Ночной полет (СИ) - Левин Александр Анатольевич

Потому, как правило, каждое нападение является результатом слива информации о маршруте следования жертвы. Тут играют свою роль многие факторы. Бывает так, что пиратская группировка специально прикормлена крупной корпорацией и попросту гадит их конкурентам, но случается и другой вариант — сотрудники станций и космо-портов не всегда чисты на руку и за звонкую монету подкидывают заинтересованным лицам полезные сведения. Существует и множество самых разных причин, по которой бандиты нападают на фрахтовщиков, но без точной информации они никогда не действуют и всегда после «дела» уходят не только из система, но и даже из сектора, дабы не нарваться на флот и полицию.

Подозреваю, что в нашем случае речь идет именно о сливе сведений кем-то из сотрудников «Амели-1». На этой станции мы приняли груз медицинских препаратов и должны были доставить его в шахтерское пустотное поселение «Шкар», в системе Навар сектора Сильвана. По всей видимости, кому-то очень не хочется, чтобы работяги получили свой заказ, а это уже пахнет либо попыткой удавить потенциальных конкурентов, либо… Политикой, которую я ненавижу.

Всё дело в том, что сектор Сильвана теперь похож на кипящий котел. Официально, там всё очень тихо и спокойно, но реально — натуральная каша. Кнорри и турги периодически отправляют туда свои отряды кораблей, числом от трех до пяти, плюс МЛА, ВКС Империи и Республики отвечают усилением своего присутствия, а потом происходят боестолкновения, когда стороны таки встречаются.

Собственно, из-за этого стоимость любых перевозок в эти края с недавних пор поднялась в несколько раз и продолжает расти. Собственно, именно из-за той суммы, которую нам предложила компания «MountMetallCorp», Винсенту таки удалось уговорить меня согласиться.

Теперь же, оторвавшись от внешней обшивки «Ночного полета», куда я выбрался через верхний гермо-шлюз, предназначенный для выхода дроидов и проведения ремонта в полевых условиях, в голову пришла весьма занятная мысль. А почему собственно, Лейпф постоянно пытается уговорить меня влезть в достаточно сомнительные дела? То, что он мог подставить нас пиратам было весьма и весьма сомнительно. Во время космического боя его могут и убить вместе со мной. Другое дело, что осведомленность друга об очень многих вещах и обширность связей, намекали — не простой он был инженер на борту «Утапау». Очень не простой.

Стоило мне отлететь от «Ночного полета» метров на двадцать, как корабль рванул в сторону медленно улетающего куда-то по инерции обесточенного грузовоза странной конструкции. Туда пойдет Лейпф со вторым боевым дроидом. Прыгал же я когда «Тайфун» находился на дистанции семидесяти метров. Ближе — был велик риск столкновения кораблей. Да и ещё живые на вражеском борту вполне могут попытаться что-то сделать или попросту взять нас на таран.

Боевой дроид, пользуясь маневровыми соплами, добрался до корпуса NF гораздо раньше меня и, оказавшись у их гермо-шлюза, принялся его взламывать. Он и внутрь сей посудины пойдет первым. Даже являясь мистиком, я прекрасно понимал, что жизнь у меня одна, а ИБКП далеко не панацея и выстрел из бластера в упор может и не выдержать. А без него мне в открытый космос соваться — легче повеситься.

— Алекс, напомни мне больше не раздражать тебя предложениями о перевозке секс-игрушек, — раздался из динамика голос Винсента.

— Ты уже добрался до цели? — спросил я, шагая по внешней обшивке корвета к уже вскрытому гермо-шлюзу.

— Только прыгнул… Это, ведь, твоя месть, Варнер? — раздался хмык Лейпфа, — Я не десантник и в боевых операциях не участвовал. Моё дело — поддерживать корабль в идеальном состоянии.

— Ты мистик, — ответил я, — Нас учили всему этому. И ВКС — не школа благородных девиц, потому не прихеривайся.

— Не ценишь ты меня… Всё, я на обшивке, — тон напарника тут же изменился, растеряв всю веселость, — Дроид вскрывает гермо-шлюз.

— Я в гермо-шлюзе — вхожу.

