Последний Паладин. Том 13 - Роман Саваровский

твари перекрыли собой даже небосвод. От совокупного веса под ногами просел мост, кости хрустели, а легкие пережало.

Дышать удавалось с огромным трудом и максимальной работой Пути Тела, и с каждой секундой давление только нарастало.

Возникло ощущение, что, отчаявшись убить меня в бою, они решили просто меня раздавить своим весом, и у них неплохо получалось.

Ровно до того момента, пока я не услышал сигнальное «мррря».

Удар клинком по направлению к звуку. Зрительный контакт с моим фамильяром, и последовавший приказ: — перемести.

Дистанционные техники из-за Стазиса не работали, но для мира Тьмы между мной и Котом дистанции и не было. Через Путь Энергии мы с моими фамильярами связаны, словно единое целое, поэтому Тьма втянула менял без каких-либо проблем и тут же выплюнула рядом с Котом.

Дышать сразу стало легче.

Я вновь увидел небосвод, а не сплошные камни, которые сейчас представляли собой огромную гору в том месте, где я был секунду назад, и эта гора все продолжала увеличиваться. А пока тупые каменюки соображали, что меня там уже нет, я повернул взгляд на Кота, который с мурчанием и жалобным «мяу» терся лапкой об дверь.

Как и мост, дверь в Храм состояла из камня, и выглядела совершенно новой. Смрад проклятой энергии тут был в несколько раз выше, чем с той стороны моста, и я чувствовал, как присутствие энергии Тьмы в ответ на это растет.

Приятно.

Потеребив отлично сработавшего кота за моську, я глянул себе за спину, где антропоморфные каменные твари догадались, что меня нет. И теперь, неестественно изгибаясь, карабкались сюда словно уродливые пауки.

И когда первая каменюка почти добралась до дистанции атаки, я взмахнул заранее напитанным «Когтем Пустоты», и по пространству разлетелся заглушающий рев тварей скрежет, а потом и этот рев унесло вниз вместе с тварями и мостом, который я перерубил.

Вниз полетели камни, твари, куски камней и оторванной плоти.

Они все падали в черные воды озера, на них сыпались сверху собратья и обломки моста. И пока в этом хаосе твари пытались выжить, я вытянул указательный палец и взял в «прицел» ближайший видимый в воде кусочек моста.

— Разразись! — раздался приказ, и частично преобразованная из Тьмы в электричество черная энергия зигзагом вырвалась из пальца.

И этой Молнии было плевать, через что двигаться. Проводником для нее служила любая насыщенная стихийной энергией материя, а камень, как вы помните, очень ей насыщен. Черная молния разорвала первый камешек, в который я ее пустил, и жадно сожрав всю его энергию, устремилась дальше. В следующий камень, а от него в последующий и так далее по цепочке.

Не прошло и двух секунд, как вся озерная вода была испестрена черной паутиной непрекращающейся молнии, которая заодно поджарила и каменных тварей, которым не повезло в это время находиться в воде.

Однако с каждой последующей целью, сила Молнии снижалась, поэтому уничтожить мне удалось от силы треть от упавших с разрушенного моста тварей, а судя по свежей ряби на воде, новая партия уже была на подходе.

Мы же остались на маленьком уцелевшем кусочке моста полметра длиной, и пока твари не перегруппировались и не пришли в себя, я повернулся и позвонил в висящий над входом колокольчик.

Чисто из вежливости позвонил. Потому что Кот уже выбил дверь к хренам и по-хозяйски зашел внутрь.

Пожав плечами, я зашел следом и осознав, что внутри Храма охвативший город Стазис не работает, затянул проход за собой пеленой Тьмы. После чего обернулся и увидел, как трехметровая восьмирукая хреновина, которая тут видимо была за дворецкого, отчаянно пытается не стать новой когтеточкой для моего фамильяра.

Пушистый явно вошел во вкус, и помощь ему не требовалась, поэтому я осмотрелся куда мы вообще попали.

Восточный Храм Идэ изменился, и теперь представлял собой одно огромное помещение, выполненное в форме пентаграммы. У каждого луча располагался каменный алтарь, чаши крови, свежие трупы людей и свечи.

Куда же без свечей.

А по центру этого всего стоят три лысых силуэта в неприметных тряпичных балахонах.

— Антуражненько тут у вас, — улыбнулся я, когда они посмотрели на меня.

Монахов сектантов с повязками на лицах я узнал сразу. И признаюсь, встретить тут «Видящих» было несколько неожиданно. Ведь начерченная здесь пентаграмма, да и каменные твари снаружи, которых выставили на защиту, принадлежали к «Звезданутым».

Неужели сектанты из разных лагерей решили объединиться?

Любопытно.

В мое время культисты разных, скажем так, «верований», ненавидели друг друга не меньше, чем Орден Аргуса.

— А вы не особо разговорчивые, да? — вздохнул я и только сейчас заметил, что рты монахов перетянуты повязкой ровно также, как и их глаза.

Жаль. А я так надеялся поговорить.

И только я занес клинок для старта агрессивной дипломатии, как из-за спин «Видящих» вдруг вышел мужчина. Тоже лысый, но в отличие от монахов, одет он был не в балахон, а в боевую броню. А в руках держал сверкающее голубым сиянием копье.

— Эх, Тадао, Тадао, — покачал я головой, — что же они с тобой сделали, мой мальчик.

Только вот бывший военный советник Дома Идэ, а ныне исполняющий обязанности Старейшины, которого я оставил тут всем заправлять, мне не ответил. И не потому, что его рот закрывала повязка.

Нет, не закрывала.

Дело было в его глазах.

Стеклянных, пустых, зомбированных глазах.

Похоже, я немного переоценил способности пространственных Древ передавать информацию. Иначе как объяснить тот факт, что столько еретиков собралось в одном месте, а главный специалист по ним еще об этом не в курсе?

Одновременно с этим вопросом, я щелкнул пальцем и на моем плече появился пернатый попугай.

Не ожидавший столь резкого призыва Клювик, недовольно нахохлился, но увидев культистов перед собой, разом повеселел и, радостно замахав крыльями, завопил: — Ерр-ретики!!! Ухуу-у! Урр-ра! С Днем Рожж-ждения меня!!!

— Вот же блин, забыл, — поперхнулся я, совсем потерявшись в датах.

Но попуг не обратил на мою заминку внимания, и уже в предвкушении потирал лапки, и начал тянуть у меня энергию.

Я же вздохнул и повернул взгляд на медленно идущего на меня Тадао.

Талантливый восточник и до этого был силен, на уровне Ратников и Самураев, а то и выше. Но сейчас в его пустых глазах бурлила чуждая ему энергия. Сминающая волю и дающая силу заемная энергия «Видящих», которую Тадао был готов обрушить на меня, держа перед собой свой верный боевой яри.

— Ну нет, приятель, ты не в ту сторону воюешь, — покачал