Карен Трэвисс - Республиканские коммандо: Тройной ноль

— Но я "забиваю".

Вуки рыкнул и снова забрался в такси. Машина приподнялась и перелетела через парапет, исчезнув из поля зрения в одном из искусственных каньонов; похоже, те достигали центра планеты. Фай поборолся с порывом посмотреть вслед ему, проиграл схватку и сделал несколько шагов, поглядев через край.

Падение было бы очень и очень долгим. Разнообразие уровней его поразило: полированный камень, сверкающее стекло, мелькающие машины, неясный солнечный свет. Все чужое, явно чужое.

Скирата выдохнул и повращал головой, словно разминая мускулы шеи.

— Генерал, — сказал он. — Нам надо поговорить. «Омега», "Дельта" — транспорт вас заберет в казармы, — сержант помедлил, глянув на хроно. — Расслабляйтесь до пятнадцати ноль-ноль, и затем отчитайтесь в комнате брифинга в административном здании штаба.

— Да, серж, — одновременно отозвались Найнер и Босс.

Но Этейн не собиралась сдаваться. Фаю это нравилось, но со своей настойчивостью она могла стать настоящей занозой в шебс. Она шагнула ближе к Скирате.

— Мне не нравится, когда меня держат в темноте, сержант.

— Тогда эта Галактика будет постоянно вас разочаровывать, генерал, — на мгновение в голосе Скираты прорезались нотки, заставившие Фая застыть. Но, поразив цель, голос мигом стал мягче. — Все меняется. Можете отказаться — и я надеюсь, что вы не станете — но если и откажетесь, то «Омега», "Дельта" и мои «Ноли» все сделают без вас.

Этейн замолчала. Скирата мог расшевелить и кирпич, если ему это было нужно. Она хотела остаться с отрядом, и это все знали.

Она посмотрела на него так, будто слушала кого-то еще.

— Если «Омега» не может отказаться, то и я не могу.

— Хорошо, — сказал Скирата. Он оттянул ворот куртки и пробормотал несколько слов в маленький комлинк. Похоже, генерал Джусик все еще любил выдавать необычное оборудование. — Ждем.

Фай глянул через парапет платформы, ухватился за перила, наклонился и посмотрел получше.

За такой вид из окна богачи благодарят судьбу; но Великой Армии его получаешь задаром… если не возражаешь против того, что тебе могут отстрелить голову взамен.

Скирата перегнулся через перила рядом.

— Я бы хотел туда съехать по канату, — заметил Фай. Эта часть тренировок на Камино ему всегда нравилась. Он вообще предпочитал бесконечные пространства малым помещениям, как и многие его братья. Они говорили, что их достало взращивание в цилиндрах; Ордо даже заявлял, что помнит это. — Сколько мы тут будем, серж? Сможем посмотреть город? Пожалуйста.

— Я ведь вам обещал вечер в городе, а? Как давно?

— Восемь месяцев, — Фай припомнил сказанное: сразу после работы в космопорту. Обещание поставить выпивку за работу от капитана Обрима… и сразу же Ордо их погнал на другое задание. — Хотел бы его посмотреть, прежде чем… — он помедлил. — Просто хотел бы посмотреть.

Скирата на мгновение изогнул бровь и похлопал Фая по спине.

— Не говори так, сынок. Ты много чего увидишь, обещаю.

— Сейчас? — там, внизу, что-то вроде птицы неожиданно мелькнуло среди зданий и унеслось вниз, сложив крылья, пока Фай не потерял его из виду. Платформа была на высоте минимум пяти километров. — Переменим обстановку.

— Итак, тебе нравится новое поле боя.

Фай заставил себя оторваться от вроде бы безграничного пейзажа.

— Так нас списывают на каменный фрегат?

— Чего?

— Услышал у парней на «Бесстрашном», — так, он показал сержанту Кэлу новое словцо: это что-то. — Работа на берегу. Заполнение бумаг, болтовня по комлинку. Сплошные перерывы на каф.

— Подумай о предупреждении угрозы. Перехвате.

— А.

— Добро пожаловать в мир эвфемизмов, Фай. У нас тут сложнейшая местность, какая может быть. Прямо среди миллиардов штатских. Отлов плохих парней на Корусканте.

— Хорошо, — ответил Фай. — Не люблю много ездить.

Бараки роты «Арка», штаб бригады СО, Корускант

Этейн последовала за Скиратой по длинному коридору, который начинался от главного входа в казармы «Арки»; у нее было впечатление, что она идет за гданом.

Описание «Омеги» создало у нее впечатление доброго старого дядюшки, пожилого солдата, желающего круто выглядеть, который до кровавого пота передавал свою мудрость новому поколению. Но ощущение в Силе было совсем другим, так же, как и его внешность не соответствовала предыдущему впечатлению.