Боевой дроид, что сопровождал меня, не только вскрыл внешние створы, но и внутренние, специально заклинив их. Благодаря этому атмосфера начала покидать судно. Понятно, что отсеки быстро оказались перекрыты заслонками, защищающими от ситуаций с разгерметизацией отдельных частей корабля, но… Это корвет, а не фрегат или крейсер. Да ещё и устаревшей конструкции.

Из-заобразовавшегося вакуума звуков выстрелов слышно не было, зато их вспышки я видел вполне отчетливо, как и мелькание бластерных зарядов, впивающихся в переборку рядом с гермо-шлюзом.

— Немезида? — поинтересовался у ИскИна, — Что там?

— Двое в ИБКП производства Стигии. Вооружены родианскими легкими бластерами гражданского назначения «Шмель-140М». Угрозы для дроида не несут, но тебе не стоит высовываться — ИБКП их попадание не выдержит.

— Понял тебя…

Что ж, значит, будем двигаться осторожно.

ИБКП — экипировка пилотов. Этот бронекостюм не предназначен для активного передвижения, кувырканий и перестрелок, в отличии от пехотной и офицерской брони ВКС. Даже гражданские брокостюмы, выпускаемые для ЧВК, обеспечивают куда большую подвижность. Однако, и у него есть два очень серьезных преимущества — достаточно солидный запас кислорода, мощные батареи и собственные щиты на сто единиц — кинетический и энергетический. Это дает любому владельцу ИБКП возможность драться до укрытия и уже оттуда вести огонь по нападающим. В условиях космоса это очень полезно, потому как перестрелка, будет такая возникнет у пилота с кем-то, гарантировано произойдет при разгерметизированном корпусе. А уж мест, где можно укрыться на любом корабле хватает.

Пригнувшись, насколько позволял массивный бронекостюм, я выглянул из камеры гермо-шлюза, держа свой «Шквал-13» наготове. В отличии от моих противников, мой бластер относился к линейке офицерского оружия. Причем, для меня он был вполне законен. Благодаря тому, что я ушел из ВКС по заявлению, а не трибуналу, тут спасибо Ордену, лицензия на армейское личное вооружение за мной сохранилась.

Проектор шлема показал обыденную для штурма корабля в космосе картинку. В середине коридора, моргая щитами, стоял боевой дроид, ведя обстрел засевших в технических нишах противников в черных ИБКП. Визуально определить пол врагов не получилось бы при всем желании — бронекостюмы любой марки массивны и скрывают фигуры владельцев. Другое дело, что я попросту настроился на них и понял, что наши противники — женщины.

«И что это за блядская банда? — с удивлением подумал я, разгоняя восприятие и организм до максимума, — Или это «Новые Амазонки: Космическая версия?»

Быстро прицелившись, я выстрелил в ту, что пряталась в нише ближе к концу коридора, чтобы она не смогла прикрыть возможное бегство ближней. Бластерный заряд, осветив красным светом коридор с моргающими световыми панелями, пробил щит, и без того посаженный дроидом, ИБКП и попал в лицевой щиток шлема, прожигая его. Противник мгновенно осел на металлическую палубу, выронив оружие.

Оставшаяся… пиратка, наверное, бросила бластер и, подняв руки, встала во весь рост.

— На корабле есть ещё живые? — спросил я, включив внешний динамик своего ИБКП, — Боевые дроиды?

— Нет, — раздался в ответ хриплый женский голос.

— Лечь на палубу и деактивировать щиты. В случае резких движений или активации защитных систем — будешь убита на месте, — приказал я, — Винсент, у меня готово, приступаю к обыску.

— Принято. У меня одни трупы. Этих идиотов разорвало сорванными при разгерметизации легкими переборками и незакрепленным оборудованием. Бронекостюмы не помогли. Выживших нет.

Слушая напарника, я подошел к лежащей лицом вниз женщине и носком ботинка отшвырнул её бластер в сторону дроида. Немезида, управляющая им, не растерялась — машина быстро подобрала одним из манипуляторов оружие и наставило на пиратку.

— Кто такие? Почему напали на нас?

— Какая разница? — ответ пленницы заставил меня удивиться, — Ты меня всё равно убьешь.

— Ну… Я могу тебя пристрелить, а могу и начать пытать… Или выбросить в космос в твоем скафандре. Запаса воздуха в нем на пару часов ещё хватит… А потом…