Король умер, да здравствует король! - Александр Гримм

солнца и вправду планирует перекрыть границы, то дела и впрямь плохи. С бухты-барахты подобные решения не принимаются. Должны существовать очень весомые причины для столь суровых мер.

Отсутствие сообщения с другими государствами не лучшим образом скажется как на экономике страны, так и на ее имидже. Но ещё хуже то, что Япония продемонстрирует свою слабость всей мировой общественности. Закрытие границ — это первый звоночек того, что государственный аппарат не справляется со своими обязанностями.

— Для девушки, которая скучает по дому ты не очень-то и рада скорому возвращению на родину, — на лице Раттаны и впрямь не наблюдается особого восторга.

— У меня ещё остались дела в Японии, — между бровями Раттаны пролегает суровая складка.

— Акихико?

— Акихико, — подтверждает мои домыслы одноклассница.

— Ты сказала дела, значит, есть ещё что-то?

В этот момент мы как раз пересекаем парковку мебельного магазина и внезапно на пути появляется препятствие. Оно буквально нависает над нами. Большое, непреодолимое, а главное, живое. Трудно поверить, что это всего лишь человек. Тень огромного сумоиста падает на нас и мне приходится задрать голову, чтобы разглядеть лицо того, кто преградил нам путь.

— Здравствуйте, господин Ямагути, — искренне улыбаюсь здоровяку.

Этот молодой рикиси оставил после себя приятное впечатление. Помнится, он не только дал мне денег на мороженое, но и невольно спас от смерти, когда собственным телом остановил грузовик.

— А ты подрос с нашей последней встречи, — отвечает мне сумоист, но при этом его взгляд не отлипает от лица Раттаны. — Жаль, что связался не с той компанией. Ну здравствуй гайдзинская сучка, помнишь меня?!

— Вы знакомы? — с удивлением спрашиваю Раттану.

— Да, когда мы только прибыли в Японию, этот вонючий кусок сала самонадеянно преградил путь моему аджани и был за это наказан! — сквозь одежду девушки начинает пробиваться золотистый свет ритуальных татуировок. — Захотел снова поваляться в ногах у представителя семьи Гемсамахан? Что ж, как верная дочь своего отца, я повторю его урок для тебя!

— А может, уладим все разногласия более цивилизованным путём? Как насчёт дружеских посиделок в кафе? Я угощаю…

Тщетно. Эти двое и слышать ничего не хотят, лишь сверлят друг друга злобными взглядами и готовятся к предстоящей схватке.

Следом за Раттаной свою Ки выпускает и рикиси Ямагути. Алые испарения Ки крови слетают густыми хлопьями с его тела. А в следующую секунду на мои плечи обрушивается знакомая тяжесть — сумоист не церемонится и пускает в ход ещё и Рейки.

Глава 12

Призрачный медведь беззвучно разевает широкую пасть. Угрожающего рёва неслышно, но мне от этого не легче. Давление на плечи лишь усиливается. Раттана тоже не стоит без дела и помимо татуировки Амнат, что дарует обладателю физическую силу и холодную расчётливость, активирует ещё и Шаг тигра. Золотое свечение мягко обрамляет ноги девушки на манер кошачьих лап.

Над парковкой повисает тишина. Немногочисленные прохожие замирают. Они не сводят глаз с колоритной парочки. Обыватели не могут разглядеть бушующую рядом с ними Ки, но они все ещё способны её чувствовать. До невольных зевак долетают лишь отголоски агрессивных энергий, но им и этого хватает с лихвой.

Краем глаза замечаю, как трясутся коленки у ближайшего к нам клерка. Впрочем, ходят ходуном не только конечности мужчины. Кожаный дипломат в руках белого воротничка тоже дрожит. Причём так энергично, будто внутри целый ворох игрушек для взрослых.

Но если японец в возрасте ещё хоть как-то контролирует свои низменные позывы, то молодая домохозяйка неподалёку от него к таким подвигам не готова. Женщина медленно оседает рядом с видавшим виды пикапом Хайлаксом и прикрывает ладошками лицо. Её бьёт крупная дрожь.

Разрушительная ярость двух бойцов волнами разносится по парковке мебельного магазина, сея необъяснимую панику среди простых смертных.

Они стоят друг напротив друга — разъярённый медведь и дикая кошка, а между ними словно истукан торчу я.

Совсем скоро шаткое равновесие рухнет. Кто-то из бойцов проявит инициативу и тогда беды не избежать. Мне слабо верится, что если эти двое всерьёз схлестнутся, то обойдётся без жертв и порчи чужого имущества. В памяти до сих пор свежи воспоминания о том, во что превратился несчастный грузовик после столкновения с тушей рикиси. Да и малышка Раттана не лыком шита, пока тигриные лапы обрамляют ноги девушки, она способна пинками срубать деревья.

Вот только я не могу позволить взрослому мужику обижать маленьких девочек, тем более моих знакомых. Хотя кого я обманываю, для такого чёрствого мудака, как я, важен лишь второй пункт. А ещё если позволю этим двоим здесь резвиться, то опять встряну в крупные неприятности, а у меня, между прочим, дел и так по горло. Не хватало ещё удирать от полиции.

Правую кисть, которую я удерживал в кармане всё это время, окутывает Дендзики Аму и намагниченные кольца сами собой налезают на растопыренные пальцы. Одновременно с активацией отталкивающего резонанса покрепче стискиваю кулак.

Под громкий треск рвущейся ткани всаживаю плотный апперкот в солнечное сплетение сумоиста. Капец штанам!

Чтобы не растерять эффект неожиданности, я не стал высовывать руку из кармана. Благо силёнок после использования Красного моря у меня прибавилось, да и брюки были откровенно дерьмового качества, поэтому попасть в глупую ситуацию я не опасался. Хотя было бы забавно, если бы я переоценил собственные силы. Стоял бы сейчас как придурок перед разгневанным сумоистом и дёргал кулаком в собственном кармане.

— И это всё… — уничижительно произносит Ямагути, а в следующее мгновение тушу сумоиста начинает потряхивать. Шипы какутэ, пронзившие футболку и толстую шкуру рикиси, щедро делятся с Ямагути накопленным электрическим зарядом.

Я с самого начала не собирался наносить удар изо всех сил. Моей целью было донести до сумоиста хорошенькую порцию электрического тока, чтобы немного осадить рикиси и снизить накал страстей. Я всего-то хотел избежать последующего мордобоя, но, кажется, сделал только хуже.

— Убью обоих! — капилляры в глазах сумоиста лопаются, окрашивая склеры в красный.

Широкая мозолистая ладонь рикиси тянется к моей голове. Жуть! Если огромная пятерня сумоиста ухватит меня, то быть беде. Детский череп попросту не выдержит чудовищного давления и сомнётся будто шарик от пинг-понга.