Алекс и Алекс 2 - Семён Афанасьев

Теперь она почему-то смотрела только на Алекса.

— Ввиду интересов округа, и конфликтующих с ними интересов федерального центра, я склонна игнорировать стандартную прецедентную базу. Просто потому, что в нашем случае нет прецедента, чтоб на него можно было опереться.

— И что тогда? — чуть встревоженно спросил один из Штавдакеров; тот, который старше.

Брат Виктора тем временем успокаивал Саяру, прижимая её к себе. А её руки в ответ… впрочем, офицерам Корпуса было слишком плохо видно детали со своих мест. Оставалось только догадываться.

— Я склонна рассмотреть конфликт соискателя Алекса с Виктором Штавдакером по стандартам законодательства для одарённых.

Брат Виктора резко вскинулся, мягко придерживая руку Саяры.

Штавдакер-старший вопросительно уставился на судью.

— Иное порождает ненужные всему институту окружного суда противоречия с судом высшей инстанции, — пояснила бабка присутствующим. — Дело в этом случае в течение пяти минут уйдёт федералам. Отгадайте, Штавдакеры. Вы в таком варианте что-то получите с убийцы вашего родственника?

— Понятно, — угрюмо кивнул тот мужчина, что старше.

— С другой стороны, права Алекса на защиту тоже не вызывают сомнения, — твёрдо продолжила немолодая уже женщина. — И лично мне не нужен затаивший на меня зло военный пока подполковник, который рано или поздно может оказаться в Столице. Совсем в другой роли, совсем в другой должности. — Она пронзительно смотрела на клановых, которые только рассеянно и молча кивали. — Особенно если и меня изберут в высший суд на следующей ротации. — Клановые ещё два раза понимающе кивнули. — Постановляю: соискатель Алекс должен выплатить материальный ущерб семье Штавдакер, в соответствии с параграфами… статьи… уложения о конфликтах среди одарённых… в размере пятидесяти тысяч, в сроки, определённые уложением.

— СОГЛАСЕН! — неожиданно для Бака, его подопечный взвился в воздух раньше, чем он сам успел начать торговаться о снижении суммы. — Только подскажите, что это за сроки?!

— Это официальное ходатайство о предоставлении информации? — уже совсем другим тоном уточнила судья. — Или для личного ориентира? Если первое, сейчас буду грузить из базы ваши данные полчаса.

— Второе! — уже значительно бодрее ответил мальчишка.

— Какое у вас имущество на регистрации в едином реестре?

— На текущий момент — полный ноль. В перспективе, рассчитываю на возврат незаконно отторгнутой квартиры, поскольку…

— НЕВАЖНО. Имеет значение только положение на текущий момент вынесения решения. Если никаким имуществом не владеете, то три месяца с момента окончания срока подачи апелляции, — почти дружелюбно сообщила судья.

— А каков срок подачи апелляции? — соискатель всё не унимался, под ошеломлённым взглядом Бака.

Явно не ожидавшего подобного формата коммуникации в данных обстоятельствах.

Матеуш только тихонько хихикал и, судя по мельком брошенному взгляду подполковника на его планшет, общался с несколькими женщинами сразу, в нескольких чатах параллельно.

— Две недели с момента вынесения решения, — судья, ответив, выжидающе смотрела на парня.

— Итого три месяца и две недели?

— Точно.

— Благодарю за разбирательство и решение, — подопечный Бака привстал и поклонился.

После чего охнул, мгновенно покраснел и завалился обратно в кресло.

— Прошу прощения, — добавил он, массируя большими пальцами закрытые веки.

— Заседание закрыто. — Лучезарно улыбнулась судья и тут же направилась к своему служебному выходу из зала.

«Ты что-нибудь понимаешь?» — по инерции, спросил Бак Матеуша в корпусном преподавательском чате.

«Ровно половину. Вернее даже, всё — но до того места, где наш с тобой вундеркинд собирается доставать такие деньги».

Глава 12

— Дядя Ли, сводка за сутки будет через полчаса! — запыхавшаяся и взмыленная ЮньВэнь, взмахнув наспех заплетёнными косами в распахнутой двери, дождалась подтверждающего кивка босса и тихонько прикрыла за собой двери.

Рени с утра общался в видеоконференции; и половиной его сегодняшних абонентов были федеральными заказчиками.

К своему стыду, хань не имела никаких уважительных причин для текущего опоздания. Хорошо ещё, вчера вечером она откровенно предупредила босса: всю ночь будет в одном из этнических клубов (встреча с земляками). Соответственно, отсрочку до обеда родственник предложил сам (видимо, не забыв ещё за своими делами, что у некоторых сотрудников актуальна и молодость).

Несмотря на остаточные последствия вчерашней интоксикации, ЮньВэнь привела себя в норму достаточно быстро: из готовых, захваченных ещё с родины, пакетов она, не стесняясь стеклянных стен офиса, смешала себе пару настоев. Которые тут же залила кипятком из настольного электрочайника и, взболтав, выпила один за другим.

Теперь можно было и работать.

Стандартная сводка много времени не заняла, поскольку за последние сутки не было ничего, заслуживающего внимания самого шефа.

Покончив с обязательной процессной рутиной, хань какое-то время уделила уже не процессам, а проектам. Затем, не глядя на часы, покачалась вперёд-назад на стуле, заварила ещё один отвар (на сей раз в большой литровой кружке).

После чего, хлопнув себя по лбу, вернулась за монитор и принялась просматривать, что нового приключилось за это время у молодого лаовая.

Открыв файл и пробежав по изменениям в нём глазами, ЮньВэнь чуть не поперхнулась содержимым большой литровой кружки, облила половину стола и залила часть второстепенных бумаг.

Рени, узнав, что местной искры у парня нет, не особо огорчился: зато у парня есть ханьская искра, заметил он. Та же ЮньВэнь в этом городе не навечно (опыта ведь она рано или поздно наберётся). Соответственно, когда-то менеджеру Ли понадобится новый человек (со старым ханьским медицинским функционалом).

Пусть парень себе растёт, как растёт — будем иметь ввиду, как запасной вариант. На будущее. Он так и сказал девушке. А Чоу в ответ вежливо заметила, что попытается сделать из варвара хоть что-то похожее на нормального специалиста соответствующего профиля.

Дядя только неопределённо хмыкнул в ответ.

Сегодняшние новости из Корпуса удивляли, да. Во-первых, единичка уже успел с утра кого-то укокошить. Во-вторых, этим кем-то оказался, ни много ни мало, прямой ребёнок одной из главных Семей города. В-третьих, в суде малолетке впаяли полтинник штрафа за причинённый ущерб. Тысячами. Вместо того, что должно было бы произойти, с учётом радикальной социальной разницы сторон.

ЮньВэнь оперлась на подлокотник кресла и ненадолго задумалась. С одной стороны, у парня прорезались все задатки будущего секретаря дяди: суметь выкрутиться в местном муниципальном суде, да против главной семьи города, да ещё так, чтобы отделаться только деньгами… Не имея за спиной ровным счётом ничего, кроме энтузиазма, и укокошив, опять же, не уличного дворника, а одного из прямых