Лучезарное Завтра - Антон Чернов

разглядывать посёлок через монокуляр. Страусы бродят, копаются в мхе-траве, штук десять. Крупные зверюги. И явно ездовые, это я правильно подумал — на спине у пары что-то типа сёдел, чуть ли не с креслами.

Так, чтобы понять, что делать — надо ждать темноты. Пока непонятно, что тут и как, да и смогу ли чего наворотить — тоже вопрос. А из пустых провалов окон подходы к посёлку прекрасно просматриваются. Так что — вечером… нет, лучше — ночью. Сколопендры эти гадские, как бы не нарваться. Так что ночью пойду смотреть. И, наверное, крюком, да и не с того места, где я сейчас. А то бандиты — бандитами, но хоть какие-то часовые у них быть должны, так что зайду в обход, посмотрю, да и решу что делать.

Глава 10. Идейная жертвенность

До сумерек я, отошедший по краю леса на полкилометра, ничего толком не заметил. Разваленные дома, копошащиеся страусы — и всё. Бандиты не появлялись, никаких оборонительных сооружений или чего-то такого у них не обнаружилось.

А я, помимо того, что осматривал свой скудный арсенал, прикидывал, как я буду этих уродов прибивать. И пока как-то выходило не очень: то ли тридцать, то ли двадцать этих дурацких “канибалов”. У меня — один выстрел пулей и один сигнальной ракеткой. Ракетка, конечно, вещь страшная, но тут — совершенно сволочные бандиты. И вставать в компактную группу ради моего удобства они не будут, гады такие.

Соответственно, раз уж я решил этих сволочей извести (а решил, даже вычеркнул в оценочной шкале из раздела “люди” — просто опасные и злобные звери), то у меня два выстрела. И огнестрел, о котором я Хомыча пытался спросить, у бандитов точно есть. Да даже если нет — всё равно их дохрена. И убьют же! Нет, избавить Мир от сволочей дело правильное, но никогда не понимал “умереть не жалко”. Жалко, вообще-то, ещё как! Вот пусть сволочи всякие помирают, их не жалко, а вот меня вполне!

Но арсенал скуден, фактам нужно смотреть прямо в их гнусное рыло. Вооружение бандитов не ясно, а даже с хреновой дисциплиной и прочим… В общем, была у меня, нужно признать, немалая внутренняя борьба. То что “так оставлять” я не собираюсь — это факт. Но, окончательно решил я, после разведки, если не увижу возможность надежно и с приличными шансами бандюг перебить — возвращаюсь в Грязи. И трясу Хомыча, трепача неуёмного, хоть рукой ему пасть трепливую зажму и буду лишь по делу отпускать! Так мол и так, вот план как и где бандиты. Нужны люди, хоть с рогатками, но нужны. Тут бы даже его двухстволка допотопная и то пригодилась.

Это и ИХ проблема, всё-таки. А они не инвалиды и не пенсионеры, хотя понятно, что люди-то мирные. Даже не служили… Но всё равно, помощь нужна.

А если Хомыч (что вполне вероятно) скажет что фиг тебе Жора, не пущу людей на убой (что фигня полная, но терпят же они этих бандюг!), то просто кину клич по Грязям. К каждому подойду, на пальцах объясню. Соберу отряд, в общем, гарантированно. А Хомыч начнёт бузить — так он председатель, а не диктатор какой.

В общем, решил я всё это, наблюдая, и выходил вариант собрать народ — наиболее разумным и привлекательным. Но наобум чёрт его соберёшь, так что разведка всё равно нужна. И эти милиционеры Тохи, которых я только по рации слышал, тоже не помешают.

А вот в сумерках появились люди, хотя я бы их скорее обезьянами, точнее папуасами дикарскими назвал, честное комсомольское! В каких-то ярких тряпках, коже с шипами, с черепами на одежде, в то ли гриме, то ли татуировках на мордах — не различить.

Видимо, днём эти уроды в домах от жары прятались, а в сумерках выбрались. Развели несколько костров, орать начали, вроде как разговаривая, пить что-то из фляжек и здоровенных грязных бутылей. Ну, впрочем, бухло, понятно что. Откуда у них тут “Дюшесу” взяться.

А вот когда они стали готовить пожрать… не удержался я, проблевался в кустах, хотя чистой желчью, горькой, с техническим привкусом. Это ЗЖКТРУ желудочного сока или ещё чего такого типа отжалел. Но не проблеваться я не мог физически: на вертеле над костром эти выродки переворачивали… человеческую ногу. Вот просто…

Так, Жора, спокойно. Угробишься без толку. Просто ждём, на костёр не смотрим, а смотрим на уродов.

И стал я пристально разглядывать уродов, насколько позволял монокуляр и дрожащий огонь костров. Не в плане их омерзительных рож — это я разглядел и раньше. А в плане снаряжения.

Как-то меня их угощение пробрало, аж до импланта, который не просто имплант, а целая фабрика, пробрало. И не хочу я теперь отсюда уходить, пока эти уроды своим существованием поганят Советскую землю.

Так, выдыхай, товарищ Верхазов, выдыхай. А то совсем дыхание в зобу спёрло. Выдыхай и наблюдай.

Ну да ладно, а выходило со снаряжением у бандюг явно получше деревенских. Не считая ПСЗДцов, конечно, этого добра тут точно не было.

Во-первых, хоть и не сразу заметил, у нескольких уродов, помимо рванья и черепов, были “гады”. Сами они, конечно, те ещё гады, но у них были именно ГадСы — пистолет полуавтоматический, Гадюкиной-Смоктуновского, 1968 года. 8 миллиметров, надёжный как… ГАД. Выпустили их миллионы, наверное, — хотели в Красную Армию, офицерам, артиллеристам, танкистам… Но 8 миллиметров, блин! Он хорошую телогрейку-то толком не пробивал. В общем — не военное оружие, милицейское. Но и много их было, перевыпуск, как и патронов. Даже в пионерлагерях и школах на Начальной Военной Подготовке из него стреляли.

Помнится, была забавная история. Какому-то умнику, по здоровью не служившему, пришла идея их выделить колхозникам и промысловикам. От зверей. Вот дебил, слов нет — естественно “гады” нормальных зверюг не брали ни разу, ими только пиво в тайге открывать. Ну и застрелиться ещё, чтоб мишке или волкам не достаться, тоже можно было вполне.

Но, при всём при том — хорошее оружие, для своих целей. И ухватистое, и магазин большой. И мне под него подставляется не улыбается, комбез безоболочечные пули не пробьют, но кости поломают. А оболочечные пробьют, но энергию потеряют, толком не повредят. Но всё равно — проверять какой у уродов боезапас своим телом — не стоит.

Помимо “гадов”, были у гадов те же самые рогатки и воздушки. Игрушка-игрушкой, но