Игра со смертью 2 (СИ) - Павел Семенов

id="id18">

Глава 10(2)

* * *

Поселение Абзац.

Тук!

— Ай!

Тук!

— Ай!

Тук!

— Ай!

— Ну, и злющий же у Кирюхи питомец. Настоящий зверь, — комментирует, представшую перед глазами, сцену Шрам.

— Но, и эльф каков! — Саня Стрекоза указывает на подвешенного за руки дроу. — Хоть глаза уже в кучку и видно соображает совсем никак, но держится. Ничего не рассказывает и сознание не теряет.

— Ай! — очередной раз реагирует на удар клювом в темечко Рэфил Алаг-Дакош.

На голове подвешенного дроу сидит Птиц и несильно клюет того в одну и туже точку с выверенной периодичностью словно метроном.

— Капля воды падающая в голову за несколько часов с ума человека сводит, а тут клюв… — соглашается Шрам.

— А мне кажется он уже свихнулся от этого, — с жалостью посматривая на дроу, произносит Вероника. — Ничего от него не добиться. Парень свихнулся. Вон, нитка слюны тянется с губы.

— Так ему и надо! — комментирует Шилка. — Я бы всем этих дроу нож к горлу подставила и поспрашивала как следует. И гоблинов заодно. Вдруг еще кто-нибудь сотрудничал с нашими врагами. Повезло, что Мэри его вычислила.

— Это Тур заметил за ним неладное, — реагирует Мэри. — Я сначала вообще не понимала, почему питомец Макса меня иногда постоянно куда-то силой тащил. А он, оказывается, пытался проследить за шпионом. А после исчезновения своего хозяина меня одну не оставляет.

Тук!

— Ай!

— Нет. Ничего этот дроу не расскажет, — качает головой Бес.

— Сейчас он все расскажет! — Язва показывает будто засучивает рукава. — Анфиска, фас! Грызть орешки!

Одна из зомби-белок девчонки ловко взбирается на голову Тура, что все это время стоял под дроу и облизывался, но куснуть не решался, так как его от этого всячески отговаривали. Затем, некогда пушистый зверек прыгает вверх и цепляется за ступню Рэфила.

— Какие еще орешки? — недоумевает Мэри.

А представители мужского пола шумно сглатывают.

— Молодец, оторва, — как-то даже ласково произносит Шилка, что вообще для нее редкость, и гладит Язву по голове. А для Мэри поясняет. — Есть у этого пара орешков. У каждого мужика есть. Вот они и будут целью.

В это мгновение глаза Рэфила принимают нормальное положение и в них проявляется сознание. Они смещаются вниз. Туда, где по его штанине ползет отвратно выглядящая белка. Чья пасть с гнилыми, но очень острыми большими зубами и с сочащейся и дурно пахнущей жидкостью открывается, готовясь укусить. И ползет этот зверек выше и выше. Прямо туда, куда Рэфилу совсем не хочется.

— Язва, мы это… — мнется Писс-Дум. — Если же че… Это… Мы ж не со зла. А так, как старшие братья к тебе. Если и шутили, то… Это…

— По-доброму, — добавляет Гон-Донн. — Ты зомби-козу хотела заполучить? Так, мы отыщем такую, не сомневайся. Да, брат Писс?

— Да, брат Гон, — часто кивает тот. — Да, мы прямо сейчас и пойдем искать! Пойдем, брат.

— Я все расскажу! — быстро и громко заявляет Рэфил, когда белочка забралась достаточно высоко. — Все! Пожалуйста! Уберите эту жуткую тварь! Не надо!

— Это ты кого жуткой тварью назвал, ушастый⁈ — гневно раздувает ноздри Язва. — Мою любимую милую и няшную белочку⁈

Через пятнадцать минут, когда Рэфил рассказал про подходящее к поселению войско дроу, про информацию, что он давал об общине Дикий Писец и про то, что он должен был делать во время штурма стен…

— Вероник, я как-то пообещал налупить по жопе Язве за ее поведение, — обращается шепотом к своей женщине Серега. — Ты поговори с ней. Скажи, что я не со зла это. А как отец, заботившийся о ее воспитании.

