Илья Арсёнов - Сен. Развеять скуку

– Ты себя видел со стороны? – как-то мягко начал Тор, – у тебя одежда в крови, вся шея в крови и лицо немного окровавлено…

– И что? Я тут не в бирюлки играл. Какого органа ты на меня бросился?

– Честно говоря, я подумал, что ты нежить, – начал оправдываться Тор, но потом перешел в наступление, – я, кстати, до сих пор не уверен, что ты не нежить. С разорванной глоткой не каждый маг выживет, а ты выжил!

– Ты не выкобенивайся, меч только у меня в руках. Отрублю ноги, будешь на паперти деньгу зарабатывать, – взъярился я, но продолжил чуть спокойней, – и вообще не понимаю, что произошло.

– Ээээ, как так? – удивился (в очередной раз) Торрен.

– А вот так, говорю тебе по буквам на общем: Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ПРОИЗОШЛО И ПОЧЕМУ Я ЖИВ. Доходчиво?

– Эээ, вполне, – Тор немного подумал и сказал, – я меч можно подберу?

– Фигней страдать больше не будешь? – вежливо поинтересовался я.

– Нет, ты вроде как не нежить, я слышал о таких случаях, когда сразу после смерти трупы поднимались и нападали на всех подряд.

– Это тебе кто-то соврал, наверно такую же ситуацию оправдывали. Увидел хороший меч, думает, убью без причины некрасиво, а с причиной уже героем стал, – не удержавшись подколол, – ты так и скажи, что понравилось мое оружие.

– Дурак ты, Сен, – Тор явно расстроился и перешел на мат, – я тут как последний идиот чуть не поседел, дескать, друга потерял. А ты меня так обижаешь.

Концовка речи Торрена получилось немного по-детски, но меня проняло. Всё-таки и вправду парень расстроился, а я его так обидел. Я убрал меч, подошел к Тору и легонько стукнул его в плечо.

– Не обижайся, сам понимаешь… нервы ни к черту от таких передряг, – я взял флягу и прополоскал горло, а то пересохло, – давай без обид, мы же с тобой оружием менялись.

Тор кивнул, сходил за своим мечом и вернулся назад.

– Расскажи, что произошло за время моего вынужденного «отсутствия», только вкратце, – спросил я, когда Тор подошел ко мне.

– Когда тебя подстрелили, я подумал, все, конец, отлетался орёл, – мрачно проговорил Торрен, – подскочил к тебе, а у тебя уже даже кровь не хлещет. Я заметить успел, где гнида скрывалась, стрельнул навскидку, попал в плечо. Тот арбалет уронил, я к нему быстро залез и рубанул его в висок. А потом вниз сбросил, чтобы оглушить окончательно. Быстренько его связал и к тебе. А ты мертв уже, ни пульса, ни дыхания, вообще ничего нет! Я немного посидел рядом, потом вспомнил о рабах. Сходил, освободил и велел сидеть у костра. Потом подтащил снайпера поближе к костру и начал связывать его уже более качественно, а то мало ли освободится. Ну а дальше ты уже в курсе.

– Сколько времени прошло?

– Не знаю, минут пятнадцать-двадцать, хотя точно не знаю, – ответил Тор и вновь поинтересовался, – а ты точно не нежить?

– Ты уже поддостал этим вопросом, на, руку потрогай, – сказал я и протянул руку, – теплая же, значит живой.

– Ну, есть нежить теплокровная, – ответил Тор, но ладонь пощупал.

– Я тебе вроде как говорил, что ты достал с этим? Мне сколько раз повторить, чтобы ты понял? Десять, двадцать? Сто? Давай я сразу тебе все разы скажу, и перестанешь доставать?

– Да, что с тобой такое? Чего ты взъелся? – спросил Тор.

– Угадать сложно, что ли? – саркастически сказал я, – может, потому что меня едва не убили? Извини, но нервишки у меня сейчас пошаливают…

Я глотнул воды из фляги и продолжил говорить:

– Делаем так. Я сейчас иду к бывшим рабам и говорю с ними, а ты проверь, что оставшиеся трое мертвы, а эту падаль, – я кивнул в сторону нашего пленника, – проверь, чтобы падаль была покрепче связана. У него сегодня будет бессонная ночь…

– Хорошо, – ответил Тор и пошел выполнять поручения.

Я глотнул воды и пошел к троице. Троица следила за мной испуганными глазами.

«Наверно, ты и вправду неважно выглядишь».

Угу, меня на их глазах убили, а потом я воскрес. Есть повод для беспокойства.

Подойдя к бывшим рабам, я сел напротив и снова приложился к фляге. Пить хотелось неимоверно.

«Давай коли их, пусть режут правду матку!»

Да подожди ты, не спеши.

Оглядел троицу. Два парня и девушка. Парням лет по 15-16, девушка чуть старше. Одеты в весьма потрепанную одежду. Парнишки, похоже, братья, вероятно, погодки, оба уже достаточно высокие и крепкие. Девушка, насколько я мог судить по сидящей позе, стройная симпатичная брюнетка с огромными глазами черного цвета. Подрастёт, отбою от женихов не будет.

