Изгнанник. Арка 3. Том 2 - Дмитрий Янтарный

остались долги, которые он тебе при следующей встрече наверняка припомнит. Не безопаснее ли было послать сюда Анаму? Вот уж кто сама серость, взгляд с него словно специально соскальзывает.

— Не так уж сложно было выдать себя за беженца и проникнуть сюда. Корроско в этом плане очень терпим, надо отдать должное. Анаму же занят тем, что постоянно носит у сердца кинжал Порядка. Никому его не доверяет… впрочем, его можно понять.

— Значит, — я посмотрел на Фетриша, который слушал нас, не выказывая никакого удивления, — он всё знает? И про кинжал, и про наше дело, и…

— Да, — кивнул Агер, — но пока у нас есть немного времени — и мне бы хотелось послушать и про то, откуда ты здесь, и про твои способности. Ну и, конечно, не стоит забывать про приз Фетриша. Это — колоссальный ресурс для вербовки новых членов нашего дела. Если ты понимаешь, о чём я.

Фетриш уже вынес из своего дома кресло и поставил его рядом с бассейном. Сев в него и направив руку так, чтобы продолжать наполнять бассейн водой, я начал рассказывать. Сначала подробно рассказал о том, откуда я и как сюда попал. Потом о своей магии воды, во всех подробностях. А затем, по просьбе Фетриша, и об остальных ветвях магии.

— Это просто фантастика, — прошептал он, когда я закончил описывать ветвь некромантии магии земли, — и вы всё умеете это делать. И мы могли бы, если бы научились…

— Боюсь, одного обучения тут мало, — скептически возразил я, — как и всякий инструмент, магия требует правильной настройки и стабильной работы. Сомневаюсь, что вы не в состоянии овладеть более сложными техниками магии лишь потому, что вас никто этому не учит. Дело ещё и в том, что нарушенное равновесие тоже искажает магию, делая её нестабильной. Поэтому овладеть более сложными приёмами так тяжело. А те, кто всё-таки им обучается, тратит на это на порядок больше сил и времени, чем если бы это происходило в обычных условиях.

— А что насчёт вызова големов? — внезапно спросил Фетриш, — судя по тому, что механика вызова духов и сотворения големов есть в каждой стихийной школе, значит, они имеют под собой какие-то общие основы? Мог бы ты научить меня создавать големов?

— Сказать по правде, я в этом не уверен. Потому что не изучал теорию магии других школ, — с сомнением протянул я, — зачаровывать воду и камни можно совершенно по-разному. А растения — так и вовсе, наверное, ещё сложнее.

— Давай хотя бы попробуем! — умоляще сказал Фетриш.

— Хорошо. Но в другой раз, — ответил я, — сегодня мне и так предстоит слишком много чар, чтобы тратить силы ещё и на обучение.

После чего посмотрел на альбиноса.

— Скажи, Агер, у вас как идут дела? Что с кинжалом Смерти?

— Йегерос нашёл племя, которое его хранит. Но даже попытки просто поговорить с ними пока не дают никаких плодов, — развёл руками Агер, — конечно, ты знаешь эту языкастую бестию, он кого угодно на что угодно уболтает, но пока без результатов. Остаётся только ждать.

— А кинжал Природы?

— Здесь пока совсем глухо, — Агер опустил голову, — есть подозрения, что знание о том, где его искать, нам откроется лишь тогда, когда мы соберём первые четыре.

— Я выяснил, где хранятся кинжалы Жизни и Хаоса, — добавил я, — вот только забрать их так просто не получится. Оказывается, кинжал Хаоса слишком долго было некому сдерживать, и он буквально бурлит силой. К счастью, надзиратель сказал, что последнее время он успокаивается. Не исключено, что по той причине, что в мире снова появился кинжал Порядка. В любом случае придётся ждать.

— Мы и сами знаем, где хранятся кинжалы, — ответил Агер, — вот только забрать их оттуда далеко не так просто, как тебе кажется. То, что тебе их милостиво показали, не означает, что они не охраняются на самом высшем уровне.

— Этому будет способствовать вполне законное исполнение сделки, — парировал я, — мне удалось договориться с градоначальниками, что я буду беспрекословно им подчиняться и давать столько воды, сколько они попросят. Но взамен настанет день, когда я попрошу у них две вещи, которые они будут вынуждены мне отдать. Они согласились. Думаю, ты понимаешь, что это будут за две вещи.

— Умно, — хмыкнул Агер, — хотя и наивно полагать, что они так просто тебе их отдадут. И всё же… что ж, думаю, в нужный момент и это можно будет разыграть. Особенно если Фартхарос был свидетелем этой сделки. Уж он-то не упустит шанса как следует стукнуть своих конкурентов по власти за ложь. А в идеале и выкинуть кого-нибудь из градоначальников из его кресла.

— А как поживают мудрецы? — спросил я, — им не стало слишком плохо после моего ухода?

— Нормально, — кивнул Агер, — они и не такое переносили. Даже больше: сейчас у них появился очень большой объём работы. Но они к нему готовы и, уверен, справятся.

Однако я заметил, что при этих словах Агер нет-нет, да и отворачивал взгляд. Очень хотелось узнать, что же это был за объём работы, но чутьём я понимал, что сейчас мне больше ничего не скажут.

— В общем, Дэмиен, я рад был тебя видеть в добром здравии, но у меня есть и другие дела, так что вынужден вас покинуть. Уясни самое главное: делай то, что делал раньше, ни о чём не беспокойся и помни, что мы все продолжаем работать. Если у тебя будут какие-то проблемы — зайди в гости к Фетришу и поговори с ним. Но самое главное — ни в коем случае не дёргайся сам и ничем не вызывай подозрения ни у градоначальников, ни у Фартхароса, ни у своих провожатых. Потому что если ты дёрнешься раньше времени — это может стоить нам всем жизней. Я прошу тебя постоянно помнить об этом. Никакой самодеятельности, даже если у тебя будет для этого десяток веских причин. Хорошо?

— Ладно, — нехотя кивнул я.

— Вот и славно, — альбинос улыбнулся и даже похлопал меня по плечу, — в таком случае — до встречи, Дэмиен. Уверен, мы встретимся раньше, чем