Мой опасный ректор академии космодесанта - Татьяна Гончарова

раз. Для профилактики. Например, в раздевалке. Или в коридоре пустого тренировочного комплекса, когда я шла к шкафу с моей верхней формой, завёрнутая в одно лишь полотенце.

Но нет. Похоже, ударная ректорская тренировка была завершена. Оздоровили меня по полной программе.

Впрочем, я была не в обиде. Не в накладе. И ни в чём другом.

Я была… В экстазе! После массажа в исполнении ректора — внешнего и… внутреннего — я вылетала из тренировочного комплекса будто у меня не только хвост освободился, но и крылья выросли.

Тело ощущалось по-новому: гибким, сильным, лёгким. И ни следа усталости, ни малейшей боли в мышцах.

Был большой соблазн заглянуть на секунду в пси-режим, чтобы насладиться новыми возможностями.

Экстра-линии! Лика! Ты везунчишка несусветная просто! На третьем потоке вляпаться в подобное, да ещё и с перспективой личной прокачки командором Зартоном!

Бо-о-ольшой соблазн! Здоровенный! Увесистый такой…

Здравый смысл восторжествовал. Взяла себя в руки и послушалась ректора, пси-режим дёргать не стала. Добралась до своей комнаты, завалилась в кровать и тут же заснула.

Проснулась вечером от писка в порто-нише. Задумчиво полистала брошюру пособия для молодых рихтов «Хвост рихта: от непослушного врага к надёжному другу» с несложной программой тренировок. И небольшой массажёр с вложенной в коробку бумажкой, на которой красовалось резким почерком лаконичное «стр. 18».

На восемнадцатой странице пособия обнаружилась карта зон для массажа с некоторыми важными точками. Что интересно, той самой улётно-оргазмоносной точки в инструкции для молодого рихта не было. Но это не помешало мне её отыскать самостоятельно и пару раз отправить себя в далёкую туманность, представляя, что это делают чьи-то другие волшебные пальцы.

Массаж настроил меня на романтический лад. Решив, что заслужила отдых, я понежилась в ванне с ароматной пенкой и снова забралась в кровать.

Мне было так хорошо, что я чуть было не проспала зачёт.

Вбегая на полигон, я прочитала лаконичное послание с личного номера ректора «удачи», и вошла на площадку, почти как настоящий рихт — хвост с горделиво изогнутой кисточкой смело покачивался в такт шагам.

Мастер Тэйлос, с легкой насмешкой поглядывая на меня и на мою по-боевому настроенную пушистость, достал магнитный диск с бластером и задумчиво изрёк:

— Тебе хвост в награду за пси-подвиги в лекарне отрастили? Жидковат что-то.

Я широко улыбнулась.

— Ага, за три часа, — подмигнула мастеру я, — поэтому мелкий, но если буду хорошо заботиться, обещают рост до пяти метров.

Инструктор хмыкнул, а потом стал серьёзным.

— Лика, уверена, что не будешь больше его прятать? — удивив меня осведомлённостью, вдруг строго спросил мастер Тэйлос. — Ты уже поставила себе моторику без хвоста. Я не вмешивался, судя по всему это было твоё осознанное решение, но сейчас обязан предупредить.

В ответ на мой настороженный взгляд, он лишь чуть приподнял брови.

— Решение разумное. С освобождённым хвостом, если ты хоть чуток позанималась, ты будешь эффективнее. Но если решишь опять его спрятать, показатели упадут. Причём необратимо. Ты хорошо подумала?

Я обернулась на хвост: белый отросток испуганно дёрнулся, прячась от моего взгляда за ногу. Я глубоко вздохнула.

— Спасибо, мастер, — тихо ответила я. — Думаю, назад пути уже нет. Придётся учиться принимать свою хвостатость.

Мастер Тэйлос долго выжидательно смотрел на меня. Наконец, оценив мой решительный вид, кивнул.

— Хорошо, Лика. После зачёта сразу не уходи. Мне нужно будет полчаса с файлами поработать, а потом часок позанимаюсь с тобой. Покажу несколько хитростей с хвостом. Он у тебя короче, чем у рихтов, при тренировках по расовым пособиям, это придётся учитывать.

— Спасибо, — я тепло глянула на инструктора.

— Пока не за что, — улыбнулся мастер, — хватай бластер и вперёд.

Всё было круто. Нереально круто. Под одобрительным взглядом мастера я всё сделала просто идеально, за исключением нескольких допустимых помарок.

Победно размахивая счастливым хвостом после целого часа очень толковых пояснений мастера Тэйлоса, я спешила в медицинский комплекс, думая о том, насколько все же мне повезло.

Мне нужно было сдать ещё несколько анализов. Я задержалась после зачёта, поэтому попала на перерыв. Сидя на ступеньках под дверью кабинета, я меланхолично вырисовывала хвостом сердечки на стене. Исключительно в целях тренировки и улучшения координации своей пятой конечности.

Вдруг услышала знакомое имя, произнесенное слишком громко, чтобы быть проигнорированным. Застыла, вся превратившись в слух.

Я сразу узнала визгливый голос лаборантки — той самой фифы, подсунувшей ректору ту самую злополучную — или счастливую?… — коробку. Она говорила с кем-то незнакомым мне, с низким рычащим голосом.

Стараясь не шуметь, я осторожно двинулась наверх, чтобы не упустить ни слова: уж очень интересным показался мне их разговор.

Глава 22. Шпион

Я прокралась таким образом до третьего верхнего этажа. Там как раз и располагались лаборатории.

Визгливый голосок грудастой фифы стал громче. Он доносился из-за неплотно прикрытой двери с интригующей табличкой “Потоковая”.

— Вы обещали мне! Говорили, что это надежный план! — вскрикнула лаборантка обвиняюще.

Потом она резко замолчала и захрипела, а я услышала второй голос. Мужчина был очень зол.

— Я говорил тебе, Ридна, что не терплю неудачников, — прорычал он.

Ридна что-то промычала, прохрипела.

— У тебя была простая задача. Ты и с ней не справилась. Идиотка, — он презрительно протянул последнее слово, а затем раздался тяжелый глухой удар упавшего тела.

— Теперь просто молчи и пересылай мне данные, как раньше.

— Но ко мне приходили… допрашивали… — жалобно проскулил женский голос, и я уже не узнала в нем того уверенного визгливого тона, который был поначалу.

— С этим я разберусь. Держи рот закрытым, а не то… ты знаешь, что будет. Не стоит разочаровывать меня больше, — низким угрожающим тоном произнес он.

— Но что мне делать с этой Ролис?

Я резко задержала дыхание. Эх, сейчас бы врубить пси-маскировочный режим и прокрасться ближе, заглянуть внутрь, но я вовремя вспомнила, что мне нельзя. И гребень уже встрепенулся, но его словно кто-то предостерегающе шлепнул, прибивая к спине обратно. Я разочарованно