Легион - Антон Чернов

Сменил цвет энергопотерь на типично-бронзовый, сине-голубой.

— Да, так тебе лучше, — признал я.

— А то! — надувался Бронзовый.

— Расскажешь? — заинтересовался я сутью процесса «выправления».

Точнее, «суть» — я и так понимал. Эмик полями «выправил» местные искажения, создав для себя персональный кусочек реальности без аномалий. Но вот детали и механизм действия — был любопытен.

— Подключайся, — снисходительно выдвинул ложемент Эмик.

И дюжину часов гиперперехода мы занимались «прикладной пограничной физикой» — не лишнее. А я ещё смутно надеялся на улучшение обстановки на станции. В смысле отношения ко мне — ну наврали эти уродские подпевалы Легата и прочие несимпатичные личности гадостей. Но если мне придётся «работать» — появятся очевидцы того, какой я замечательный тип. Ну и потихоньку появится какой-никакой круг общения. Большой мне и не нужен, я ещё с Белояра привык. Но несколько физиономий, с которыми можно просто ненапряжно потрепаться — точно не помешают.

А вот выход из гипера никаких внешних эффектов не нёс: фирмоментум просто появился на периферии системы и стал медленно, попыхивая двигателями, «падать» на звезду. Без попыхивания чуда бы не получилось: гравитационный колодец Имада был слишком удалён, так что без их работы станция легла бы на галактическую орбиту. Ну а я и Эмик стали с интересом вглядываться, что за часть Жопамирского региона перед нами. Ну и давала доступная нам по внутренней сети телеметрия станции такую картину: жёлтая (с типично-местным, зеленоватым оттенком) звезда. Три газовых гиганта, куча мелочёвки, а на орбите одного из гигантов — как раз обитаемая планета Имад. Судя по сводке, суточный цикл был совершенно запредельным, хотя и без сезонных колебаний: ось вращения была чётко девяносто градусов к звезде. Но вот обращение планеты-спутника вокруг своей оси, в сочетании с уходом за газовый гигант от звезды — давало совершенно бешеные перепады «свет-темнота». Притом, что имея шестидневный цикл обращения вокруг гиганта, планета ещё имела температурные колебания в плане «три дня тёплые день-ночь, три дня холодные ночь-ночь», ну примерно так.

А вот кроме этой запредельной (и довольно занятной, если тут не жить) цикличности «день-ночь», согласно имеющихся у нас данных, Имад ничем от прочих жопомировых планет и не отличался. Вожди, крепостные. Ну разве что местные, имадацкие вулканисты отличились: на планете они не жили, а обитали на спутнике-планетоиде Имада. То ещё запределье: спутник спутника спутника. Но жили и хрен бы с ними, гоняли на поверхность на своих диковатых, местно-эксклюзивных трансорбитальниках.

Ну а пока станция управляемо падала, местные чиновники и легионеры готовились к «десанту». Ревизионному, демографическому и даже вербовочному: часть уже взрослого населения изредка махали на своё крепостничество и прочие прелести, ну и вербовались в Легион или в разнорабочие станции. Что примечательно — некоторые из разнорабочих возвращались. Легионеры — нет, но тут общая политика Империи такая.

Короче — у экипажа, точнее его части, аврал. А мы с Эмиком проверили Жнец и Кистень, потрясли Нитрила на тему боезапаса.

— Стандартные активно-реактивные снаряды, потребной мощности и калибра, имеются: термобарические, осколочные, фугасные, тандемные. Сие арсеналы Императорис Гладиус содержат в должном количестве и может быть представлено без ограничений, по мере истощения боезапаса Машины Эниуса Эквиса, — прогудел киборг. — Типы боезапаса: высокотемпературно-термические, распада, молекулярно-резонансные…

— Почтенный Нитрил, с номенклатурой боеприпасов мы знакомы, — прервал я разошедшегося вулканиста. — Так всякие хитрые боеприпасы есть?

