к приятному удивлению, во рту прибавилось.

Вот она, сила Источника целебная.

Надо будет потом воронов помучить, как тот живой родник можно сохранить и сумеет ли до него кто-то другой добраться. А то ведь место не простое, ценное. На него то планы у меня имелись и если бы не его временная недоступность, то я бы прямиком к нему пошёл, ибо лишняя сила никогда не помешает.

Но оба ворона от души наевшись, решили вповалочку друг к другу прислониться и покемарить и их я понимал. Летали, прыгали, старались, теперь и отдых нужен. Потом спрошу, благо времени теперь много.

Да и к тому же я сам усталость нарастающую чувствовал. Ведь мало того, что ночь в трансе провёл, так ещё километров двадцать с лишним оттоптал с гирькой на плече. Наверняка статы приподнял, но это выясню потом, когда проснутся помощники мои пернатые.

И как-то мысль за мыслью, образ за образом, а постепенно сморил меня сон дневной там, где и лежал. Последнее, что помню, как от ручья ко мне комарьё потянулось, но в пределах огненной ауры, от тела исходящей, тут же крылья складывали и сгорали.

Процессу этому хихикал старчески и сомкнув глаза, провалился наконец в здоровый сон.

И был он славен и хорош, пока меня не разбудили самым ужаснейшим образом.

Глава 12 «С криками из леса»

«И коль захочешь по нужде сходить в тайге, послушай анекдот про палки две.»

Советы Чёрного

И много я за жизнь собрал пробуждений внезапных.

И водой меня колодезной поливали, и пинка под задницу давали, и задушить по молодости девка ревнивая пыталась. Даже корова один раз на ногу наступила, когда я в стогу сена уснул.

Всякое бывало, но вот получить упавшим дроном по лицу... Это у меня впервые.

И ладно бы это какой-нибудь лёгонький летунок для быстрого облёта местности упал, так нет же. Полновесная дурында грамм на 900 мне в тыкву прилетела. Как не помер, загадка. Видно ветки дерева его падение чуток притормозили.

Пока я проклинал всех изобретателей данных приблуд и держался за нарастающий на лбу шишан, Белый ворон вокруг меня заботливые пляски устраивал.

— Кар-ра-ра! Ре-ре-ре? «Ой прости прости! Жив, цел, здоров?» — и так он переволновался, что даже камушек холодный из ручья лесного притащил.

— Вы ироды! Пошто вы так со мной⁈ Ух я вас! — хотел обоих мракобесов пустить на перья, но заботливо протянутый Белым камень всё же взял. Приложил ко лбу и вроде полегчало. — Вы что беситесь то? Убить меня хотите⁈

— Креу-ру. Кеве-ве. «Мы не специально. Поздно заметили.» — начал было объяснять Белый, но в вечерних сумерках раздалось басовитое карканье и из соседнего куста всплыли жирные голубоватые символы.

— Квэр-эр! «Коллега, подсобите!» — и то был Чёрный, который от души терзал остов отскочившего от моей башки дрона.

— Кру-ру! «Уже бегу!» — метнулся к нему белый ворон и вдвоём дело у них пошло быстрее.

— Да на кой он вам сдался? — спросил у них гневно, попутно до ручья доползая и меняя камушек на другой.

Вблизи моей огненной ауры первый нагрелся слишком уж быстро, а стоило её убрать, как выросшее с наступлением вечера количество гнуса тут же решило отомстить за своих павших собратьев. Накинулось так, что хоть стой, хоть вой. Пришлось обратно её включать, наблюдая за падающими кровопийцами и за методичной и молчаливой работой воронов.

И только когда от их клювов пластик разошёлся и Чёрный выдернул оттуда плоский железный кубик, шумно с ним улетая за пределы леса, Белый ворон повернулся ко мне и объяснил.

— Киор-киар. «Служебная ищейка.» - и стукнув клювом он внимание моё привлёк к едва заметной надписи на пластиковом борту (Модель ИСК-18 комп:NewLand). И таких летунов, пусть и менее продвинутых, я в основном видал только у СКИПов и у мажоров из памяти Сергея Кравец. Раз такой до нас долетел, то дело дрянь. Белый это подтвердил. — Кроур-ве-кер. Кира-иар. «Где одна, там десяток. Нам пора уходить.»

— А Чёрный то куда помчал? — всё еще с гудящей головой пошёл я собирать свои пожитки.

— Кер-иевр-вре. Киар-кур. «Он унесёт подальше маячок. Потом нас найдёт.» — Ответил Белый, продолжая что-то из недр дрона доставать.

— Вот это вы конечно молодцы, — сквозь стиснутые от боли зубы похвалил я их действия. Гирьку и котомку на плечи закинул и подошёл ближе. — Может тебе помочь чем?

— Ка! Ре-рер. «Да! Дерни тут» - указал