Черный водоворот сбалансированного насилия, готового к конфликту, пронизанный темно-красными нитями страстной любви и ненависти. Это показывало, что он — сложный человек, создавший воинскую элиту. Посмотри она на него по-другому, то решила бы, что в нем очень много от Темной стороны, которой следует остерегаться.

Да, он ей напоминал гдана, маленького стайного хищника с Квиилуры, атакующего любую добычу; по сравнению с крупными солдатами он был невелик, но явно и недвусмысленно агрессивен.

И он не был таким пожилым, как его описывали. Двадцатилетним парням он мог казаться древним. Но ему было около шестидесяти стандартных — просто средний возраст — и он был явно в форме, если не считать привычки приволакивать левую ногу.

И он выглядел… бронированным.

На Скирате была только штатская куртка — гладкая и желто-коричневая, из кожи банты, с высоким черным воротником, и простые коричневые штаны… но он производил то же впечатление, что и все коммандос. Он был готов ко всему. Учитывая, что он был на голову ниже своего отряда и хромал — он все равно выглядел крупной проблемой… Этейн решила, что он некогда был превосходным солдатом. И что по-прежнему таким остается.

— Сюда, мэм, — каким-то образом «мэм» в его устах звучало как «девочка»; то же самое он делал со словом «генерал». Но джедаям нельзя обижаться на недостаток уважения. Этейн поняла, что просто хотела бы ему понравиться. — Поболтаем немного, и потом отыщете генерала Джусика; он расскажет обо всем, что творится.

Да, Скирата отдавал приказы.

Он провел ее в боковую комнату — помещение со столом, стулом и узкой кроватью, на которой лежал наполовину собранный вещевой мешок. Там была аккуратная кипа одежды, армейского вида матерчатые кофры для снаряжения, с непонятными предметами, выпирающими изнутри, и песчано-желтый потрепанный мандалорианский доспех.

Сила сказала ей, что опрятная комната была до краев наполнена хаосом поломанных жизней, боли и страдания. Этейн подумала — было ли все это лишь в его прошлом? Но перестала сканировать, чтобы он не почуял и не отреагировал. Он был до опасного восприимчивым человеком. Она не чувствовала никакой враждебности по отношению к себе.

— Хороший шлем, — сказала Этейн. На нем были нанесены багровые и золотые знаки, и та часть, что очерчивала «Т» визора, была совершенно черной. Были еще и красноречивые царапины и вмятины, словно кто-то огромный опробовал на шлеме свои когти. — А Фай все еще хранит броню Хокана?

Скирата кивнул.

— Конечно. Найнер разрешил ее оставить, и Фай ее хранит у себя в шкафу.

Этейн вспомнила Геза Хокана и то, как впервые спутала Дармана с квиилурским боевиком лишь из-за такого же шлема с Т-образным визором. Теперь шлем у Фая — потому что Этейн снесла Хокану голову световым мечом около года… и целую жизнь назад; она все еще не привыкла убивать.

Тот доспех был красным с серой каймой. Она его очень хорошо помнила.

Мандалорианские шлемы теперь и вполовину такими страшными не казались. Форма была знакомой — даже приветствовалась. Но она как-то забыла, что Скирата и большинство инструкторов, нанятых, чтобы сделать элитных коммандос из мальчиков вроде Дармана были мандалорианскими наемниками, подобранными лично Джанго Феттом.

Она подумала — а смотрела бы она так на Скирату девять месяцев назад, будь он ее врагом на Квиилуре?

— Собираете вещи, или наоборот?

— Собираю, — он осторожно поднял мешки, и там что-то звякнуло: оружие. — Мы тут работать не можем. Официально мы не на службе и в бессрочном отпуске. — Он уложил броню в мешок, прокладывая одежду между пластинами, затем упаковал завернутое в ткань оружие. Похоже, только это у него и было — бродячий наемник, готовый ехать на следующую войну. — Вы щепетильны, генерал? Я имею в виду — этически.

— Я джедай, сержант.

— Да, это отвечает на большинство вопросов, которые я не задам.

— Спросите что-нибудь поточнее.

— Знаете, что такое "черные операции"?

— О… да.

— Я так и думал. Не знал, что вы приедете с «Омегой» прямо сейчас, но вы провели несколько месяцев с Зеем на Квиилуре, превращая местных в партизан против сепов, да? А до того выжили там, где погиб мастер Фульер. Так что, думаю, вы в драке хороши.

— Я знаю свои слабости.

Скирата помедлил, оторвавшись от упаковки.