— Имеются в наличии, — покивал, не обидившись на перебивания, Лекс. — Но представлены в ваше распоряжение могут только при осуществлении конкретной миссии, с запросом. Либо куплены, — пожал он плечами. — Насколько мне известно, проще получить компенсацию потраченного в случае нужды, чем дозволение на получение потенциально потребного.

— Это «да», — прикинув, согласился я. — А почём?

— Ознакомьтесь, дукс Безмолвный.

В общем, нашли мы с Эмиком занятие — лазили в номенклатуре боезапаса «потребного калибра». И, кстати, вулканиста я перебил правильно, а то гундел бы он час. Но вот несколько типов боезапаса, типа «энергетического ударного ядра», были мне и Эмику незнакомы.

— Сие использовалось в войне против вулканопротивных Лапусов, — просветил нас Нитрил на вопрос. — Боеприпасы оказывали деструктивное воздействие на кристаллическую структуру техники и тел ксеносов. Но на данный момент не производятся для Звёздного Легиона и иных вооружённых сил.

— А с чего? — заинтересовался я, разглядывая ТТХ снарядов. — У него действие против укреплений — просто слюнки текут!

— Могу порекомендовать принять пищу либо посетить палаты болящих, если это не поможет.

— Зачем?

— От чрезмерного слюнотечения.

Вот киборг ехидный, блин! Чем-то никсовым потянуло, мысленно усмехнулся я.

— А всё-таки? — ровно уточнил я.

— Цена, дукс. Нерентабельно против простых укреплений. Хранение трудозатратно — на фирмоментуме не составляет труда, но в иных местах — бессмысленные траты сил и средств.

— Ясно.

— Понятно, — прогудел и Эмик. — Но нам может и пригодиться.

— М? — уточнил я.

— Местная фортификация, — не стал обзываться Инвиктус.

И в общем — был прав. Местные замки из несколькометровых каменюк были ого-го какие, их проще расплавить-взорвать в хлам, чем дыру проковырять. Обычным боезапасом, в смысле. Ну барионником можно, конечно, но вопрос обстановки и всякого такого. Так что, может, и пригодится, факт.

А через пару дней, уже после того, как внутрисистемники сутки сновали между фирмоментумом и Имадом, последовал вызов от Префекта Милитум. И я (да и Эмик) искренне рассчитывали, что это не приглашение на чашечку чая.

13. Снотворные кузнечики

— А, вот и вы, дукс, — поприветствовал меня губернатор Стефан в кабинете, который, в отличие моих прошлых визитов, явно был «рабочим».

По просторам кабинета сновали чиновники, легионные офицеры, секретари-секретарши, вулканисты и всякая прочая публика. Фигусы и берёзки были задвинуты к стенам, проекционный экран потолка выдавал не «вид на пустоту», а кучу всяких данных, графики-таблицы и подобное. И дядя Стёпа сидел не в уютном и небольшом рабочем месте, а в здоровенном троне-информационном терминале. Вокруг него копошились (и даже подпрыгивали) разные типы. В общем, картина показывала, что Префект Милитум не просто «для красоты», как всё выглядело до сих пор. Собственно, я сам подозревал, что Стефан тут хренью мается, но выходит, работа у него «сезонная», по мере прилетания к планете Жопымира.

— Приветствую, Префект Милитарум, — поклонился я, перекрикивая гул.

— Приветствую, приветствую. Похоже для вас нашлось дело, Мартий, просветите, — бросил он через плечо.

И ко мне подскочил некий чиновний тип, довольно молодой, схватил под руку и оттягал в сторонку. А то трафик движения был напряжённый, и моя персона неподалёку от трона создавала затор.

— Дукс Безмолвный, — быстро, хотя и не тараторя, заговорил он, разворачивая голо наручного терминала. — Инспекционная группа чиновников демографического управления, два вулканиста и центурия Легиона перестали выходить на связь.

— Это — не слишком хорошо, —