Охотник на богов. Том 3 - Анна Кондакова

так что немного погодя мы можем попробовать закинуть меня в тело красавчика-блондина. А зеленого гоблина оставим кому-то другому. Не люблю зелёный, да и ты не любишь, я же знаю. Зелёный — вообще самый некрасивый цвет…».

Он ненавязчиво пытался убедить меня вообще отказаться от гоблина, но я в этот момент думал, что если попробовать перекинуть Годфреда в морфи, то, возможно, это спасёт меня от мутации. Ведь перекусывать душами он уже будет без меня…

«Нет, не спасёт, — тут же отрезвил меня Годфред. — Я ж тебе ещё тогда говорил, что не спасёт. Мы всё равно будем связаны, пока я не восстановлю силу до полноценной. Даже если ты перекинешь меня в морфи, то мы разъединимся физически, но останемся зависимы друг от друга. Ты даже косой так и продолжишь пользоваться. И твоя мутация продолжится, пока я пожираю души и крепну. Вот поэтому наша задача — поднять уровни как можно быстрее, чтобы мутация тебя не сожрала. Хотя даже я точно не знаю, что с нами будет дальше. Всё же мы оба чужие для этого тела».

Я вздохнул и напряжённо прошептал:

— Ты вообще тогда говорил, что мне нужен только седьмой ярус, а тебе Звёздный класс. И тогда мы освободимся друг от друга. А вот теперь выясняется, что тебе нужен Космический класс, а мне, выходит — девятый ярус мастерства, самый высший. Это достигается годами, Годф!..

«Если б я тебе тогда сказал про девятый ярус, ты бы послал меня нахрен! А вот седьмой ярус уже не так жутко звучало. К тому же, ты забываешь, что маг ты необычный, а с божественной силой. Как и Афена. Вы оба развиваете силу быстрее. Ты посмотри на неё, она же освоила внедрение сознания в более крупного зверя за неделю! А ты два яруса получил за один бой. Ну? Обычный маг такое бы не смог».

И опять у меня нашлось возражение.

— Если развиваться быстро, то могут заподозрить неладное. Тут вокруг не идиоты. Уже и так кто-то догадался, раз значок прислал.

«Вали всё на Мозарта! — тут же нашёлся Годфред. — Мол, это всё его сила, которую он тебе дал».

— Ладно, разберёмся. — Я поёжился от холодного ветра и начал спускаться с крыши.

Свидание с Афеной не состоялось, хотя я особо и не надеялся. Вообще, всё это было странно — она ведь жила в соседней комнате, и можно было бы просто…

«Нет, нельзя! Только сунься к ней! — оборвал мои мысли Годфред. — Лучше про гоблина подумай. Этот уродец с ирокезом нам точно не нужен! Гоблины до добра не доводят, помяни моё слово!».

Весь оставшийся вечер я только и думал, что про гоблина.

И кстати говоря, никого, кроме Годфреда в этом морфи даже не представлял. Да этот засранец только и рождён, чтобы воплотиться в зелёном гоблине с ирокезом и стать Богом Панк-рока!

«Ой дошутишься, юморист», — буркнул тот.

Поздно, почти в полночь, с тренировки вернулась Афена.

Я слышал, как она тихо прошла по коридору и закрыла дверь своей комнаты. Рядом, в моих ногах, спал Жмот. Он приподнял голову, повёл хвостом и снова устроился калачом на одеяле, ну а Мозарт даже от книжки не оторвался, сидя под светом настольной лампы и слушая ровный храп Кристобаля.

Наутро, после плотного завтрака, я отправился напрямую в магазин Хартога, чтобы договориться насчёт второй половины платежа за гоблина. Всё-таки Хартог — дед ушлый, поэтому лучше было подстраховаться.

По пути меня с улыбками приветствовали прохожие, а пару раз подходили девушки и пытались познакомиться. За Мозартом, как всегда, увязались ребятишки.

В общем, теперь любое моё появление на улице порождало кучу шума и интереса. Кто-то спрашивал про Бога Ночи и что я собираюсь с ним делать. Кто-то интересовался насчёт гражданства и возмущался на тему «Почему всё так несправедливо». Кто-то просто пожимал мне руку.

Так мы дошли до рыночной площади и магазина.

Хартог, видимо, увидел через витрину, что я подхожу, и выскочил на крыльцо. Как обычно, тщедушный, с козлиной бородкой и в клетчатом костюме, с бабочкой на шее.

— ЛасГален, наш герой! Мой прекраснейший работник! — Его громкий и грубый баритон загудел на всю площадь. — У меня как раз есть ликёр! Надо отметить хотя бы по рюмочке! За спасение моего магазина!

— Может, за спасение города? — уточнил я с улыбкой.