«Не о том думаешь!»

Да, тут ты прав. Перейдем к делу.

– Успокоились? – спросил я. Дождавшись кивков, продолжил, – меня зовут Сен, того – Торрен. Сейчас я задам несколько вопросов, вы отвечаете быстро и сжато, по порядку. Ясно?

Они все вместе ответили 'да'.

– Еще раз, отвечаете быстро и сжато, по порядку, – сделал упор на последней слове, – ясно?

– Да.

– Да.

– Да.

– Уже лучше. Первый вопрос, этих, – небрежный кивок назад, – было четверо или еще есть?

– Четверо.

– Четыре.

– Больше никого не было, – последней ответила девушка.

Это хорошо, что больше никого нет. А то еще один такой бой мы с Тором не выдержим уже чисто психологически.

– Как зовут? – продолжим допросик.

– Родигес, – ответил парнишка помоложе.

– Фериш, – это постарше.

– Джула, – ну и девушка после всех. Дискриминация в действии.

– Сколько лет?

– 13.

-14.

-16.

«Что-то парни не похожи на 13 и 14 лет…»

– Что-то вы не похожи на свой возраст, – задал я резонный вопрос, – почему?

– С нами отец занимался воинским искусством, – ответил Фериш, – со всеми, с Джулой, конечно, меньше. Но занимался.

– Ясно, о вашем отце позже поговорим. Наверно завтра.

То есть они братья и сестра. Ладненько. Чего бы их еще спросить?

«Спроси, не насиловали ли их, а то мало ли… в таком возрасте от этого башку снесёт влегкую…»

Хоть какая-то дельная мысль, молодец голос. Пока не буду Ботана просить тебя убрать. И вправду, иметь малолетнего психа, которого хоть немного учили пользоваться оружием, мало приятного.

– Кого-нибудь из вас насиловали эти? – кивок назад, – или не эти, неважно.

Троекратное нет, но Родигес отвел глаза.

– Не врать, – повысил голос я, – кого-нибудь насиловали?

Опять троекратное нет, но Родигес твердо посмотрел мне в глаза, чересчур твердо.

– Что ж, попробуем по-другому, кого из вас пробовали изнасиловать? – спросил я, не сводя глаз с Родигеса. Попал. Родигес ответил:

– Меня, – опустил глаза и со злостью произнес, – но не получилось! Мразь!

– Кто и как? – обратился я к Джуле.

– Вот этот арбалетчик, – Джула скромно показала рукой на пленника, которого пеленал Торрен.

– Подожди, – сказал я Джуле и, повернушвись, крикнул Торррену, – Тор допроси пока эту гниду.

Услышав ответное ага, повернулся обратно и спросил, как и когда.

– Как только нас привели, попытался пристать к Роду, – тут она всхлипнула.

– Не реветь, уже всё хорошо, – рявкнул я. Сейчас я как-то не настроен успокаивать женщин. – Продолжай.

– Ну, пытался он, а их главный, этот, ну которого вы зарезали, рявкнул, чтобы не портил товар и в наказание отправил его сидеть на дерево, а потом вы…, – под конец она уже затараторила.

– Так, стоп, – остановил Джулу жестом, – готовить в походных условиях умеешь?

– Конечно, – ответила она, – папа…

– Про папу потом, завтра, – снова оборвал я, – сейчас берешь братьев, ищешь припасов и начинайте готовить ужин, а мы пока пообщаемся с одной личностью. Вас не обидим, обещаю. Всё ясно?

– Да.

– Тогда выполнять.

Я сходил за своим мешком, который бросил в начале боя, взял его и пошел к костру. У костра достал папиросу, закурил её и пошел к Торрену.

– Разговорил? – спросил я, затягиваясь.

– Нет… молчит тварь.

Я достал нож, подаренный Торреном, и разжал челюсть пленника.

– Хм… язык вроде есть. Не немой, кажется, – пробормотал вслух я, и ласково обратился к работорговцу, – что же ты молчишь? Выговорись, легче станет. Может, душу облегчишь, а?

Пленник промолчал. Зря он так.

– Торрен, ты можешь принести свой точильный камень и пару палочек по пять миллиметров в диаметре, – спросил я, так как мне камень был без надобности, кермит не точится.

Торрен удивленно посмотрел на меня, но ушел. Я спокойно сел на землю рядом с пленником и насладился сигаретой. Работорговец косил на меня глазами, но молчал.

– Что же ты молчишь, поговори, точно легче будет, я тебе это обещаю, – начал мягенько обрабатывать пленника, – а то смотри, ты меня подстрелил, а я этого жутко не люблю. Прямо таки ненавижу. А когда я расстроен, это плохо, поверь мне.

– Главное между людьми что? – продолжил я, в очередной раз затянувшись, – главное между людьми – это доверие. Доверься мне и всё будет хорошо…