Гиперборея. Три царевны - Константин Степанович Собко

берегу. По одну сторону стояли пальмы, по другую до горизонта раскинулось море лазурного цвета. И после ледяного Сербиона было очень жарко.

— Ой, как хорошо! — обрадовано проговорила Эра. Сняв с головы надвинутую на уши шляпу, она повернула к солнцу замёрзшее лицо. — Ой, как хорошо!

Свития энергично потёрла свои руки от плеч до пальцев.

— Как дела, Эра?

— Теперь всё очень хорошо!

— Знаешь эту планету?

— Да. Это Тетерция.

— Верно. Пару минут греемся и идём. Тут нужно сделать тоже примерно двадцать шагов. Багряне обязательно необходимо подобие дверного проёма, чтобы перейти в другой мир: вход в пещеру, два стоящих рядом дерева, тесная расщелина, иначе её энергия будет рассеиваться. Из поля она уйти не сможет. Будет гиперпрыжками исследовать всё вокруг до тех пор, пока не найдёт что-нибудь подходящее для перехода. Сильнейшие волхвы могут уйти с любого места, а Багряна вряд ли. Не удивлюсь, если в будущем году она встанет в один ряд с сильнейшими. А пока всё просто… надеюсь. Пошли вот туда в заросли. Там на поляне есть два больших камня.

— Пошли, — согласилась Эра. Она уже обмахивалась шляпой. Её щеки покраснели.

У двух камней они остановились. Свития стала снимать туфли.

— Ты знаешь, что шагнёшь то ли в воду, то ли в грязь? — спросила Свитию Эра.

— Да. И ты уже знаешь. Всё правильно. Поэтому снимаю туфли. Заливной луг!

* * *

Они оказались на лугу. В этом мире наступили сумерки, с потемневшего неба светила полная луна. Трава вокруг них была высокой, крепкой. Кое-где после паводка до сих пор поблёскивали лужи.

Вдалеке замычала корова. С пригорка, из маленького деревянного дома послышался плач грудного ребёнка, затем голос женщины запел колыбельную песню.

Свития, обернувшись, посмотрела на пригорок и сказала:

— Это не мы внесли в их мир беспокойство. Нас они не видят. Да и пригорок довольно далеко.

— Она пошла туда, — указывая на речку, тихо произнесла Эра. Зрачки её глаз опять были красного цвета. Она находилась на «охоте», и инстинкты охотницы проявлялись в ней всё сильнее и сильнее.

— Верно. Там брод. Ты была в этом мире?

— Нет, раньше не была.

— Это Новый мир.

— Я запомню.

— Мы на третьей разминочной базе. Дальше начнётся самое интересное. Посмотрим, чему научилась Багряна за год.

Свития пошла по мелководью. Вдруг крупная рыба ударила хвостом почти у её ног, во все стороны полетели брызги. Эра исчезла. Рыба, разрезая спиной воду, промчалась метров двести и затихла, найдя глубокую яму.

— Эра! — позвала Свития.

Мелодично прозвенел колокольчик. Эра появилась и с опаской посмотрела на мелководье.

— Это был сом, — объяснила Свития.

— Очень большая рыба!

— Да, согласна.

— Мы обычно уходим домой, если нам что-то угрожает, — заговорила Эра. — Это вовсе не значит, что унеры всего боятся. Это рефлекс, который сильнее нас. Вот ты, например, отдёрнешь руку, если уколешь палец иглой?

— О рефлекторных способах самосохранения я знаю. Всё нормально, Эра.

Преследовательницы перешли реку, и вышли на сухой берег. Поблизости на пригорке стояла роща белых берёз.

— Отсюда ей было легко уйти и она…

— Колонны, статуи, — подсказала Эра.

— Верно, — надевая туфли, согласилась Свития. Она всё ещё находится в Новом мире. Очень короткий переход. Геркуланум!

* * *

Они оказались в длинном просторном коридоре, увидели ряд колонн с одной стороны и мраморные статуи с другой.

— Древний Рим, — объяснила Свития. — Чья-то вилла. Богатый хозяин.

— Богатый? — спросила Эра. — Это как?

— Позже объясню.

Проходя мимо статуй, Свития обратила внимание, что у одной представительной дамы на голове был венок, а вот вместо мраморной сандалии на ноге красовалась туфелька зелёного цвета.

Свития улыбнулась и пошла дальше. В конце коридора Эра забеспокоилась.

— Кажется, мы прошли мимо Багряны! Я это чувствую! Впереди её нет! Она нас обманула!

— Давай вернёмся и внимательно всё осмотрим, — согласилась Свития.

Теперь сандалия у той статуи была, как и положено, мраморной.

— Она уже ушла, — разочарованно произнесла Эра. — Пряталась где-то тут, а мы просмотрели.

— Значит, создавать мороки она хорошо научилась. Даже нас может обмануть. Ставим ей большой знак поощрения… А теперь она…

— Ушла в мир циклопов.

— Верно. Мир циклопов!

* * *

Они появились на большой поляне перед высокими каменными воротами, увитыми плющом. Забор из каменных столбов и досок охватывал большую территорию, на которой стояли беседки, лавки, столбы для сушки белья и игры в мяч. Огромный дом циклопов стоял вдалеке на пригорке. Почти от самых ворот к дому вёл серповидной формы пандус. Он плавно поднимался вверх и примыкал к дому на уровне второго этажа. Всё было побелено, дорожки посыпаны мелким камнем. Рядом с домом росло несколько фруктовых деревьев.

— Странно, — сказала Свития. — У Багряны нет допуска в мир циклопов. Значит, она не видит тех, кто тут живёт.

Шагая по дорожке, Свития обратила внимание, что в дальнем углу участка нет того порядка, который царил вокруг. Свития сначала замедлила шаг, затем и вовсе остановилась.

— Я поняла, — сказала она. — Багряна говорила, что у неё есть полигон. Вот он! Это работа разрушителя. Разбитые и посечённые куски камней, щепки от досок. А тут, по-моему, была беседка. А там, смотри, прореха в заборе. Она всё это время считала, что приходила тренироваться в заброшенные развалины… Что-то мне не хочется встретиться с хозяином этого дома. Уверена, что он крайне возмущён. Все шишки посыплются на наши головы. Тем не менее, я уверена, что Багряна уходила домой из какого-нибудь дверного проёма. И теперь по привычке поступила именно так. Значит, нужно войти в дом.

Они вернулись к воротам и по пандусу вошли в дверь второго этажа.

— Не здесь, — прошептала Эра. — Дальше.

— Да, к сожалению.

В доме стояла тишина. Пахло ароматной выпечкой. Все стены были выкрашены в белый цвет. Вокруг окон кто-то красиво нарисовал зелёной краской ветви и листья, а красной