Михаил Сухоросов - Наемник (Пришлые-1)

Наконец воздух стал чуть чище - судя по тому, что пространство вокруг расчистилось, мы вышли на главную площадь или что-то в этом роде. К площади этой примыкала только одна мазанка, судя по виду, относительно чистая, в нее-то нас и втолкнули. И в этот момент я почувствовал чужую Силу - странную, абсолютно мне непонятную. Не то что громадную, нет. Просто как бы просвечивающую тебя насквозь, проникающую до костного мозга. Еще я уловил испуг Гельды, но мы даже взглядами обменяться не успели.

Единственным достойным источником света в хижине оказалась коптящая масляная лампа, подвешенная к потолку на цепях и находящаяся в десятке сантиметров над массивным грубым столом, из-за которого поднялся нам навстречу высоченный - выше меня - кряжистый старикан в черной хламиде. У меня язык бы не повернулся назвать его уродливым - одно слово, страшен. Высокий лоб мыслителя, короткая и жесткая седая грива, волевой подбородок - но левый глаз закрыт громадной бородавкой, огромные, низко посаженные уши - словно крылья нетопыря, нос свисает чуть не до подбородка. Силой он владеет, это дважды два, но источником той, непонятной, не является. Поток пронизывающей мощи исходит откуда-то из темноты. Приглядевшись, я различил фигуру женщины, сидящей к нам спиной. Значит, хозяйка Силы - она. Учтем...

А старикан продолжал молча разглядывать нас, единственный глаз смотрел пронзительно и жестко. Мне даже стало не по себе, а потом вообще возникло желание испариться. Когда оно потихоньку стало перерастать в навязчивую идею, одноглазый нарушил молчание:

- Эльф, ведьма и Чародей, - голос гулкий и хриплый, как боевой рог. - Я приветствую вас в долине Прокаженных.

- Ради этого ты нас сюда и приволок? Спасибо, - по идее, мои слова должны были заключать в себе злейшую иронию, но ей-богу, в такой ситуации трудно что-то достойное измыслить.

- Не совсем, - он улыбнулся устрашающе и недобро. - Извините, что не спешу развязать вам руки. Просто опыт учит меня не слишком доверять эльфам и ведьмам, а в особенности - орденцам. Отлученным орденцам. А еще в особенности - Пришлым, Мик Меченосец.

Нормальненько... Вот оно - бремя славы.

- Ну, не доверяешь, а зачем сюда-то тащить? Шли, себе, никого не трогали... - осторожно вмешалась Гельда.

Женщина, сидевшая спиной, теперь повернулась к нам. На вид молодая, лет двадцать пять. Симпатичная. Пожалуй, даже красивая - странной такой, бесплотной красотой: тонкое лицо, очень белая кожа, черные волосы... Елки-палки, да она же слепа! Там, где положено быть глазам - две впадинки. Вмятины. Такое ощущение, что глаза там и не планировались.

Старик помолчал, потом ответил медленно:

- Я расскажу вам об этом. Вряд ли вам это понравится.

- Это уж не твоя забота, - буркнул эльф.

- А вот откуда тебе известно, что я отлученный, да к тому же еще и Пришлый? - попробовал внести ясность я.

- Неважно. Ты видел мой народ, Мик Меченосец. Как они тебе показались?

- Честно говоря, красотой не блещут. Не обижайся.

- Что толку обижаться на правду? - дед обращался ко мне, полностью игнорируя остальных. - И это еще не все. С каждым годом рождается все больше слабоумных. Моя дочь, - он подбородком указал на женщину, - редкое исключение, к тому же владеет Силой.

- А мы-то тут при чем?

- Мой народ вырождается. В ваших силах помочь остановить это.

Час от часу не легче...Смахивает все это на дебильную сказочку. Сейчас меня попросят погарцевать на сером волке, потом спереть где-нибудь канистру живой воды...

- Не понимаю. Мы ж не целители.

- Обычные целители тут бессильны. Речь идет о генетическом заболевании.

- А что такое...- заинтересовалась было Гельда, я оборвал ее:

- Помолчи. Откуда тебе известно о генетических болезнях?

- Мы - Прокаженные - мутанты - потомки Пришлых. Мой отец сам был Пришлым. Тогда тут оказалась целая колония.

- Каким образом?

- Не имеет значения.

- Все равно не понимаю, Мик,- вступила Гельда.- Нас сюда силой притащили...

- Спасли от егерей, - напомнил старик.

- Пусть. А теперь мы должны помогать. Главное - чем?

Старик помолчал, пожевал губами, потом решил сразу взять быка за рога:

- Вы должны остаться здесь.

- Как?! - - похоже, мы трое хором задали этот вопрос.

