Дар Древнего короля - Рона Аск

Древние! Неужели благодаря разрушителю выжила я и… Эльма.

– Так это ты! – прохрипела я и опять попыталась встать, но на этот раз две руки надавили мне на плечо и лоб.

– Тише! – строго скомандовал Тогриан. – Не волнуйся, а то кровотечение усилится.

Я попыталась унять участившееся сердцебиение.

Вдох.

Выдох.

Вдох…

Нужно сконцентрироваться на дыхании, как учила Эрма, чтобы обуздать себя. Но…

Эрма. Одно воспоминание о ней пронзило сердце. Глаза защипало.

– Спасибо, – проскрипела я и закусила губу.

В душу прокралось опустошение и смятение. Все потому, что я не знала, стоит мне продолжать ненавидеть Тога и всех разрушителей или нет.

– Рей, не все разрушители – зло, – вдруг произнес Змей. – Тог нам не враг. И его помощь порой бывает неоценимой.

– Так уж «порой», – хохотнул разрушитель. – Без меня ты давно бы отправился к праотцам. Сколько раз я спасал твою задницу?

– На пальцах не считал.

– Пальчиков-то и не хватит, – промелькнула над моим лицом здоровенная ладонь Тогриана. – Вспомни, как я чуть костьми не лег, когда выяснял, зачем Дамор…

– Хватит! Не сейчас, – прервал его Змей, но поздно.

– Дамор? – встрепенулась я. – Ты сказал, Дамор?

На меня уставились две пары глаз: серые смотрели настороженно и подозрительно, а карие – обеспокоенно.

– Кто он?

Тогриан вновь надавил на мое плечо, когда я в сердцах попробовала встать.

– Перед смертью мама говорила о Даморе, – чуть ли не прокричала я. – Ответьте, кто такой Дамор?!

Мужчины хмуро переглянулись, а я терпеливо ждала и пристально следила за асигнатором.

– Ты обещал все мне рассказать, если я соглашусь, – напомнила я и приподняла голову, чтобы лучше видеть Змея.

Тогриан вскинул руки, а Змей презрительно фыркнул, но в итоге сдался: махнул рукой, позволяя разрушителю начать рассказ.

– Дамор – мой предшественник, – тихо и с хрипотцой начал рассказывать Тогриан. – Он приносил вести из самого Истина, где стоит замок Рейнары.

– Из места, где остались только руины? – удивилась я. – О чем там можно докладывать? Как быстро отваливаются камни?

– Если бы, – усмехнулся Тог. – Но ты меня позабавила… Хех, камни.

И продекламировал:

– Из Истина докладывали парни, как часто отваливались камни…

– Тог, заканчивай, – осадил его Змей. – А то я помогу Рей тебя прирезать.

– Ладно-ладно, – пошел на попятную он. – Просто вы такие серьезные, аж тошно.

Разрушитель вздохнул и продолжил:

– Как ты уже заметила, не все мы безмозглые и озлобленные твари. Мы научились контролировать проклятие, хоть это и тяжело, – он снова вздохнул, на этот раз тяжелее. – Так что вы, созидатели, не всегда видите настоящих одержимых Мором. Но безумие все же нами овладевает, стоит пережить сильное эмоциональное потрясение. Потому, пока мой дух спокоен, я остаюсь человеком.

Он драматично прижал руку к широкой груди.

– Тебе нечего терять, – заметил Змей. – И духу твоему ничто не угрожает.

– Почему это нечего терять? – возмутился Тог. – А как же ты и моя прелесть?

С широкой улыбкой он потряс бурдюком перед носом асигнатора.

– Мы ж втроем – лучшая команда!

– Выбирай слова, – закатил глаза Змей. – А то смахиваешь на мужелюба и алкоголика. Отвратительно.

Тог недовольно скривил физиономию, но потом подмигнул мне:

– Выделывается, но все равно считает меня другом. Я ж один из немногих, кто знает о нем правду.

