Сага о Мрачных Водах. Глубины Пепла - Илья Сергеевич Ермаков

день моей любви к тебе. Я благодарна тебе. И мне пора уйти и забрать свою любовь с собой. И я желаю тебе найти такую же сильную и взаимную любовь. Будь счастлив, Скальд. И прощай.

Всегда любившая тебя, твоя Лита».

— Лита…

«Впервые за столько лет она так часто назвала меня на «ты». И я больше не увижу ее. Никогда».

Скальд сложил письмо, вернул его в конверт и оставил лежать на столе. Он медленно сел на пол и просидел так несколько часов, не в силах думать абсолютно ни о чем.

Голова его, обычно наполненная хаосом мыслей, сейчас оказалась пуста.

Глава 11. Течение боли

— Энтони.

«Миса?».

— Энтони!

— Миса?

— Я здесь, милый, иди на голос.

«Где она?».

— Сюда… Сюда, Энтони! Я здесь.

— Миса!

Он бросился во мрак. В самую тьму, в бездну, из которой уже не выбраться. И встретил там ее.

Миса стояла перед ним и тепло улыбалась. Она раскинула руки для объятий.

— Миса…

Он застыл, не в силах пошевелиться. Миса так рядом, так близко. Стоит лишь подойти к ней, и они воссоединятся навсегда.

Больше он не позволит никому и ничему их разлучить.

— Миса!

— Иди ко мне, Энтони. Мы заслужили быть вместе. И мы еще можем. Ты нашел меня. Ты наконец отыскал меня, как я и просила!

«Она просила?».

Он вспомнил похороны, вспомнил дождевую лужу. Вспомнил отражение Мисы в воде. Она звала его, кликала его имя и просила отыскать ее.

— Ты спустился на самое дно, чтобы найти меня. Энтони, чего же ты ждешь? Я здесь. Прямо перед тобой. Иди же…

И он пошел.

«В самом деле? Это же Миса! Моя Миса!».

Энтони сделал шаг в ее сторону, коснулся руками ее тела, прижался к ней, и растаял во мраке, как туман.

— Как тебя далеко занесло. Еще рано. Еще очень рано. Не так быстро, дорогой. Я понимаю, что тебе не терпится встретиться с Мисой, но всему свое время.

Энтони открыл глаза и вдохнул воду. Перед ним зажегся зеленый свет. Он оказался в темном помещении с гладкими стенами, усыпанными сотнями разноцветных огоньков, мелькавших то тут, то там. Вокруг ходили странные фигуры неразличимой формы. В дальних углах комнаты располагались два стеклянных цилиндра с заточенными внутри них жуткими существами.

Одно из них напоминало осьминога: сотни мерцающих алых глаз, десятки щупалец и каждое усыпано акульими зубами. Вокруг него по стеклянной камере летали черные скользкие рыбешки с золотистыми глазками-монетками. Второе существо — громадная черная медуза, из головы которой торчало два десятка рыбьих голов с серыми мутными глазами и открытыми пустыми ртами.

Полулюди-полурыбы в белых халатах изучали существ за стеклянными цилиндрами и что-то царапали на стеклянных пластинах тонкими иглами.

Придя в себя, Энтони увидел в помещении лишь одно знакомое лицо — декана Милантэ Мунлеса. Рядом с ним стояло еще двое приспешников. Или трое? Это уже, как посмотреть.

Первая — женщина с щупальцами вместо ног и стаей мурен, растущих на голове, словно волосы. Стройное серое гибкое тело. И красные глаза с двумя вертикальными щелочками. Кожа на длинных тонких руках покрыта блестящими пластинками чешуи. В кулаке она сжимала странный кинжал с клинком из черного камня.

И второе существо представляло собой громадного горбуна, облаченного в черный кожаный плащ, скрывающего все его тело до пола. Высокий бугай имел бритую зеленоватую голову и неприятное лицо с грубыми чертами, рыхлым носом, большими рыбьими губами и круглыми тупыми темными глазами. Это создание постоянно пыхтело и шумно дышало. Но вот из-за спины громилы высовывалось еще одно тело, поменьше. Тело, имевшее лишь тонкие скрюченные ручки и яйцевидную голову на тонкой шее. Остальной своей частью оно полностью прирастало к спине громилы. Эти двое — как хозяин и паразит. Уродливый мелкий недоразвитый близнец. Мятая голова, беззубый рот и серые водянистые глаза с зелеными зрачками-икринками, плавающими в белках. Гадкий отросток носил очки с толстыми линзами и постоянно препирался с женщиной с шипящими волосами-муренами.

Декан Мунлес с интересом наблюдал за Энтони, подвешенного крепкими водорослями над полом и прибитого к стене спиной. В руках он держал семиотик, отнятый у Энтони в бою с Омутом.

— Какие у нас на него планы? — спросил мелкий уродец из-за спины громилы.

Голос у него мерзкий и высокий.

— Дейна, я могу на тебя положиться? — обратился декан к женщине-осьминогу.

— Разумеется, декан Мунлес.

— Помни, что это личное распоряжение Лорда Сееры. Придет день, и он явится в Перекрестки, чтобы посмотреть на вашу работу.

«Значит, я в Перекрестках. Они отвели меня в одну из своих лабораторий. За одну из черных дверей одного из белых коридоров. Найти меня нереально».

— Можете на нас рассчитывать, — кивнула Дейна, — мы с Логом и мистером Маурисио не подведем вас. Уверяю, Лорд Сеера останется доволен нашей работой.

— И помните, что все нужно сделать в самые краткие сроки. Лорду не терпится применить его в действии. Он уже все распланировал.

Мунлес довольно улыбнулся, глядя на Энтони, и добавил:

— У нашего ректора грандиозные планы на этого мальчика. Совсем скоро он должен оказать нам большую услугу. Война уже идет, и мы не можем позволить себе потерпеть поражение.

— Не беспокойтесь, — ответил карлик, — мы сделаем все самым наилучшим образом. Результат вас воистину впечатлит.

— Я надеюсь.

Декан уже направился к выходу, а у дверей провозгласил:

— Да восславится Верховная Матерь!

И хор голосов всех присутствующих в лаборатории ему ответил:

— Да будет править она вечно!

И декан Мунлес вышел за дверь. Когда одна половинка дверей открылась, внутрь темной комнаты хлынул ослепительный белый свет из коридора Перекрестков. Но свет быстро угас, и Энтони снова погрузился во мрак, где мерцали лишь зеленоватые огни среди стеклянных пробирок и хитрых приборов.

— Давай знакомится, красавчик.

Она подползла к нему, передвигая щупальцами, и оказавшись совсем близко, слегка коснулась обнаженной грудью его тела.

— Меня зовут Дейна. А это Лог.

Громила издал томное бурчание.

— И наш мистер Маурисио.

Карлик из спины Лога ответил:

— Добро пожаловать в Перекрестки, парниша. На веки вечные!

«На веки… вечные…».

Энтони в ужасе сглотнул.

Он висел над полом, обмотанный водорослями, словно цепями. На нем не было никакой одежды, кроме крапивной рубашки, позволяющей поддерживать подводное дыхание.

— Не пугайте его так, мистер Маурисио. Не бойся, Энтони, он просто шутит. Конечно, мы отпустим тебя, когда ты будешь готов.

— Готов к чему?

Перед лицом Энтони сверкнуло черное лезвие короткого кинжала. Дейна игриво улыбнулась и обратила свое внимание на стеклянный цилиндр, за которым держали