Сергей Мусаниф - Имперские войны

– Дальше, – потребовал Юлий, когда счел паузу слишком затянувшейся.

– А это уже все, – сказал Бо. – Что еще можно определить с такого расстояния?

– Я рассчитывал на большее, – признался Юлий. – Потому как об определенных ограничениях, которые у их аппаратуры, может быть, есть, я и сам додумался.

– Простите, сир, но вы требуете невозможного.

– Естественно, – сказал Юлий. – Какой смысл требовать возможного? Возможное люди должны делать сами.

Винсент хмыкнул.

– Слушайте меня внимательно, Бо, – продолжал Юлий. – С этого момента вы поступаете в распоряжение научного отделения УИБ. Жалую вам чин капитана и дарую дворянский титул виконта. Это не награда. Это чтобы спрашивать жестче. Вы получите доступ к любой информации, которая вам потребуется, и к любым объектам, которые остались от темы Нуль-Т. Ну и щедрое финансирование, конечно.

– Спасибо, сир.

А глаза-то у парня как загорелись, подумал Юлий. Что для него в этой теме, кроме научного интереса? Похоже, ему на таргов плевать и на войну тоже. Ему только тема Нуль-Т во всем мире и интересна. Правду люди говорили: фундаментальная наука – это утоление собственного любопытства за счет государства.

– Я дам вам список вопросов, на которые вы должны ответить, – сказал Юлий. – Причем ответить так, чтобы я ваши ответы понял. Основные вопросы: действительно ли это Нуль-Т? Есть ли у Нуль-Т таргов ограничения на самом деле или нам это только кажется? Можно ли предсказать точку выхода корабля из Нуль-Т, зная его скорость и точку входа? Почему мы не умеем перемещать живую материю, а они умеют? Какова максимальная дальность одного прыжка? Какова минимальная дальность и возможны ли прыжки внутри одной системы? Какое преимущество в скорости имеет Нуль-Т перед гипердрайвом? Вы запомнили или мне повторить, чтобы вы записали?

– Запомнил, сир.

– Отлично. Но это еще не все вопросы. Позже вы получите полный список, но в первую очередь вы должны ответить на эти. А если вы подарите мне работающий образец, который можно будет поставить на корабль, я буду вам бесконечно признателен. И не только я, а вся Империя. Документы о присвоении звания и титула получите завтра утром. Доступ в лабораторию – прямо сейчас. Винсент, распорядитесь.

– Конечно, сир. Могу я потом с вами поговорить?

– Что-то важное?

– Думаю, да.

– Очередные неприятности?

– Я пока не уверен.

– Заходите через час, – сказал Юлий.

– Хорошо, сир.

– Стойте, – сказал Юлий, когда генерал и новоиспеченный капитан были уже в дверях. – Самый главный вопрос забыл. У тех кораблей, которые мы гробанули пару недель назад, Нуль-Т не было. И у второй волны нашествия, похоже, их тоже нет. Может, третья волна – это вовсе и не тарги?

– А почему тогда они летят с той же стороны, сир? – спросил Винсент.

– А фиг их знает, – сказал император. – Что вы думаете, Бо?

– Я думаю, тарги. Весьма маловероятно, что мы могли натолкнуться на две разумные расы в один и тот же период времени.

– Удивительно, что мы хотя бы на одну наткнулись, – пробормотал Юлий, вспомнив свои выкладки полугодовой давности. Тогда он с пеной у рта утверждал, что человечество одиноко если не во Вселенной, то хотя бы в галактике, и звездной войны в принципе быть не может, потому что воевать не с кем. – Но если это – одна раса, то почему между двумя ее флотами такая технологическая разница?

– Но это же очевидно, сир, – сказал Бо.

– Да? – удивился Юлий.

– Мы слишком привыкли к гипердрайву и забыли, что такое путешествие на релятивистских скоростях, – сказал Бо. – Они занимают очень много времени, и если их флот уже подобрался к нам так близко, это говорит лишь о том, что вылетел он достаточно давно. А на их родной планете технологии не стояли на месте. На первых кораблях таргов нет Нуль-Т, потому что на момент их отлета с родной планеты он еще не был изобретен.

– Черт побери, это на самом деле очевидно, – пробормотал Юлий. – Но это значит…

– Что третья волна, вылетевшая позже, легко может обогнать первые две за счет технологического превосходства.

– Нет, – сказал Юлий. – Это значит кое-что похуже. – Это значит, что три недели назад мы сражались с их прошлым. А сейчас нам готово свалиться на голову их настоящее.

Численное превосходство в этом конфликте с самого начала было на стороне таргов, но Юлий полагал, что люди имеют преимущество в технологиях. Это был единственный шанс человечества справиться с надвигающимся врагом. Это даже сработало. Один раз.