— Пф, город. Что ему сделается! Он стоял при моей матери и будет стоять при моих внуках. А вот магазин… — Он распахнул передо мной дверь. — Давай-давай, заходи! И ты тоже, мой божественный друг! — Хартог оглядел Мозарта. — Ты вроде как вырос, что ли? Ты же был десятого размера, а теперь… э-э… одиннадцатого?.. Ты прямо как мой внучатый племянник, он тоже из штанишек вырастает, и глазом моргнуть не успеешь.

— Мозарт вырос, — ответил тот и шагнул внутрь следом за мной.

В лавке всё было точно так же, как раньше: на полках и прилавке лежали бронекостюмы и одежда для морфи, пахло чем-то сладким, на витрине стояли морфи. Четыре модели: двое мужских и две женских.

— Кукла, — выдохнул Мозарт, сразу же подходя к той морфи-брюнетке, которая ему тогда приглянулась.

Она всё так же стояла посередине, как главный товар на витрине.

— НЕ ЛАПАЙ! — заорал Хартог по-привычке. Но тут же успокоился и уже тише произнес: — Извини, Мозарт, но эта модель дорогая. Нельзя её трогать. Лучше выпьем ликёра.

Он сунулся за прилавок, достал початую бутылку с тёмно-рубиновой жидкостью и быстро разлил напиток в три рюмки.

В три! Он даже Мозарту налил!

— Ну что, ребятушки? Давайте! — Старик потёр ладони и подал мне и Мозарту по рюмке.

Бог Гор даже брать не стал и снова отвернулся, чтобы посмотреть на брюнетку, поэтому Хартог недолго думая опрокинул рюмку Мозарта себе в рот, причмокнул и взял уже свою рюмку.

— Чокнемся, ЛасГален!

Он был так вежлив и добродушен, что я даже удивился. Взял рюмку, чокнулся со стариком и попробовал ликёр. Сладкий, густой и крепкий, сильно на любителя.

— У-у-ух! — поёжился от удовольствия Хартог. — Хорошо!

Я еле допил ликёр, чисто из уважения к радушию хозяина магазина, и сразу же отправился в подсобку, проверить гоблина.

Хартог преградил мне путь.

— Может, ещё по рюмашке, а? Это ликёр от моей матушки. И знала бы она, что наш магазин спасёт настоящий бог, то она бы…

— Можно, я пройду, господин Хартог? — Я попытался его потеснить, но он, как приклеенный, оставался на месте.

Его громкий голос стал ещё громче и будто бил по голове:

— А ты знаешь, я дам тебе выходной! Вот прямо сегодня! И поставлю как полноценный трудодень, даже два! Или полтора! Ты заслужил, ЛасГален! — Он указал на прилавок. — И вон там есть костюм со скидкой. Мозарту как раз подойдет! Он же подрос до одиннадцатого размера!

Почуяв, что что-то не так, я быстро обогнул старика и прошёл к подсобку. Распахнул дверь и…

— ГДЕ МОЙ ГОБЛИН⁈

* * *

— Какой гоблин? — Удивлению Хартога не было предела.

Вместе со мной он уставился на верхнюю полку, где должна была лежать коробка, а внутри — мой зелёный морфи, оставленный под залог. Только ни коробки, ни морфи тут не было.

— А? Какой такой гоблин?.. — будто бы не понял Хартог.

— МОЙ ГОБЛИН! — рявкнул я вне себя от злости. — МОРФИ ОДИННАДЦАТОГО РАЗМЕРА, НОВАЯ МОДЕЛЬ! ЗАЛОГ — ШЕСТЬ ТЫСЯЧ ТРИСТА ПЯТЬДЕСЯТ ДВА ЧЕКА, МАТЬ ВАШУ!

— Не надо трогать мою матушку, юноша, — пробубнил Хартог, прокашлявшись и поправив бабочку на шее. — Если она вернётся с того света, то мало нам не покажется. Бог Ночи дохляк по сравнению с ней!

Я быстро окинул взглядом все полки сверху донизу.

Коробки не было.

Хартог опять прокашлялся и тихо-тихо объявил:

— Тут такое дело… месяц же почти вышел. И как бы… ты гражданство не получил, а мы договаривались, что ты получишь. Но тебе оно вроде как не светит в ближайшее время. А если нет гражданства, то нет права пользоваться морфи. А если нет права пользоваться морфи, то какие ко мне претензии, правда? Тем более что срок нашей договорённости почти истёк.

Я еле сдержался, чтобы не взять старика за грудки.

— Срок ещё не вышел!!! Осталась неделя!!! Но вы уже успели продать товар!!

Он попятился.

— Я хороший продавец. Могу тебе и воздух продать, если захочу. Но дело-то в другом. Гражданства нет, а если нет гражданства…

— А то, что я спас ваш магазин, это ничего не значит⁈ — прорычал я.

Хартог сделал невинные глаза.

— Это когда было-то? Неделя уж прошла! Подвиги, они ж не вечные… а деньги — совсем другое дело.

Я скрипнул зубами,