Та хмыкает. И отвечает:

— Поговорю. А вы, мужички наши, готовьте крепость к осаде или штурму, как это там у вас называется?

— Чего этот зверюга так вскочил? — указывает на Тура Шилка.

Питомец Макса, что до этого лежал с грустными глазами и обгрызал какую-то кость, резко оказывается на своих лапах и вертит во все стороны головой, будто к чему-то прислуживается или пытается что-то уловить. Это продолжается секунд десять.

И тут Тур совершает то, что уже долгое время не делал. Он оставляет Мэри одну, пулей умчавшись в сторону ворот.

— Макс! — первой догадывается Вероника.

Сердце Мэри начинает чаще биться от осознания…

— Чего Макс? — не понимает Крис, что уже давно подбивает клинья к девушке.

— Писец к тебе пришел, — отвечает ему Молчун и тоже направляется в сторону ворот, туда, куда уже бежит Мэри.

А оттуда, словно в подтверждение его слов, сначала раздается одиночный крик какого-то хоббита:

— Писец!

К нему тут же добавляется:

— Там Повелитель Писцов! И он ведет еще один Писец!

И следом начинается скандирование хором:

— ПИСЕЦ! ПИСЕЦ! ПИСЕЦ!

Парень по имени Крис как-то сникает и старается найти место, где прикинуться ветошью.

— Пойдем встречать! — радостно предлагает всем Серега, обнимает Веронику и двигается след за Молчуном.

Остальные следуют предложению.

* * *

Макс.

' — Да, это я, братишка! — обращаюсь к Туру. — Как же я по тебе соскучился!'

[ Я тоже! Ты где⁈ ]

' — С той стороны, откуда мы пришли вместе с гоблинами и хоббитами к этому месту.'

[ Я сейчас прибегу к тебе! ]

' — Только должен тебя предупредить. У меня имеется для тебя сюрприз!'

[ Вкусный⁈ Много-много мяса⁈ Целая гора⁈ ]

' — И как бы да, и даже лучше!'

[ Здорово! А то тут все совсем от лап отбились. Достаточно не кормят. Даже собственную законную добычу не дают съесть, только издеваются над мясом и не убивают. Отощал я уже! ]

И тут вижу, как из ворот выходит… Что-то…

Что-то размером с моего питомца. Четырехлапый скелет. С массивными толстыми костями. Крупный череп с широкой челюстью.

Ээ???

[ — Не верю своим глазам! Вернее, твоим! ]

' — Ты отощал НАСТОЛЬКО⁈'

[ Да. Сильно. ]

[ — Э? А как он будет дела иметь с нашим сюрпризом? У него же там пусто. Везде пусто. От слова совсем. Только кости. Даже кожи нет. ]

И тут из ворот, чуть не опрокидывая крупный четырехлапый скелет выбегает такой знакомый и родной Тур.

Фух! От сердца сразу отлегает.

Только сейчас обращаю внимание на худую фигуру Князя смерти рядом со скелетом, похожего на моего питомца. Да, и вижу рога оленьи, венчающие массивный череп, что они часто с Друммгором заимствуют друг у друга.

Хрена себе! Это юный некромант Смерть Машину в это чудище превратил?

— Буууууурррррр! — раздаются радостный рев Тура.

Он мчит даже не глядя в мою сторону. Несется на всех порах.

Я тоже несусь не медленней, стараясь чтобы между мной и Марусей расстояние не так быстро сокращалось. А оно все сокращается и сокращается. Уже чуть ли не чувствую ее дыхание себе в затылок. А вибрация под колесами становится очень ощутимой.

Со стен начинают скандировать: «Писец! Писец! Писец!».

Наконец, Тур поднимает на меня взгляд. Он чуть оступается,