А потом оказалось, что никакого преимущества нет. Превосходство кораблей Империи в скорости оказалось мифом. Тот путь, который при помощи гиперперехода можно было преодолеть где-то за полгода, тарги проделали за несколько дней. Причем дни эти пришлись на промежуток между прыжками, а людям пока неизвестно, чем этот промежуток был вызван. То ли особенностями технологии Нуль-Т, то ли таргам просто так захотелось. А что тарги еще умеют такого, чего люди не могут? О чем, в отличие от Нуль-Т, даже понятия не имеют?

Генерал Коллоджерро был пунктуален и вернулся в кабинет императора по истечении шестидесятой минуты из оговоренного часа. Юлий с удивлением заметил, что, несмотря на столь позднее время, Винсент успел побритьcя и зачем-то поменял мундир. По мнению Юлия, и в прежнем мундире можно было ходить еще пару месяцев.

Винсент был серьезен и собран и отказался от предложения присесть. От предложения выпить он тоже отказался, равно как и от предложения закурить.

– Даже уж и не знаю, что вам еще предложить, – признался Юлий. – Вы меня прямо-таки пугаете. Что еще стряслось?

– Боюсь, что я невольно ввел вас в заблуждение, сир. Ничего не случилось.

– Лучшая новость за последнее время, – сказал Юлий. – О чем тогда будем говорить?

– О вопросах весьма опасных и щекотливых, сир.

– По-моему, других вопросов со мной просто не обсуждают, – вздохнул Юлий. – Мне порой кажется, что император – это нечто вроде кризисного управляющего. Пока все спокойно, он никому и на фиг не нужен. Хочешь – газеты читай, хочешь – парады принимай, хочешь – в потолок плюй. А как что-нибудь случается, так у его дверей выстраивается очередь жалобщиков. Жаль, в мирное время мне тут пожить не довелось.

– Мне тоже, сир.

– Тоже жаль или тоже не довелось?

– И то, и другое, сир.

– Ладно, думаю, вы пришли не для того, чтобы я плакался вам в жилетку. Говорите, Винсент.

– Вы же знаете, что я читал ваше личное дело, сир. Я имел честь знать вас до того, как вы стали императором. Также я знаком с некоторыми вашими друзьями и родственниками…

– Это для меня не новость, – сказал Юлий, не понимая, к чему клонит генерал УИБ. – К чему вы клоните?

– У вас сложилась определенная репутация, – сказал Винсент.

– Полагаю, к моему возрасту у любого человека складывается определенная репутация, – сказал Юлий. – Я знаю, что не ангел, и никогда не щеголял своими крыльями. В чем дело?

– Я даже не знаю, как вам сказать…

– Я не узнаю вас, Винсент.

– Только поймите меня правильно…

– Ой, не нравятся мне такие заходы.

– Вы не могли бы не перебивать меня, сир? И выслушать меня до конца? А потом можете сделать то, что посчитаете нужным.

У Юлия сложилось впечатление, что Винсент что-то натворил. Что-то кошмарное, в чем никак не может признаться и за что боится понести наказание. Неужели Юлий ошибся и сделал директором УИБ не того человека?

– Я знаю, как вы относитесь к своему слову и как вы его цените. Я знаю, что вы всегда держите свое слово, о каких бы глупостях ни шла речь. И я хотел бы попросить вас, сир, чтобы вы дали мне слово прямо сейчас. Дали мне слово, что непричастны к смерти Виктора Второго.

– Наконец-то, – сказал Юлий с облегчением. – Я уж думал, у вас что-то серьезное. Не обижайтесь, – быстро добавил он, увидев выражение лица Винсента. – Я давно ждал от вас этого вопроса. Когда у вас возникли такие подозрения?

– С самого начала, сир.

– У вас потрясающая выдержка, – одобрил Юлий. – Но вы непоследовательны. Если я виновен в том, что вы мне инкриминируете, то мое слово гроша ломаного не стоит. Присягу-то я нарушил.

– Я читал текст присяги пилотов. В ней говорится о службе Империи, а не императору. Там нет ни слова о сюзерене.

– Это всегда здорово ставило меня в тупик. Почему клятва пилотов так отличается от клятвы остальных родов войск? Что имел в виду Петр Первый, когда создавал тексты?

– Вообще-то авторство этих клятв приписывают вашему предку графу Моргану.

– Та еще хитроумная скотина, – заметил Юлий.

– Так что насчет вашего слова, сир? – напомнил Винсент.

– А что вы сделаете, если я вам его не дам? Я чисто из академического интереса спрашиваю.