Попал! Том 6 - Отшельник Извращённый

Белова, как и другие мастера, осознавала: если Томи перейдёт на чёрный оби, то сможет потягаться за звание сильнейшего мастера планеты…

* * *

— Госпожа, как вам состязание?

Юкине сидела в кресле с пылающими щеками. Губы растянуты в улыбке. Томи… Он раз за разом покоряет её сердце.

— Превосходно. — выпила она из бокала охлаждённое шампанское. У самой мысли лишь о том, чтобы поскорей увидеть его. И в этот раз она будет куда смелее.

* * *

Автобус с участниками вернулся к штабам. Конфликтов по дороге не было. Во-первых, запрещено правилами — иначе дисквалифицируют, а во-вторых, выбились из сил. Всю дорогу на затылок Томаса пялился американец Уайт Джонсон. И тройка африканцев, для которых Романов являлся приоритетной целью. По сути, они могли вызвать его на дуэль, но это будет слишком явная месть, тем более, когда ЦАК уже уладила вопрос с Российской империи. Такое явно ударит по имиджу, поэтому у африканцев была иная задача. Сегодня на состязании в бассейне один из чернокожих бойцов пытался схватить Томаса, но тот был скользким, как рыба в пруду, ещё и нос сломал. Изворотливый сучёныш. В общем, нужно ждать следующее состязание, а лучше всего, когда начнутся бои. Вот там случайно прибить Томаса будет наиболее выгодный вариант. Либо подцепить его между этапами, когда они смогут покинуть штабы. Устроить засаду. Быстро завалить. И смотаться. Как набег на племя — резко и дерзко. Так что, всё что оставалось пока африканским бойцам — терпеливо ожидать, как охотнику, засевшему в траве саванны.

Что же касается американца Уайта, то ему, как одному из сильнейших мастеров турнира, моветон вызывать Романова на дуэль. Не по статусу. Если Уайт победит — это только ударит по его чести, мол вызвал на бой бойца уровня тайро оби. Ещё трусом прозовут… Поэтому американец даже не думал об этом. Вот если попадётся ему этот малец в бою, тогда и спросит с него.

Автобус остановился на нейтральной территории штабов.

— Остановка! Прошу всех на выход! — объявил в мегафон организатор, сидевший на переднем сиденье.

Спортсмены поднялись с мест и по одному покинули транспорт. Подле их штабов стояли команды и встречали их аплодисментами. Все видели прямую трансляцию и понимали: насколько тяжёлое испытание те прошли. Свист, одобрительные возгласы и аплодисменты заполонили полигон.

Томи вышел вслед за Калашниковым и Грозным. Ногу вылечили адепты полигона. Поэтому он вполне комфортно себя чувствовал. Устал только.

— Господин!!!

Его команда из девяти гвардейцев светились от счастья. Рядом с ними стояла Шульц, что так же улыбалась, чувствуя некую неловкость.

— Как ваша нога?!

— Вы сделали это!

— Это было невероятно!!!

— Лучший!!! Просто лучший!!!

Бойцы продолжали искренне восхищаться своим молодым главой.

Томи хмыкнул:

— Ну всё, хорош! Премии не будет.

Все тут же засмеялись. Он всегда так говорил, когда его хвалили.

Стоявшие рядом кланы Российской империи сдержано улыбнулись. Кто-то хотел сказать, что Романов — молодец, но так и не смог. Другие встречали Александра и Владимира, высказывая свои переживания:

— Ваша битва была невероятна, господин! — обращались гвардейцы к Грозному.

— А то, как вы сбросили сразу двух мастеров?! Великолепно!

— Согласен! Никогда не видел такого!

Владимир так же не остался без хвалебных речей:

— Господин! Вы были как скала! Никто не мог остановить вас!

— Они ничто против нашего господина Владимира!

Так под всеобщее празднество спортсмены зашли в штаб. Томи со своими гвардейцами и Шульц отправились в свой кубрик.

Две лишних кровати, которые занимали британец и бразилец убрали, и теперь в комнате их осталось одиннадцать.

Томас прошёл через порог первым и плюхнулся на свою кровать. Было около двух часов дня. На улице пекло неимоверно. Благо в штабе прохладно. За ним прошли гвардейцы и устроились на своих кроватях.

— Как твоя нога? — спросила Шульц, усевшись на койку рядом с Томи.

Гвардейцы, конечно, прифигели. Кто-то кашлянул, другой прокряхтел, третий почесал глаза. Быстрова с Зуевой переглянулись: немка переходит границы! Подбивает клинья к их господину! Чё за фигня?!

— Подлатали, — ответил Томи, подложив руки под голову. — Сейчас поваляюсь немного и пойду в душ. Со мной хочешь?

— Какой ты наглый. И нахал. Не стыдно предлагать такое перед всеми людьми… — Шульц немного покраснела. Естественно, все присутствующие в комнате гвардейцы её смущали!

— Ты не была на наших тренировках, — ухмыльнулся Томи. — Да и душ мы принимаем вместе, так ведь, народ?!

— ТАК ТОЧНО!!!

— Ну вот. Поэтому расслабься… Кстати, как твоё имя? — спросил он у Шульц.

— Хельга. Хельга Шульц. Означает святая и судьбоносная.

— Святая значит… — задумчиво произнёс Томи. — Прикольно. Оно тебе идёт.

Ни разу! — хотели выкрикнуть гвардейцы. Какая ещё святая?! Эта девка собиралась покромсать их на мясные ломтики!

— С-спасибо.

— Хех, ну, я готов пойти купаться! — он поднялся с кровати довольно бодро.

Хельга покомкала спортивную футболку, но через пару секунд тоже поднялась. Она должна отблагодарить своего спасителя. Таков путь воина.

Вместе с Томасом, взяв чистое полотенце, Шульц направилась в душевую. Их никто не сопровождал, понимая, чем собрался заняться молодой глава. Видимо, на это у него силы остались!

— О, Романов, не успела тебя похвалить, — встретилась Томасу и Хельге по пути Юлия Воронина. — Ты так быстро исчез в своей комнате. В общем, ты хорошо постарался. — она смотрела в глаза Томи, заметив на плече немки белое полотенце. Неужели они собрались в душ вместе?

— Спасибо, приятно, когда старания ценят, — беззаботно подмигнул Томи и продолжил путь.

— Вы часом не в душ? — спросила Юлия.

Томи обернулся:

— Да. Хочешь с нами?

Воронина сглотнула. Какое неожиданное приглашение. Он что, действительно, пригласил её принять душ вместе? Возможно, она бы и согласилась, если бы не присутствующая немка.

— Похоже, солнце напекло тебе голову, Романов, — загадочно и обольстительно улыбнулась Юлия, после чего продолжила путь по коридору.

Томи, хмыкнув, зашёл в душ. А Шульц, видевшая данную сцену, стала понимать, что Томас интересен не только ей. Наивная немка ещё очень-очень многого не знала про него.

Томас снял футболку, оказавшись голым по пояс. Открыл вещевой шкафчик, положил туда майку, затем спустил штаны и закинул туда же следом. Он был без труселей, в одних шлёпанцах. Хельга не знала куда деть глаза. Она неспешно стягивала футболку, затем спортивные штаны и