Великие Спящие. Эпилог. Том 1 - Виталий Валерьевич Зыков

Скипетр на ухо нашептал и ты не устоял перед искушением, да? Решил сам Архимагом стать? — Он покачал головой и с чувством выплюнул: — Дуррак…

В судьбе предателя можно было не сомневаться. После всего того, что должно было начаться в Нолде вслед за победой над Оррисом, соваться во власть, не обладая личным могуществом и без поддержки многочисленных сторонников, было даже не глупо — смертельно опасно. И никакой Скипетр тут помочь не мог!

В очередной раз выругавшись, Бримс склонился над водой и попробовал разглядеть своё отражение. Получилось далеко не сразу, однако ведь получилось! И этот успех необъяснимым образом поднял испортившееся из-за мыслей об Айрунге настроение. Или может дело в том, что внешность волею случая доставшегося Бримсу тела оказалась далеко не столько ужасна, как он ожидал? Да, не красавчик — скошенный лоб, глубоко посаженные глаза, чуть искривлённый нос с широко расставленными ноздрями. Но и ведь не последний урод! К тому же под влиянием тонкого тела Архимага сквозь облик Бу уже проглядывали некоторые черты прежнего Бримса, что позволяло надеяться на хотя бы частичное возвращение старой внешности.

— С прибытием в мир живых, дружище! — усмехнулся Бримс и, натянув как есть мокрые штаны, двинул в западную часть порта.

Следующим за купанием в списке срочных дел стояло получение некоторой финансовой свободы и смена образа городского дурачка. Всё-таки со славой Порченного не стоило думать не то что о возвращении прежнего величия, а даже о налаживании нормального быта.

И тут у Бримса уже имелся некоторый опыт. Невообразимо давно, будучи сопливым сиротой, «сильнейший маг своего поколения» промышлял воровством. Да, это была не самая славная деталь его биографии, но по крайней мере и не самая отвратительная — с изучением той же Запретной магии на практике это точно не сравнится!

Так вот, сейчас, в своей нынешней ситуации, Брикс не видел иного способа для получения денег, кроме как их украсть или отнять. Не особо много, ровно столько, чтобы хватило для оплаты места в покидающем город караване… Или чуточку больше!

С такими мыслями он добрался до района складов и, немного побродив по грязным улочкам, выбрался к местному «культурному» центру — свободному от построек «пятачку», образованному двумя барами, борделем и одной таверной. Здесь всегда было многолюдно, регулярно кому-то чистили рожу и по крайней мере раз в седмицу хотя бы одного бедолагу, но отправляли к предкам. Поганое в общем-то местечко, но в то же время идеально подходящее под нужды Бримса.

Во всяком случае он так думал поначалу, пока не заявился на площадь и… не стал центром внимания приглядывающих за здешним порядком вышибал.

— Эй! Как там тебя… Бу!! — заорал здоровяк в расстёгнутом до пупа камзоле и с татуированным крестом из четырёх якорей на груди, стоило ему заметить Бримса. — Ты какого хфурга сюда припёрся⁈ Забыл, что я тебе в прошлый раз сказал, вонючка⁈ А ну пошёл вон…

Бримс, которому когда-то хватило бы одного движения бровью, чтобы обратить ублюдка в горсть пепла, на такое обращение едва не заскрежетал зубами от злости. Вроде бы пора уже было осознать своё место в новой реальности, но чем больше он вживался в шкуру Бу, тем сильнее у него становились эмоции. Молодое тело, пока ещё свободное от полного контроля воли мага, при каждом удобном случае фонтанировало чувствами. И не было никакой надежды, что в ближайшие дни Бримсу удастся их направить в подходящее русло.

— Бу — голова!!! — вырвалось помимо его воли, и огонь ярости бывшего Архимага моментально достиг предела того, что в принципе может выдержать человек.

Порченный и его длинный язык! А заодно с ним Айрунг, из-за которого Бримс вообще оказался в своей нынешней ситуации!!

Прежний план, согласно которому он собирался выследить и ограбить посетителя одного из баров — достаточно пьяного, чтобы не бояться его кулаков, и в то же время сохранившего разум трезвым настолько, чтобы не спустить содержимое кошелька до последнего гильта — полетел мархузу под хвост.

Бримс, уважаемый человек, сам не понял как мерзко оскалился и, подобрав камень, запулил его в обидчика. Да так удачно, что попал точнёхонько по скуле.

— У-уубью!!! — заревел вепрем вышибала и рванул с места в карьер.

Однако Бримс уже вернул контроль над телом и теперь со всех ног бежал прочь. Туда, где как помнил Бу находилась идеально подходящая для игр в прятки подворотня. В меру вонючая, в меру грязная. Порченный несколько раз использовал её, чтобы скрыться от преследования пьяных матросов, и новый хозяин тела не видел причин, чтобы проигнорировать «проверенный временем» приём.

Вот только о чём Бримс не подумал, так это о том, что у него и у Бу разные представления о вонючести и грязи. И когда он, наконец, добрался до нужного укромного уголка, встретившая мага помойка по своей омерзительности превысила пределы его терпимости.

— Мархузово племя! Да чем сюда лезть, лучше сдохнуть! — пробормотал Бримс и, развернувшись лицом к приближающемуся противнику, принял боксёрскую стойку.

Всё-таки когда-то он неплохо работал кулаками… Мысль была приятная, но всё-таки неразумная. И потому, сравнив свои габариты с габаритами остодемоневшего от злобы вышибалу, Бримс сделал правильный вывод и от прямого обмена ударами разумно отказался. В последний миг поднырнул по атакующую руку, обхватил противника руками за туловище, а ногами сжал колено и… с натугой бросил через себя.

Ярящийся недруг оказался настолько тяжёл, что на какой-то миг Бримсу показалось будто у него вот-вот порвутся мышцы. Однако обошлось. И пусть выполнить выученный всё в том же детстве приём идеально не получилось — хотелось обойтись без собственного падения на спину, — но своей цели Бримс таки добился и с усилием приложил орущего противника о камни.

Тот сдавленно охнул и кажется потерял сознание от удара, а вот сам Бримс не удержался от крика.

— А-аа!!! — вырвалось у него в момент падения.

Боль оказалась столь велика, что он было заподозрил серьёзную травму. Даже испугаться успел. Но потом всё же смог себя превозмочь и медленно встал сначала на четвереньки, а потом и вовсе поднялся на ноги. И на этот раз не испытывал ни капли стыда за все те ругательства, что сыпались из него в процессе возвращения в вертикальное положение.

— Сиськи Кали, как треснулся-то!! — простонал он, обхватив себя за поясницу.

Затем перевёл взгляд на валяющегося в куче какой-то вонючей слизи вышибалу и разродился серией теперь уже богохульств.

— Ты не