Я тут же оживилась, а Змей холодно прошипел:

– Один из немногих, потому что всех остальных болтунов я убил.

– Шутит! – рассмеялся Тогриан, а я ощутила холодную дрожь.

Уж больно правдоподобно прозвучала угроза асигнатора. Так еще его репутация хладнокровного и беспощадного служителя правительства не оставляла сомнений: Змей способен уничтожить всех, кто ему неугоден. Он палач и спаситель в одном лице. И сложно понять, в какую сторону сдвинется чаша весов, когда с ним встретишься.

Но Тог удивительно легко общался с асигнатором – самым страшным врагом для всех разрушителей. Его беспечность и простота поражали, как и слова, что они со Змеем друзья. В голове не укладывалось.

– Хотел бы убить – давно бы убил! – с достоинством произнес Тогриан. – Но раз я жив, значит, смог найти место в твоем черством сердечке. Так выпьем же за это!

Тогриан отсалютовал Змею сосудом с вином, на что тот лишь ядовито усмехнулся, а я почувствовала, как начала затекать шея, и опустила голову на подложку из листьев. Усталость и боль взяли свое. Вздохнув, я посмотрела на облака, плывущие по безразличному небу. Они выглядели в точности такими же, как и вчера, когда мой дом еще не сгорел, а сестры оставались живыми.

Забавно. Раньше я сжигала поверженных врагов, и небо выглядело точно так же. А теперь моя жизнь превратилась в пепел. Возмездие это или что-то иное, не знаю. Но горькая ирония опалила уголки глаз горячими слезами, а в груди закружила стужа.

– Поспи, – посоветовал Тог, когда заметил, как я опустила веки. – Во сне выздоравливаешь быстрее.

– Как же холодно, – выдохнула я.

– Сейчас укрою!

Воздух всколыхнулся волной, когда мое изувеченное, израненное тело накрыла теплая ткань. От нее пахло травой, цветами и мужчиной.

– Вот, – довольно произнес Тогриан. – На вид так себе, но греет эта вещица отлично.

От его заботы горечь и холод стали только сильнее и сдавили горло.

– Мне холодно внутри, – еле слышно произнесла я и почувствовала, как скатилась первая и единственная слеза.

Ее горячая капля собрала последнее тепло в моей душе и оставила пустоту, поселив в ней северный ветер. Но благодаря ей я погрузилась в желаемое безразличие, где вспомнились давние слова Вайи, сказанные еще в стенах Школы: «Не растворяйся в холоде равнодушия. Рано или поздно все накопленные чувства оттают и попытаются тебя уничтожить».

«Не во льде ли покой, Вайя?» – мысленно обратилась я к сестре, но, когда слабость все-таки меня одолела и я отдалась ее воле, услышала голос Змея:

– Там тоже его нет.

Хотя мне могло показаться…

Глава 18

Второй раз я проснулась ночью. Мир все также плыл, голова кружилась, а во рту пересохло. В душе царила пустота, словно от меня отрезали кусок, без которого сложно оставаться человеком. Захотелось хоть чем-то себя заполнить, потому я приподнялась на локтях и с удовольствием ощутила боль от ран. Щека тоже о себе напомнила, когда я поморщилась.

– О! – весело воскликнул Тогриан, чья широкоплечая фигура темнела на фоне маленького костра. – Уже проснулась. Пить хочешь?

Я вяло кивнула.

– Ща-ща-ща! – разрушитель запустил руку в мешок у ног. – Ага! Нашел.

Он извлек бурдюк, подозрительно похожий на тот, из которого пил днем. Я с сомнением посмотрела на предложенное.

– Да вода это. Вода! – хрипло воскликнул разрушитель. – Бери, не бойся.

Он подошел и протянул мне заветный сосуд, который я послушно взяла и понюхала содержимое, на что Тог закатил глаза. Убедившись, что мне действительно