Большой проигрыш - Алексис Опсокополос

а потом стали просто накладывать всё в большие тарелки и с горкой. И я это всё сметал так быстро, будто перед каждым обедом или ужином не ели минимум три дня.

И вот в очередной раз я покончил с тремя шницелями, поданными к обеду на горячее, к тому моменту, как бабушка ещё только заканчивала есть суп. Заметив мою пустую тарелку, княгиня Белозерская, улыбнулась. Мне это не то чтобы не понравилось, но я решил объясниться.

— Понимаю, со стороны это выглядит смешно, — сказал я. — Но если я буду есть меньше, не смогу нормально заниматься, а если буду есть медленнее, не успею отдохнуть до следующей тренировки.

Бабушку мои слова развеселили ещё сильнее, она рассмеялась и заявила:

— Не стоит оправдываться. Я улыбаюсь не потому, что мне смешно.

— А почему?

— Потому что, как любая нормальная бабушка, я рада, что у внука хороший аппетит.

— Сделаю вид, что поверю, — сказал я, вставая из-за стола, и тоже улыбнулся.

Раньше я никогда не покидал стол раньше бабушки, но тренировки и сюда внесли свои корректировки — каждую свободную минуту стоило использовать для отдыха, поэтому я покидал обеденный зал иной раз, даже отказавшись от десерта. Однако в этот раз уйти не получилось.

— Погоди! — произнесла бабушка, отодвигая от себя пустую суповую тарелку. — У меня есть к тебе разговор.

— Внимательно Вас слушаю, — сказал я и снова сел за стол.

— Завтра после утренней тренировки и завтрака мы с тобой должны отправиться в Мадрид.

— В Мадрид? — переспросил я, удивившись. — Зачем?

— Там ты станешь испанским грандом.

Я удивился ещё сильнее, но в этот раз ничего не сказал, ожидая объяснений, которые последовали почти сразу.

— Главная наша проблема — заставить Хосе выйти с тобой на поединок, — сказала бабушка. — Вариант, при котором армия Ацтлана просто начнёт бой, уничтожение Мадрида и захват пленных, не исключён. В этом случае дело примет совсем уж нехороший оборот — придётся воевать долго и с большими потерями. Поэтому мы должны сделать всё, чтобы избежать такого сценария.

— Да уж, хотелось бы избежать, — согласился я.

— А Хосе, мало того что психопат, так у него ещё и завышенная самооценка, — продолжила бабушка. — Он не выйдет на поединок ни с кем, кто ниже его по статусу. Соответственно, бросить ему вызов может только Альфонсо. От короля Испании Хосе вызов на поединок примет, и вот тут мы его и должны поймать.

— Вы думаете, он не заметит, что вместо Альфонсо выйду я?

— Ты меня не понял, Хосе — психопат, а не идиот. Конечно, он заметит подмену. Но ты выйдешь вместо Альфонсо официально. Король имеет право выставить вместо себя на поединок своего гранда. Хосе, кстати, тоже. Но понятно, что мексиканец будет драться сам, а вот вместо Альфонсо — ты.

— Хороший план.

— Других в любом случае не имеем. Но вот только есть нюанс — ты не гранд. И это упущение завтра будем исправлять в срочном порядке.

— А разве может русский дворянин стать испанским грандом? — спросил я.

— Не думаю, — ответила бабушка. — Скорее всего, король сначала дарует тебе титул какого-нибудь виконта или барона, а потом уже — гранда. Завтра на месте всё узнаем. Сразу после завтрака отправимся в Потсдам, а оттуда вместе с Вилли в Мадрид. Он тебе тоже ещё кое-что расскажет.

— А что мне потом, после поединка, делать с этим титулом?

— Носить с честью.

— То есть, меня его не лишат?

— Если ты спасёшь Испанию от войны с Ацтланом, а её столицу от полного уничтожения, а тебя после этого лишат титула испанского гранда, я сама Мадрид с землёй сравняю, — улыбнувшись, сказала бабушка.

Я не удержался и рассмеялся, после чего сказал:

— Появилась дополнительная мотивация победить в поединке — титул испанского гранда на дороге не валяется.

— Это да, — согласилась бабушка. — Ты у нас становишься просто завидным женихом.

— Только вот жениться не на ком, — грустно заметил я. — Невеста уехала.

— Ну одна уехала, другая приедет. Невесты — дело наживное. Такому парню, как ты, стоит только свистнуть — сбегутся на смотрины.

Слышать это было неприятно. Мне всегда казалось, что бабушка относится к Миле хорошо, но после таких слов у меня закралось подозрение, а не поспособствовала ли княгиня Белозерская этому неожиданному отъезду.

— Вы знаете, почему Мила уехала? — я не рискнул спрашивать в лоб, причастна ли бабушка к отъезду моей девушки, поэтому зашёл издалека.

— Нет, не знаю, — ответила бабушка. — Но догадываюсь. Я бы на её месте тоже уехала.

А вот это становилось уже совсем интересно.

— Не поделитесь со мной Вашими догадками? — спросил я.

— Я вообще удивлена, что она так долго здесь задержалась.

— Это не очень похоже на причину отъезда, — заметил я.

— А назови мне причину, по которой она должна была здесь оставаться? — неожиданно спросила бабушка.

— Вы всегда говорили, что Ваш дом и мой дом тоже. Я думал, что имею право предложить своей девушке пожить у нас. Прошу меня простить, если я неправильно истолковал Ваши слова и злоупотребил Вашим гостеприимством.

Мне захотелось встать из-за стола и уйти, но я всё же сдержался. Как ни крути, бабушка сделала для Милы очень много, и было бы некрасиво устраивать такой демарш. Но и продолжать разговор категорически не хотелось.

— Мой дом — твой дом, — сказала тем временем бабушка. — И заодно дом твоих друзей, твоей девушки, и кого угодно, кого ты решишь пригласить в гости. Но ты не ответил на мой вопрос. Назови мне причину, по которой Мила должна была здесь оставаться? Она, вообще-то, дворянка, и у неё есть своё поместье, не сильно уступающее нашему. Я бы сказала, вообще не уступающее.

— Здесь безопасно.

— У неё дома сейчас тоже безопасно.

— Мы могли видеться каждый день. Мы были вместе.

— Она тебе кто? Содержанка?

— Вы говорите обидные слова. Она моя девушка.

— А чего ты тогда относишься к ней как к содержанке? Ты её любишь?

— А разве не заметно?

— Если спрашиваю, значит, не заметно.

— Люблю.

— Тогда женись!

Услышать такое заявление было настолько неожиданно, что я даже растерялся.

— Вы полагаете, сейчас подходящее время для женитьбы? — спросил я, решив, что бабушка надо мной просто издевается.

— А почему нет?

— Вы издеваетесь? — воскликнул я в сердцах. — Как и когда? Вы же сами назначили мне круглосуточные тренировки!

— Это была твоя идея — драться с Хосе! — парировала бабушка.

— Но Вы же понимаете, что иначе начнётся большая война, и уже точно будет не до каких-либо свадеб. И Вы это знаете, и Мила. А перед этими тренировками мы занимались тем, что спасали Ольгу!