- Очень просто. Вы будете связаны кровной клятвой с этой землей и никогда ее не покинете. Мы не люди, мы Прокаженные, хотя многие из нас владеют Силой, но большинство слабоумны. Но это мой народ, и я в ответе за него. Правда, я уже стар, а моя дочь - женщина. Моему народу нужен будет новый правитель.

Я ошалело потряс головой:

- Ты что - имеешь виды на меня? Вот так, вне конкурса, в короли?!

- Слишком много чести для тебя, Меченосец.

- А что тогда?

- Нам нужна свежая кровь, мы слишком долго варились в собственном соку. Сами понимаете, вы будете разделены. Ты станешь мужем моей дочери...

- С какой это стати?! - вспылила Гельда, я помалкивал, огорошенный таким поворотом темы. Вот это предъявы, ни хрена себе...

Старик соизволил ответить на вопрос, хотя по-прежнему говорил только со мной, словно остальных здесь и не было:

- Ты - Пришлый, а значит, должен помочь. Это из-за вас мы гнием здесь.

- Допустим, но при чем тут мои спутники?

- Вот именно - спутники. Ведьму мы отдадим кому-нибудь из наших воинов, найдется что-нибудь и для эльфа.

Я в некотором охренении переваривал его слова. Это уже номер! Никогда не любил платить по чужим счетам, а тут вдруг ни с того ни с сего - пожальте бриться. "Шура, заплатите за кефир", - сказал Беня Крик, приставив ствол к голове кассира...

Наконец меня хватило на то, чтоб осторожно осведомиться:

- А если мы откажемся?

- Тогда мне придется убить вас, - просто ответил старик. Черт бы его подрал, козла одноглазого! Конечно ничего не скажешь, дочка у него симпатичная, но не настолько же, чтоб ради нее отправить Гельду в постель какого-нибудь здешнего бабуина! Да и меня в этом зоопарке всю оставшуюся жизнь торчать тоже не поманивает... А с другой стороны, скажи я сейчас: "нет", и смертный приговор подписан не только мне, но и Хельгу с Гельдой. И, самое похабное, они-то в эту историю влетели из-за меня.

- Если я соглашусь остаться, ты отпустишь ведьму и эльфа?

Старик только головой покачал, потом прибавил:

- Таковы наши законы.

Законы у них, видите ли!..

- И что, без вариантов?

- Без вариантов, - угрюмо подтвердил старикан. Что-то не представляю себе, как тут выкручиваться…

- Подожди, отец, - слепая девушка вступила в разговор совершенно неожиданно. Я уж было подумывал, что она не только слепая, но и немая. Голос у нее оказался на удивление низким, даже с легкой хрипотцой. - Ты забыл упомянуть о третьей возможности. По нашим законам, у них есть право на суд Испытанием.

- Законы я знаю не хуже тебя, - сварливо ответил старик. - Этой возможности я могу их лишить.

- Даже если я прошу предоставить им шанс? - голос негромок, но возражений не предусматривает. Одноглазый папаша набрал было в грудь воздуха, собираясь заартачиться, но дочка пресекла попытку в зародыше:

- Я часто ошибалась на твоей памяти?

- Нет, - с видимой неохотой признал старик.

- А теперь у меня есть причины просить об этом.

- Ладно, - сдался одноглазый. - Кто из них должен пройти испытание?

- Минуточку, - вмешался я. Мало ли чего они подсунуть мне могут?.. Девушка, вроде, настроена не агрессивно, по крайней мере, а вот папаша - тот с первого взгляда меня возненавидел. - Что еще за испытание?

Старик усмехнулся:

- Просто тебе предстоит встретиться в поединке с одним из наших лучших бойцов.

Всего-то навсего...

- И если я побеждаю?..

- Ты и твои спутники получаете свободу и любую посильную помощь.

- А... наоборот?

- Тогда они снова оказываются перед выбором.

Я повернулся к своим:

- По-моему, относительно честно, - и старику: - Согласен.

- Смотри, - остерегла Гельда,- думаешь, тебе ничего не подстроят?

- Разберемся. Надеюсь, мне не придется только ногами драться?

Одноглазый попытался изобразить любезную улыбку, отчего выглядел так, словно уксуса хлебнул:

- Нет, конечно, - после чего посмотрел на дверь, петли тихо скрипнули, кто-то, бесшумно приблизившись сзади, разрезал веревку у меня на запястьях.

- Оружие? - поинтересовался я, разминая кисти.

- Ножи. Без доспехов.

Уже хуже. Нож я только метаю хорошо, а в поножовщине никогда силен не был. Случая как-то не представлялось... Одноглазый злорадно дополнил:

- И еще одно: во время боя ты не должен пользоваться Силой.

- То есть как?!

- Очень просто. Если вздумаешь ей воспользоваться, будешь немедленно уничтожен. А вот твоих спутников тогда ждет смерть менее приятная. И более длительная.

Час от часу не легче. Ладно, где наша не пропадала...