Повелитель Теней. Том 3 - Илья Сергеевич Модус

все забытое тобой, — продолжала как ни в чем ни бывало драконесса. — Существует теория, что в ядре находится не только лишь твое знание. Но и то божественное, что просачивается из искры души. Из самого божественного предначертания.

— Погоди-ка, — взмолился я. — Мне говорили, что никто так и не смог понять что такое искра. А ты так просто говоришь о том, что именно там заложено наше предначертание. Если так подумать, то при теории о том, что Создатель заложил в нас алгоритм роста и развития, который сделает нас такими же, как и он, можно подумать, что в ядро души проникает нечто из божественного замысла? Его знания, его приемчики?

— Я так и сказала, — терпеливо согласилась драконесса. — По общей концепции метафизики, каждый слой души отделен от другого непреодолимыми в теории барьерами. Всего их три. Внешний — удерживает оболочку. И его преодоление позволяет человеку или любому другому существу стать на порядки сильнее обычного смертного. Ведь он сможет взять себя в руки, мобилизовать в нужном направлении, сконцентрироваться.

— Допустим. А что будет, если этого барьера не станет?

— Ты же видел своих друзей-некромантов, — как-то брезгливо произнесла драконесса. — Чудовища, которые не сдержаны никакими ограничениями. Разрушители, мерзость. В некоторых регионах галактики или вселенной считается, что уничтожать их — высшая миссия.

— Почему? Они ведь изгаляются над мертвецами.

— И что будет, если не купировать заразу вовремя? — уточнила драконесса. — Сперва один мир, потому другой, потом третий и так далее — все они из источников духовной энергии превратятся в некрополи. Зачем это нужно тем, кто следит за реализацией замыслов Создателя.

— Допустим. Но, тогда почему они вообще появились? Почему такое знание в принципе существует?

— Свобода выбора — вещь весьма неоднозначная, — туманно заявила драконесса. — Дай разумному существу право делать то, что он хочет — и он станет кем вздумается. Поэтом, воином, магом, некромантом — у всего есть покровители. Потому что даже некромантия — и та дает энергию. И, надо полагать, что выделяемая ожившими мертвецами энергия — это уже не животворящая сила, а яд. Логично, что от последователей этого учения стремятся избавиться. Но оно с каждым новым оборотом эпох снова и снова возрождается. Словно кто-то целенаправленно старается сделать невозможное и загрязнить потоки магии ядом.

— Я ее чувствовал, — по спине пробежали мурашки. — Отвратительная версия Магии Теней.

— Если брать за основу, что Магия Теней — это божественная сила, созидающая жизнь, то некромантия — это извращение, которое должно быть истреблено. И, так уж совпало, что знания о том, как поднять мертвецов, было открыто именно демонами и Практиками. Одним из первых, если я правильно помню. Надеюсь, не надо говорить, что популярности это вашему роду не добавило.

— Сам бы убивал гаденышей, — скрежетнул зубами я.

— Охотно с тобой соглашусь, — кивнула драконесса. — Уверена, тебе еще представится подобная возможность. Но, вернемся к душам, а именно к барьерам. Внутренний барьер отделяет оболочку от ядра души. Он в разы сильнее и крепче Внешнего барьера, а потому преодолеть его практически никому не удается.

— Но ведь кто-то смог? Откуда-то же есть такие знания о внутреннем устройстве душ?

— Кто-то явно смог сделать это успешно, — уточнила драконесса. — Но как всегда бывает с запретным, неизведанное, когда оно сваливается большим потоком тебе на голову, оно сводит с ума. Появляется еще одна безумная сущность. Однако она сильнее, могущественнее, а ее знания… Допустим, что в самом деле из ядра души в бессознательное проникают отголоски божественных знаний. Предположим, что Глубинный Барьер, разделяющий ядро и искру, не так надежен, как первые два. Представь, на что способно безумное воплощение мощи, у которого в руках есть осколки знаний Создателя?

— И сгорают планеты по щелчку пальцев, — мрачно резюмировал я.

— Ты прав, — неожиданно сказала драконесса. — Скажем так… Наиболее древние сущности поговаривают, будто в начале времен все планеты во всех вселенных были цветущими садами жизни. И сравним эту легенду с картиной настоящего.

Припомнил сколько в Солнечной системе обитаемых планет, пригодных для проживания человека.

А сколько было информации про пирамиды на Марсе, Венере, строения на Луне, более-менее пригодные для дыхания и жизни атмосферы на спутнике Европа или других планетах, но уже за пределами родной системы…

— Каждая мертвая планета — это сражение порядка и хаоса, — сказала драконесса. — И там, где нет уже жизни — сторонники Создателя проиграли.

— Я так прикинул… Наверное они не так уж сильны. Даже в моей системе лишь одна планета приспособлена для проживания людей.

— Не забывай еще и то, что не всегда ставка делалась на людей. Они — практически финал работы Создателя. Но они далеко не первые в своем роде.

Да, есть еще зеленые человечки с Нибиру.

— Подумалось мне тут, подруга дней моих суровых, — произнес я. — Что ранение твое нанесено было техникой, которую я знать не знал. Ибо демоны, которые меня обучали, предпочитали не распространяться о Лилит.

— Логично с их стороны, — хмыкнула драконесса. — Эта мегера — квинтэссенция всех домыслов и истин о демонах. Худшее их проявление. К несчастью для твоих учителей, именно она ответственна за то, что началась Последняя Война.

— Каким образом?

— Мне почем знать? — пожала плечами драконесса. — Я подобными мелочами не интересовалась. У моего племени другие приоритеты в жизни.

Еще бы знать какие.

Ну да ладно.

— Иными словами, из-за повреждения оболочки, часть моих и не только моих воспоминаний стали новой оболочкой, — пожевал губы я, мысленно делая филологический фейспалм. — И…

— Именно поэтому я тебя сразу и не прикончила, — лениво сказала драконесса. — Подумала, что ты сильнее, чем кажешься.

— Разочарование было сильным?

— Так крепко я еще не ошибалась в смертных, — призналась Эллибероут. — В бессмертных — да. Но в людях… Впрочем, может быть это шанс.

— Для чего?

— Узнаешь со временем.

— А если я хочу сейчас?

— У тебя есть эльфийка и Вестница Смерти. Устрой себе смертную разрядку и вернемся к обучению.

— Ты сейчас пошутила надо мной? — поинтересовался я. — Ты же гордый черный дракон, старейший из живущих! Благородная, высокомерная, невозмутимая, а шутишь как пятиклассник из гетто.

Драконесса посмотрела на меня невозмутимым взглядом.

— Если бы я шутила, то спросила: «Почему эльфийская Старшая Богиня за две тысячи лет так и не обзавелась пантеоном из числа высших эльфов?»

— Без понятия.

— Потому что эта сучка фригидна как скала на берегу Штормового Моря, — флегматично сказала драконесса.

Ну… Такой себе юмор.

Для посвященных.

— Не боишься, что она решит тебя проучить за подобную дерзость?

— Сама она не вмешается — правила. А вот если пришлет своих подручных… — драконесса мечтательно заулыбалась и погладила свой огромный двуручный меч. — Веселья